Продолжил просмотр видео с репетиции. Вот Рэм читает свой первый куплет, и видно со стороны, как он нервничает, да ещё и голос сел на середине четвёртой строки. Он пытался это скрыть, и в моменте игры у него даже вышло, но я вижу. Со стороны это заметнее, чем когда сам являешься частью и сфокусирован на игре. Ему нужно будет работать над дыханием и своей подачей. Он делал большие шаги в своём развитии, но ему ещё очень и очень многому предстояло обучиться.
Включил дальше, и в глаза бросилась Вика, которая играла своё соло. Технически всё идеально, как всегда. Ни одной ошибки и фальшивой ноты. Но вот в одном моменте я заметил, что, когда она поняла, что сильно выделялась, то тормознула… Для чего? Хм, испугалась? Это говорило о том, что эта девчонка не показала ещё своего максимума.
Дальше Дэн. Я смотрел на него дольше всего, потому что он был для меня всё ещё загадкой. Парнишка играл на барабанах так, как будто родился за ними. Но я видел сбои, которые присутствовали. Небольшие, в основном на переходах и смене ритма. Он чувствовал музыку, но не всегда успевал за ней. Вообще, у меня было такое ощущение, что он играл чисто на том, как чувствовал. Они были двумя противоположностями с Викой. Если она была хорошо обучена, но не чувствовала музыку, то Дэн – как раз наоборот.
Я отмотал назад и посмотрел ещё раз. Вот тот момент, где он сбивается, точно! Припев, на третий удар. Он делает его чуть позже, чем нужно, где‑то на полсекунды, но этого достаточно. Посмотрел ещё несколько моментов, когда мы репетировали эту песню, и каждый раз он ошибался на одном и том же месте. А значит, это была не просто случайность, а систематическая ошибка. Если это не исправить, то дальше будет только хуже. Вообще, когда ты талант – это только полдела. Нужно замечать косяки, работать над собой и исправлять их. Я закрыл видео и откинулся на стуле. В голове уже зрел план, что я буду делать с каждым из них, но сначала мне нужно было ещё кое‑что посмотреть.
Я открыл браузер и ввёл в поиск: «Корсар концерт». Нажал на первую ссылку, и загрузилось видео. Старенькое, если честно, год где‑то две тысячи восьмой. Стадион в Москве, который был полностью забит. Вот он я стоял на сцене. Молодой ещё относительно. Без седых волос, но уже тогда с лёгкой щетиной. Кожаная куртка, гитара и толпа – вот и всё, что мне нужно было тогда. Стадион не самый большой, но двадцать тысяч человек было. Даже испытал в моменте лёгкую ностальгию. Хорошее было время.
Я смотрел на себя со стороны и видел то, чего не замечал тогда. Видел, как двигался по сцене и взаимодействовал со своими музыкантами и публикой.
Посмотрел на своего барабанщика, которого звали Стас. Здоровый мужик с бородой и руками как у гориллы. Он играл мощно и жёстко, но при этом отлично чувствовал ритм. Вот что значит профессионал в своём деле. Именно такого же специалиста мне предстояло сделать из Дэна. Я отмотал на момент, где Стас делал переход. Тройной удар по малому барабану, потом акцент на бочке, потом снова тройной. Это создавало эффект нарастания. Я смотрел на это и понимал, что Дэн может так же. Закрыл видео, и в голове уже был план, что буду делать сегодня на репетиции.
В дверь постучали.
– Можно? – раздался голос Ани.
Я обернулся.
– Да, проходи, – сказал я.
Она вошла и села на край кровати. В руках у неё был телефон, и выглядела девочка… Хм, задумчивой. Не такой, как обычно, это уж точно. Обычно она влетала в комнату как ураган, иногда даже не спрашивая разрешения. Да что там иногда, чёрт, это же было чаще всего… А сейчас вошла тихо, спокойно. Я сразу же понял, что сестра что‑то задумала, и, судя по тому, насколько хорошо я уже успел её узнать, очень скоро расскажет, что же именно.
– Что делаешь? – задала она стандартный вопрос.
– Да вот, – сказал я, кивая на компьютер. – Видео смотрю твои со вчерашней репетиции. Всё утро только этим и занимаюсь.
– И как тебе? – она напряглась. – Всё прямо плохо?
– Нормально, – сказал я. – Ты, кстати, молодец, хорошо снимаешь. Ракурсы правильные, и свет всегда ложится прямо как надо. Глаз намётан у тебя на это дело.
Она улыбнулась.
– Спасибо, – сказала она. – Я вообще очень рада, что ты берёшь меня с собой на репетиции. Это… Это много для меня значит.
– Да мне несложно, – ответил я. – Ты нам не мешаешь, а иногда и что‑то со стороны можешь сказать.
Она задумалась, и её взгляд устремился куда‑то в пол.
– Знаешь… – произнесла она тихим голосом. – Я тут вот что нашла.
Она протянула мне телефон, на экране которого было видео, и я запустил его.
На видео был Коля, только вот не я. Сразу же понял это по взгляду и движениям. Он сидел в этой же комнате, где и мы в тот момент, с гитарой в руках. Играл что‑то простое, но даже это выходило у него весьма неумело. Пальцы путались в струнах, он постоянно сбивался, останавливался и начинал всё заново. Аня снимала это исподтишка, через щель в слегка приоткрытой двери. Со стороны было слышно, как она хихикала, и камера тряслась. Потом она сказала что‑то вроде: «Коль, ну ты и криворукий!» – и засмеялась уже откровенно.
Видео закончилось, и я поднял глаза на Аню, которая всё так же смотрела в пол.
– Прости меня, пожалуйста, Коля, – сказала она тихо. – Что я тогда так вела себя… Тогда не понимала всего того, что понимаю сейчас. Какая же я была дура!
Я молчал и ждал, что она скажет дальше. Этот момент был больше нужен ей самой, чем мне.
– Я сейчас смотрю на тебя, – продолжила она. – И понимаю, что ты совершенно другой человек, чем я думала раньше. Ты так усердно работал над собой, а я этого не видела… Или не хотела видеть. Смеялась над тобой и над твоей игрой, а ты… Ты просто не обращал на это никакого внимания и просто шёл вперёд, несмотря ни на что.
Она сделала небольшую паузу. Видимо, собиралась с духом, чтобы можно было продолжить дальше.
– Сравнить вот это видео, – она кивнула на телефон, – с вашей последней репетицией, и всё будет понятно, какой ты большой путь проделал. Я тобой очень горжусь! Правда!
– Ладно, – сказал я наконец. – Спасибо тебе, но хватит сентиментальностей.
Но я видел по ней, что внутри её гложет что‑то ещё.
– Ты ведь не всё сказала, что хотела? – спросил я. – Вижу, что тебя что‑то тревожит. Поделишься?
Она сделала глубокий вдох.
– Да, есть кое‑что… – тихо произнесла она. – Я очень часто думаю о группе…
– О чём же? – спросил я.
– Мне бы очень хотелось как‑то помогать вам, а не просто сидеть и смотреть тихо в углу… – сказала она. – Знаю, как для тебя это важно, но я не умею ни на чём играть и чувствую себя бесполезной в такие моменты…
Я улыбнулся.
– С чего это ты решила, что бесполезная? – спросил я. – Ты уже помогаешь. Вон видео нам снимаешь, что позволяет группе развиваться, и вообще у меня есть для тебя кое‑какое предложение.
– Какое? – спросила она, и я увидел, как её глаза загорелись.
Присел поближе и приобнял её.
– Группа будет развиваться, и нам нужен кто‑то, кто будет вести нашу страничку в интернете, – сказал я. – Выкладывать видео, делать монтаж и писать посты. Отвечать на комментарии, если… вернее, когда они появятся. Грубо говоря, я хочу, чтобы ты стала нашим СММ‑специалистом. Так же это называется?
– Ты думаешь, я справлюсь? – неуверенно спросила сестра.
– Конечно! – утвердительно сказал я. – А знаешь, почему я в этом уверен? Потому что ты знаешь меня и всех нас и сможешь раскрывать нужные качества. Ну и ещё потому, что мне не всё равно. Я хочу, чтобы ты делала это как часть коллектива.
После этих слов она набросилась мне на шею.
– СПАСИБО!!! – Аня поцеловала меня в щёку. – ТЫ НЕ ПОЖАЛЕЕШЬ, ЧТО ВЗЯЛ МЕНЯ! Я ГОТОВА ПРИСТУПИТЬ ПРЯМО СЕЙЧАС, ДА И МНЕ ДАЖЕ ПЛАТИТЬ НЕ НАДО!
– Тише‑тише! – я попытался её успокоить. – А то сейчас задушишь меня.
Это было правильное решение в том плане, что соцсети в современном мире – это мощный двигатель. Я знал это, так как в прошлой жизни у меня были люди, которые занимались этим. Целый отдел, но здесь и сейчас у нас ничего подобного и в помине не было. Только я, гитара и несколько ребят, которые хотели заниматься музыкой. Сам не смогу заниматься соцсетями, у меня не было времени, да и желания. Ну вот нахрена мне оно надо? Мой максимум в социальных сетях – это поставить огонёк на фотку какой‑то красотки, и на этом всё. Я хотел играть, писать клёвые песни и выступать. А всё остальное – это была рутина. Необходимая для группы, но рутина.
