— Держите ее за ноги! — рявкнула Наталья.

Спустя мгновение Агата поняла почему — ее пребольно огрели коленом по ребрам. Из такого положения так выкрутиться… Сил у Ванессы было столько, что они вдвоем с ней не справлялись.

Ветер утих. Елена с Тарой бросились на помощь. Даже так Ванесса продолжала вырываться, но теперь Агата хотя бы могла сосредоточиться на том, чтобы лишить Ванессу оружия. Удалось, пусть и не сразу.

Клинок огляделась, пытаясь понять, не пострадал ли еще кто-нибудь. Столы сломаны. Осколки керамики, разлитый чай, еда на полу. Доминика и Мино — в углу, за вздыбившимся Серым. Рядом растерянный Даниэль, мрачный Валентин…

— Андре, помоги! — попросил Томас, спешно рисуя совсем рядом, на полу, сложный узор. — Вот, строй низ, — он указал на небольшой клочок пергамента, с которого что-то срисовывал.

— Здесь? — мрачно поинтересовалась Анна.

— Выбора нет, — резко ответил Томас, — как мы ее потащим в подвал?

Словно в ответ пытавшаяся вырваться Ванесса зарычала.

Менталистка ругнулась.

— Тара, помоги тогда экран растянуть.

Рыжеволосая поднялась на ноги, отпуская «добычу», и Ванесса этим воспользовалась. Заехала ногой в бок Елене, едва не вырвала руку из хватки Агаты…

— Да держи ты ее нормально! Как меня за рану хватать — так сил было много!

— Около трансформации…

— Девочки, не ссорьтесь, — к ним на помощь пришел Даниэль.

— Сейчас дорисуем — и переложите ее, — резко проговорил Томас, с огромной скоростью орудовавший мелом. — Валентин, сможешь сломать Печать? Мы это обсуждали, поток полярной энергии уже дважды сработал, и…

— Обсуждали. Постараюсь. Но я — не лич.

— Давите вместе с ученицей, должно хватить. Главное — сломать Печать, мы с Андреасом сможем поддержать ее после. Потом отзови черную энергию и все будет хорошо…

Ванесса вновь рыкнула. Теперь она пыталась вырваться уже ломая собственные кости.

— Терпи, терпи, девочка! — Томас принялся рисовать еще быстрее.

И сколько заботы, сколько тревоги в этих словах… Агате на миг подумалось, что Ванесса и Томас — пример союза, в котором ни Клинок, ни маг не считали друг друга обузой.

Вокруг заволновалось, задвигалось что-то невидимое. Агата, частично сбросив медитацию, постаралась сосредоточиться на черноте мира, на магии вокруг. Получилось очень так себе, но она все же заметила, что по периметру зала появились странные, словно бы полупрозрачные нити, расходившиеся от взявшихся за руки Анны и Тары.

А вот внутри Ванессы, по-прежнему пытающейся вырываться, горел белый огонь. Огонь, пожирающийся все на своем пути и расходившийся от Печати на солнечном сплетении. Еще одна судьба Клинка. Не смерть на службе, не Опустошение, не труд до самого конца в Цитадели, а пожирающий тело и разум белый огонь. Свет, впившийся в долгие годы служившую ему женщину.

— Все! Положите ее на рисунок.

— На счет три, — рявкнула Наталья, — один, два…

Перетащить Ванессу в круг, расчерченный незнакомыми символами, оказалось той еще задачей. Агата вспотела, Елена нещадно ругалась, Наталья с Даниэлем пытались командовать, перебивая друг друга… Но все-таки они справились.

Рубашка на спине Клинка промокла едва ли не насквозь, но Ванессу в круге они устроили. Хорошо хоть символы, напитанные зеленоватой силой, светились, став больше, чем рисунком. Иначе Ванесса, которую они по-прежнему держали, все бы смазала…

Томас встал рядом, вытянув руку.

— Валентин, ломай!

Маг сел около Натальи и положил руку на живот Ванессы. Заклинание он читал одними губами, но Агата «инте́н» уловила. Уловила она и поток черноты, ударивший куда-то в сосредоточие света внутри пожилого Клинка. Поток черноты, растворившейся в белизне.

Валентин ругнулся. Пробормотал заклинание, уже вслух. Новый поток тьмы, уже ярче — но и его не хватило.

— Доми, помоги, — бросил маг после следующей попытки, — вместе со мной, так же, как делала с Агатой.

Девочка подбежала и села рядом, положила свою ладонь на ладонь Валентина. Клинок видела, насколько она побледнела — не то из-за рычания Ванессы, не то из-за света, жегшего тело пожилой сестры, не то еще из-за чего-то. Но собралась, по команде Валентина влила энергию — в этот раз совместный поток получился ровным, сильным… Но все равно утонул в свете.

— Бессмысленно, — покачал головой Валентин, — нам это не пробить.

— Попробуйте! — в голосе Томаса звучала мольба.

— Энергия уничтожает ее… — начал было Андреас, но старший целитель перебил:

— Знаю! Но это все поправимо, все, только бы уничтожить источник… Попробуйте, прошу!

Агата подумала и, сменив позу, освободила одну руку, положив ее поверх ладоней Валентина и Доминики.

— Что задумала? — маг бросил на нее острый взгляд. — Ты не умеешь!

— Но хуже ведь не будет? Давай еще раз.

— Мы только истощим себя.

— Давай, — чуть жестче попросила Агата, — она такой судьбы не заслужила.

— Пожалуйста! — Томас, — я вам помог, укрыл тут…

— Ладно, ладно! Агата — заклинание ты слышала, постарайся, не знаю… Отдать то, что внутри, ей. Сломать преграду… Только не тело, а именно преграду, свет. На счет три. Раз. Два…

Агата обратилась к черноте внутри. К той тьме, которая пришла на помощь в подземельях Триополя, спасла там, где отвернулся свет… Свет, теперь ожигавший ее сестру. Пусть и знакомы они были всего ничего, но Ванесса ведь тоже прошла такой же путь Клинка. И теперь свет уничтожал ее… Но ей можно помочь. Можно прогнать свет, ставший палачом. Можно использовать тьму для спасения.

— А́кестро инте́н! — ее голос слился с голосами Доминики и Валентина.

Возможно, она и ошиблась в ударениях… Но тьму внутри себя почувствовала и бросила ее вперед, через свою ладонь, к уничтожавшему сестру свету. Бросила, объединяя с чернотой Валентина и Доминики, подталкивая одно общее копье, острие чистой энергии прямо в центре скопления света. Подталкивая, давя…

Миг — и источник белого обжигающего света вспыхнул ярче, сопротивляясь тьме. Один удар сердца, другой… И свет начал угасать, тонуть в чернильной тьме, исчезая без следа.

— Агата! Агата, отзови энергию! — рявкнул Валентин. — Сейчас же!

В первый момент Клинок не поняла зачем — у них же все получилось… Но потом почувствовала: ее, их, тьма жжет не хуже света. Она так же враждебна живому.

— Отзови, просто забери ее, — попросил маг, принявшись читать какое-то длинное заклинание.

Агата честно попробовала, но получилось так себе и со второго, из третьего раза… Тьма, только что послушная ее воле, не хотела уходить. Зачем, ведь нужно было идти вперед…

Валентин наконец завершил заклинание и потянул комок тьмы прочь. Первым желанием Клинка было сопротивляться этому движению, но она попыталась повторить действия мага, вторить ему. Тьма нехотя, но поддалась, уходя из тела, возвращаясь в ладонь… Но исчезать полностью не спешила.

— Так, убери руку, — Валентин попытался поймать ее взгляд, — убери руку, Агата. Доми — ты тоже. Рассеивай, как я учил. Агата…

Клинок отодвинулась, пуская ближе Томаса. Отпустила второй рукой уже обмякшую Ванессу и медленно поднялась, удерживая на ладони сгусток клубящейся тьмы. Валентин что-то говорил, но она его не слышала. Да пока и не хотела слышать — тьма притягивала, клубилась и двигалась…

Агата оглянулась, на мгновение ощутив непреодолимое желание узнать, что будет, если отдать этот сгусток кому-то… Чистая энергия смерти… Смерти ли?

— Агата! — Валентин как-то оказался напротив. — Отпусти энергию. Просто развей ее. Знаю, что это может быть больно…

— Больно? — Клинок удивленно посмотрела на мага.

— Твоя ладонь, она…

Агата повела рукой.

— Да все в порядке. Тьма ведь красивая. И полезная. Зачем отпускать просто так?

Маг побледнел.

— Некроэнергии не место в нашем мире. Особенно в городе. Развей ее.

Агата всмотрелась в живую, двигающуюся черноту. Просто… Просто отпустить? Это ведь как… Пролить кровь.