— Королевский дом Дэров занимается совершенствованием военных технологий. Ваши корабли построены по технологиям, разработанными нашими инженерами. Я просто не хочу, чтобы их открытия пошли прахом из-за неумелых рабочих.

Номинум отошел, Эллим сделал попытку снова подцепить желейный кусочек, но тот уже совсем подтаял и не хотел отправляться в рот. Волаз подошел к столу за новым тортом. В этот момент музыка стихла — и, плавно скользя по паркету, в роскошном алом платье с оголенной спиной, в зал вошла блондинка, усыпанная драгоценностями.

— Несравненная Аатма Кавальери! — объявил распорядитель вечера. — В честь наших дорогих гостей из королевского космического флота: ария из оперы «Звездные ветра».

И зал застыл, внимая чарующему голосу.

«На запястье нитка вен,

В волосах — жемчуга нить…

Под музыку вечных проблем

В вечном вальсе кружится жизнь…»

Аатма игриво пробежалась пальцами по клавишам рояля и развернулась к Фредерику.

— Миленько, — он пригубил чашку с утренним чаем.

— Миленько? — нахмурилась певица. — И это все?

— Фредерик поставил чашку на столик и присел на клавиатуру. Рояль загудел.

— У тебя звездный голос, Аатма. Ты вчера пела нам арии, через эти звуки можно было разглядеть млечный путь! А эти песенки… Миленько, но не больше.

— Арии — это только для театров. Те, кто может позволить пригласить меня на авторские выступления, просят содержание полегче.

— Это говорит о дурном вкусе твоих нанимателей.

Аатма взяла несколько аккордов и заиграла рондо.

Двадцатиэтажное здание отеля «Глаза Галактики» располагалось в самом центре столицы, в историческом квартале города. Стоимость номеров варьировалась от «очень дорого» до «неприлично», предоставляя только люксы, супер-люксы и номера с авторскими названиями, которые выпадали из стандартных классификаций. На крыше отеля расположились два пентхауса, один из которых правительство Камиззена предложило занять контр-адмиралу королевского флота. Сам номер состоял из восьми комнат и террасы, превращенной силами ландшафтных дизайнеров в чудесный сад с небольшим бассейном.

Кавальери закончила играть и погладила Фредерика по бедру. Певица была одета в тонкую простыню, мокрые волосы она небрежно заколола шпилькой.

— Вина? — спросил Фредерик, массируя голову женщине.

— Оно уже выдохлось.

— Я сейчас позвоню, и нам принесут ещё.

— Не хочу.

— Тогда сока? Кофе?

— Не хочу никого видеть, — певица откинулась и поймала губами пальцы Фреда. — Только мы.

На приеме Аатма спела несколько арий, и стоило ей завершить выступление сразу оказалась в круге поклонников. Она раздала положенные улыбки и автографов, выслушала стандартные комплименты и легко выскользнула, ссылаясь на необходимость лично поблагодарить Касанаве за приглашение. Канцлера она попросила представить себя гостям, была обворожительна и остра на язык — и, сопровождаемая завистливыми взглядами, позволила увести себя с приема молодому контр-адмиралу.

Утреннее солнце застало их у бассейна, подсветив матовую кожу Аатмы, изящные выпуклости и приятные округлости, — и спать расхотелось. Фредерик гладил певицу по волосам, потом спустился ниже, женщина выгибалась под его руками. Он успел наговорить ей много комплиментов, а потом замолчал, потому что рот был занят поцелуями. Она успела узнать, что ему нравится, когда гладят шею, и что его кожа очень чувствительна.

А потом простыня соскользнула вниз, и они решили её не поднимать.

— Эрл! — голос звучал резко, но в пределах допустимого приличия. — Эрл!

— Что? — высоченный галактид дернул песьим ухом. — Еще не приехали. Что вам нужно?!

— До прибытия на точку три километра. Вы просили напомнить.

Эрл. Похоже больше на прозвище, чем на имя. На второй день проживания на Камиззене Эрл связался с командирами обеих групп, описал поставленную задачу, обсудил сложные моменты, показал резервный план действий.

Начало операции назначили на раннее утро.

Почему главным назначили именно Эрла, команде не сказали, но по обсуждению предстоящей работы, стало понятно, что навязанный им галактид — парень опытный, бывал в разных переделках и тонкостях диверсионной работы разбирается.

Эрл включил общий канал связи:

— Напоминаю. Наша задача — блокирование работы космопорта. Группа «Мышь», ваша приоритетная цель — захват управления планетарного зала космопорта. Зал управления должен быть вашим к девяти ноль-ноль. Руководителя космопорта командование хочет взять живым. Сотрудников — по возможности. Гражданским населением можно пренебречь.

— Если не получится взять живым — валим?

— Валим, — подтвердил Эрл. — Группа «Хаббл» — ваша цель: вывод из строя космических лифтов. В восемь пятьдесят вы должны быть на позициях и ждать сигнала от «мышей». Окончание операции — десять тридцать.

— «Хаббл» принял! Вопросов нет.

— «Мышь» принял. Вопросов нет.

— Работаем! — Эрл отключил общую связь и переключился на личный комлинк:

— «Зоомагазин» на связи. Дедушке повезли хомячков. Встречайте на орбите.

Эрл откинулся в кресло и довольно оскалился: две группы наемников, которых ему выдали вместе с контрактом, не знали о существовании третьей — и это неплохо. Когда Эрл рассказал нанимателям свой план, они согласились, и этого было достаточно. И деньги вперед перечислили. Единственно о чем не знал наниматель, так это то, что Эрл для операции будет использовать собственный атмосферный шаттл. Предложенный щедрой рукой заказчика самолет был отдан в распоряжении отряду «Хаббл», и Эрл был готов поспорить на большую карамельную конфету, что этот кораблик обязательно случайно взорвется в атмосфере.

Потому что после выполнении задачи, на которую он подписался, исполнителей не оставляют.

А если заказчик не подсуетился сам, то на всякий случай Эрл заложил в шаттл и собственную взрывчатку. В таких вопросах лучше подстраховаться: а то иногда совесть и глупость внезапно и неприятно просыпаются. Подставляться Эрлу не хотелось.

Космопорт Камиззена был построен в лучших традициях гражданской архитектуры: на планете располагался большое и светлое здание, с огромными окнами, почти до самой крыши, с парковкой, с залами ожидания, храмами, ресторанными зонами, магазинами и множеством сопутствующих служб, которые позволяли ежедневно впускать и выпускать с планеты семь с половиной миллионов человек. На орбиту, где швартовались космические корабли, желающих поднимали огромные вакуумные лифты, до которых пассажиров довозили недлинные траволаторы.

Все управленческие службы космопорта стандартно размещали под землей, зарываясь на пятнадцать этажей в глубину. На минус четвертом этаже был центр управления космопортом — и в эту норку стремилась первая группа Эрла.

С первой группой — «Мышами» — Эрл обсуждал план очень подробно:

— Ваша задача — быстро проникнуть внутрь. Вариант первый — громко. Мы берем несколько боевых наземных машин, устанавливаем скорострельные огнеметы, сносим машины и окна — и пока внутри двое поливают все огнем, остальные занимают подземные этажи.

— Не получится, — хмуро прокомментировал Мавик. — Нас придавят пожарные и полиция. Они подорвутся по сигналу камер.

— Отлично! — ухмылялся Эрл. — Значит, надо сделать так, чтобы они не приехали. Как?

— Отрубим камеры наблюдения электромагнитным импульсом.

— Можно сделать ряд ложных сигналов, чтобы они несколько раз приехали на ложный вызов, а потом бы поленились приехать на настоящий, — предложил Эвой.

Все засмеялись. В каждой команде есть такой балагур с заранее выписанной индульгенцией на шутки. Эрлдаже не улыбнулся.

— Это тебя кто такую дурь надоумил ляпнуть?

— Это шутка, Эрл, — вступился Мавик. — Было так в одном средневековом фильме. Там что-то из музея крали. Статую, кажется.

— Дебильный фильм! Еще есть идеи?

В таком тоне они проговорили еще час, потом Эрл вывел голограмму космопорта, показал расположение целей и описал свой план. Команда для вида задала несколько вопросов, но в целом, признала, что план годный. И приняла.