И вот, пока Милена бегала где-то со своими новыми подругами, флиртовала с космонавтами, окучивала капитана, ухаживала за кроликами, помогала повару, давала советы механику и бог знает как еще проводила время, Гоша в тоске слонялся по каюте. И был очень даже рад, если удавалось иной раз встретить рыжую бестию в столовой и поболтать за чашечкой чая.
Конечно, полное одиночество ему не грозило. Ведь имелись соседи, запертые с ним в тесной каюте. С ними он мог часами напролет играть в дорожные шахматы, резаться в покер или обсуждать разные аспекты бытия. В первый вечер их дискуссии были особенно бурными. Несмолкаемым разговорам поспособствовала бутылка водки, пронесенная на борт Рафаэлем. За стопкой этого космически душевного напитка Гоша и узнал, что шашлычник на самом деле — почетный член списка «Форбс», а Пупа и Лупа никакие не студенты, а ученые-физики, которые летят на Марс в качестве новых колонизаторов. Грандиозная задача, стоявшая перед ними, поражала воображение. Ребята летели, чтобы участвовать в совместном русско-американо-китайско-европейском мегапроекте по созданию на Марсе магнитного поля.
Степашкин никогда не был силен в физике, однако парни объяснили, что к чему. Оказывается, у Марса нет этого самого магнитного поля, из-за чего атмосфера не держится вблизи планеты и мало помалу улетает в открытый космос. Поэтому атмосфера Красной планеты составляет всего 1% от земной, да и та потихоньку истончается. А ведь когда-то на Марсе было всё: и магнитное поле, и нормальный воздух, и жизнь. И даже разумные жители. По крайней мере, многие ученые были в этом уверены. Гошу очень заинтересовало, были ли это зеленые человечки или красные, под цвет планеты? Но этого Пупа с Лупой не знали. Зато знали, что очень много лет назад огромный астероид врезался в планету и расколол ее кору. Ядро Марса из-за образовавшейся трещины начало остывать, давление в центре планеты упало, магнитное поле почти исчезло, а атмосфера начала разлетаться.
Теперь магнитное поле хотят восстановить, разместив где-то на орбите (Лупа назвал это место первой точкой Лагранжа) гигантскую электрокатушку или что-то в этом роде. Если дело выгорит, можно будет приниматься за следующий проект: создание на Марсе пригодной для человека атмосферы. И тогда начнётся не жизнь, а сказка. Можно будет не только гулять без кислородного баллона и дышать полной грудью, но и избавиться от двух других марсианских бед: солнечной радиации и адского холода. Атмосфера начнет удерживать тепло. А там, глядишь, и реки потекут, почва увлажнится, Марс зацветет и заколосится…
Рыжий Пупа имел крайне дурацкое имя Никодим, но Гоша узнал это позже, так как представлялся молодой ученый исключительно как Дима, а приятель звал его Димасиком. Так вот, Димасик, рассказывая обо всех этих мегапроектах, удивительным образом преображался. Всё остальное время то был смешливый чувачок с вечной ухмылкой на конопатом лице и похабными шуточками по любому поводу. Но как только Пупа начинал расписывать свою катушку, маша руками, как вентилятор, и пытаясь погрузить обалдевшего Гошу в омут ненавистной физики, он превращался в совсем другого человека. В неистового ученого, покорителя природы и завоевателя вселенной. Лицо становилось сурово красивым, голос звучал ниже, и даже карие глаза как будто загорались каким-то золотистым блеском.
Разглядывая эту удивительную метаморфозу, Гоша умудрился прослушать половину объяснений, но кивал и поддакивал с большим воодушевлением. Терраформирование Марса! В детстве он с удовольствием смотрел фантастические фильмы на эту тему. Но потом как-то ушел с головой в свою земную жизнь, и даже не знал, что работы над оземеливанием Марса вовсю ведутся учеными всего мира, и фантастическое будущее уже наступает на пятки скучному настоящему.
Белобрысый Лупа (которого на самом деле звали Петр, а товарищ называл Питером) был совсем другим. Спокойный, немногословный, обычно погруженный в свои мысли или в электронную читалку, с которой не расставался даже в туалете. Но даже он, слушая научные объяснения коллеги, срывался и начинал поправлять, а потом и громко спорить о какой-нибудь непонятной Гоше ерунде. Да, это были настоящие учёные и энтузиасты своего дела. Степашкин даже начал немного завидовать. Лично он не имел никакого желания рассказывать о своей работе, да и думал о ней в последнее время скорее с тоской и отвращением, чем с воодушевлением и гордостью, как эти двое.
Ему, конечно, пришлось рассказать попутчикам, что летит он с целью расследовать некое преступление. Это была официальная легенда, и что приятно — частичная правда. Но попутчики сразу сообразили, что речь об убийстве девушки-ботаника. Оказалось, они знали об этой истории. Ее бурно обсуждали в марсианском интернет-сообществе.
— А разве у марсиан есть наш интернет? — удивился Гоша.
Но выяснилось, что в марсианских чатах сидят земляне, которым интересно, как там у них, за космическим бугром? А жители Марса присылают крупицы информации с помощью редких сообщений и флэшек. Флэшкообмен — интересная система, сложившаяся в марсианском быту. Марсиане могли отправлять сообщения на Землю через так называемое Почтовое отделение. Сообщение шло не более двадцати двух минут, то есть в масштабах Вселенной — считай, мгновенно. Проблема в том, что такие космические телеграммы стоили очень дорого, и их объем был жестко ограничен, в силу ограниченности ресурсов оборудования, а также кадров для их отправки и приема. Каждый марсианин мог отправить всего одно сообщение в месяц: текст не более 200 символов либо картинку плохого качества. И за эту эсэмэску приходилось отдавать немалую часть зарплаты, которую колонизаторы получали как простые смертные — в электронных рублях.
Поэтому и был налажен флэшкообмен. Каждые двадцать шесть месяцев открывалось окно полетов между соседними планетами. В это окно, а точнее, как называли колонизаторы, фрамугу возможностей удавалось протиснуть пять рейсов, то есть пять космических «почтовых» кораблей, которые приземлялись на Красной планете с промежутком в две недели, а спустя несколько дней летели обратно на Землю. Помимо новых колонизаторов и редких туристов (последние, в общем-то, и оплачивали весь этот банкет), корабли привозили разные вещи для колонизаторов, в том числе флэшки от родственников, на которых записывалось всё: письма друзей, фото и видео родных, последние новости, свежие фильмы, книги, игры и все, чего только захочет душа отправителя (с учетом интересов получателя).
Назад эти почтовые корабли везли ценные металлы, которые на Марсе водятся в избытке, только успевай добывать. Золото, платина, иридий, родий, вольфрам, редкоземельные металлы. Многие думают, что добыча ценных металлов — и есть главная цель колонизации Марса, но это просто смешно. Межпланетные поставки металлов не окупают даже стоимость самих почтовых рейсов, не говоря уж о гигантских первоначальных затратах на колонизацию. Окупаются эти рейсы, как уже говорилось, в основном за счет туристов, а металлы — приятное дополнение, попутная халтурка, чтобы не возвращаться с рейса «пустыми». Везут с Марса и другие ценные грузы, но об этом позже. И вот помимо всех этих грузов, каждый колонизатор имеет право бесплатно отправить свою флэшку. Письма, дневники, фото и видео марсианской жизни — всё это попадает на Землю в виде крошечных USB-накопителей. Конечно, узнавать «свежие новости» с опозданием в пару лет не очень удобно, но всяко лучше, чем куцые двести символов в месяц. Так и живут марсиане и их земные поклонники: два года изоляции и два месяца бурного обмена информацией. И потом опять годы тишины.
— Это дэвушка, которой ногу отрэзали? — спросил Рафик. (Олигарх Рафаэль просил называть себя именно так).
Оказалось, он тоже следил за марсианскими новостями. Гоша неохотно кивнул. За дни безделья он уже успел изучить досье, выданое шефом, вдоль и поперек. Татьяна Василькова, двадцать пять лет, найдена за периметром, без скафандра и кислородного баллона. И еще без ноги. Причина смерти — гипоксия. Полиция марсианского городка «провела необходимые розыскные мероприятия, но установить точную причину смерти не удалось». Основная версия: суицид плюс несчастный случай. Странный робот, вышедший из строя. И ногу не нашли.
