– Алло? – голос у неё был запыхавшийся. – Что такое?

– А ты где вообще? – спросил я.

– Я? А ты что, не знаешь? Мы тут с Рэмом и Дэном. У Рэма знакомый, Миха, на машине, и он решил нам помочь. Сейчас забираем барабанную установку из гаража и уже скоро будем в клубе. Ты, видимо, Рэму звонил? Он телефон дома забыл, поэтому и не берёт. В общем, всё хорошо, – сказала она.

Так, понятно. Ну и отлично, значит, Вика зря панику развела, и проблем тут у нас не было.

– Хорошо, мы с Викой уже тут. Давайте быстрее, – сказал я и сбросил.

Повернулся к Вике. Она стояла рядом и теребила футляр со скрипкой. Девушка смотрела на меня так, будто произошло нечто максимально ужасное, и только я мог это исправить. Я выдержал небольшую паузу и только потом ей всё рассказал.

– Ну и что ты панику наводишь? – сказал я. – Я позвонил Ане, они едут сюда. Рэм трубку забыл, а она вместе с ним и Дэном. Всё нормально, везут аппаратуру сюда.

Скрипачка виновато опустила глаза в пол.

– Извини, – сказала она. – Просто я слегка нервничаю. Мне очень хочется, чтобы всё прошло хорошо.

– Я заметил, – сказал я. – Расслабься! Мы готовы, и всё идёт по плану.

Она кивнула, и мы решили дождаться их на улице, не заходя пока внутрь клуба. Тем более он был закрыт, и правильнее было бы пройти нам всем вместе за один раз, а не маленькими кучками. Ждать пришлось примерно минут двадцать. Наконец во дворе клуба появилась старая красная «девятка», из которой вылезли Рэм, Аня и Дэн, который выбрался последним, с тростью. С ними был ещё один парень, и я догадался, что это был Миха, которого я раньше не видел. Он открыл багажник и начал выгружать стойки.

– Ну наконец‑то, – сказал я, подходя поближе. – Вы вообще не торопитесь, судя по всему?

– Извини, – сказал Рэм. – Телефон дома забыл и забегался, но вообще мы ещё рано. Если бы пришлось волочить это всё на себе или на метро, то я вообще не представляю, когда бы мы приехали сюда.

– Я уже понял. В целом за сообразительность молодец, – сказал я. – Берите барабаны и пошли внутрь. Осмотримся.

Мы разобрали оборудование и направились ко входу, Миха поехал дальше по своим делам. Толком с ним пообщаться я не успел. У дверей стоял охранник, здоровый мужик в чёрной футболке и с наушником в ухе. Только это была не их внутренняя система общения, а гарнитура от телефона, которую обычно носят водители. Сто лет такого не видел и сейчас чуть не усмехнулся, когда подошёл ко входу. Он посмотрел на нас с недоумением.

– Приветствую, – начал я диалог. – У нас сегодня тут выступление.

– Вы в списке? – спросил он.

– Да, – сказал я. – Только я не знаю, как мы записаны… Возможно, группа без названия?

Он пробежался глазами по списку. Потом посмотрел на нас и заметил Дэна. И тут его лицо сразу же изменилось.

– О, привет! – сказал он. – Так вот ты в какой группе играешь? Вас именно так и занесли в список. Группа уборщиков. Проходите быстрее.

Дэн кивнул, и мы прошли внутрь. Мда‑а‑а, ну и название они для нас подобрали. Впрочем, похрену, после они его проглотят сами, хех.

На момент, когда мы оказались внутри, клуб был пустой. Свет ещё не включили на полную, сцена стояла тёмная, только пара дежурных лампочек горела по углам, и больше ничего. В воздухе пахло каким‑то дешёвым средством для мытья полов. Хм, а ведь я даже и не поинтересовался, работал ли мой барабанщик тут дальше или уволился?

– Дэн, – окликнул я его. – Слушай, это ты тут вчера полы натирал?

Он улыбнулся.

– Нет, но тебя же не это интересовало? – спросил он. – Если хочешь знать, то я не уволился, но взял себе несколько выходных.

На сцене нас встретил тот самый администратор. Он стоял около сцены и что‑то отмечал в своём планшете.

– О, пришли! – сказал он. – Молодцы! Можете пока установить своё оборудование. У вас примерно полчаса, потом начнут запускать народ, и в скором времени я дам сигнал для начала выступления.

– Понял, – сказал я. – Нам бы свет тогда над сценой включить, а иначе в такой темноте мы ничего не сделаем.

Он кивнул, и через пару минут свет включили. Мы начали разбирать инструменты. Рэм подключил ноутбук и принялся помогать Дэну устанавливать барабаны на новом месте, Вика пока настраивала скрипку, а я подключил Матильду к усилителю и проверил звук. Всё работало хорошо, и лишний раз возиться с инструментами было не надо.

– Коля, – окликнул меня Рэм.

– Что? – ответил я.

– Я, кстати, песню дописал, – сказал он с довольным лицом.

Я посмотрел на него. Он стоял с телефоном в руках и выглядел так, будто ждал, что я сейчас начну прыгать от радости, но по факту он просто выполнил свою обязанность.

– Отлично, – сказал я. – Но у тебя, кстати, варианта не написать её и не было.

Он слегка фыркнул, так как хотел получить ещё похвалы, но забыл, что я ему не мамка.

– Послушаешь? – спросил парнишка.

– Конечно, – сказал я. – Сегодня на сцене, когда ты будешь её читать.

Он улыбнулся, и я тоже. Не потому, что мне было особенно весело. Просто Рэм выглядел как пацан, который впервые принёс домой пятёрку в дневнике и ждал, что его похвалят. В целом я обязательно похвалил бы его, но только после выступления. Вскоре мы закончили с установкой аппаратуры и отошли за кулисы. Я собрал всех в круг на последние переговоры.

– Смотрите сюда, – сказал я. – План такой. Сначала играем первую песню, которая у нас есть. Ту, которую уже отрепетировали и играли около музыкального магазина. Это уже отработанный на людях материал, и мы понимаем, на какую реакцию можем рассчитывать. Потом исполняем вторую. Ту, которую написали на этой неделе. А в конце устраиваем настоящий рок‑н‑ролл. Чисто инструментальная партия, где каждый фристайлом выжимает свой максимум. Это идеальная схема для того, чтобы показать нас со всех сторон и остаться у них в памяти. Поняли?

– Но нам же вроде дали исполнить только две песни… – с недоумением сказал Рэм.

– А ты всегда делаешь ровно то, что тебе сказали? – спросил я.

Он недоумённо смотрел на меня и хотел что‑то сказать, но я не дал ему такой возможности.

– Слушайте сюда! Запомните, мы сыграем столько песен, сколько сами посчитаем нужным! Главное условие – чтобы публика сама этого захотела! Так что будьте готовы! – сказал я. – Остальное оставьте на меня! Ваша задача – это показать максимум своих возможностей и быть готовыми к любому повороту событий. Вы меня поняли?

– Будет сделано, «товарищ» капитан, – усмехнулась Вика и шутливо отдала честь.

Дэн просто кивнул, но мне было этого достаточно. Я посмотрел на них, на эти три пары глаз, которые смотрели на меня в тот самый момент. В них были все возможные эмоции: азарт, предвкушение, переживание и, самое главное, в этих глазах была готовность перевернуть с ног на голову этот мир. Я знал этот взгляд и видел его не раз у людей, что шли со мной до этого! Это был именно тот взгляд, который необходим, чтобы пробиваться в мире, где талант значит всё!

Забавно было осознавать, что за «бременские музыканты» собрались тут.

Больной пацан‑сердечник, слепой барабанщик, неудачник‑рэпер и скрипачка, которую выгнали из консерватории. Вот это нормальный микс! Хе‑хе!

Я стоял за кулисами и смотрел в зал через щель между шторами. Народу набралось прилично. Человек сто, может, чуть больше. Да, пускай это не тысячи, как у меня раньше, но для начала и это весьма неплохо. Кто‑то сидел за столиками у бара, некоторые подпирали колонны, и только около сцены не было абсолютно никого.

Что это были за люди? Обычная публика для такого места, которая пришла выпить, потусить и послушать что‑нибудь фоном. Что? Да похрену. Никто из них не ждал ничего от нас. Более того, никто даже не знал, кто мы такие. Я видел мужика в кожаной куртке, который что‑то рассказывал своей спутнице, размахивая руками. Видел компанию молодых парней, которые ржали над какой‑то глупой шуткой. Видел барменшу, которая протирала стаканы и смотрела какое‑то видео в телефоне. Все они были заняты собой, и это было нормально.