В этот момент Ингельд настороженно поднял голову, оглядываясь на дверь. Из-за косяка выглядывала белокурая девочка на несколько лет младше него. Поймав его взгляд, она ойкнула и спряталась, хотя и довольно неумело. Похоже, там и замерла, ведь шагов слышно не было.

Он и сам дернулся, словно пойманный на горячем. Ведь Ингельд ввсегда пытался показывать себя дерзким ежиком.

«А тут увидели, что я сижу и нюни развожу!» – зло подумал он.

– Пойду я! Мне это… во двор пора! Я для лошади сухарик нес! Пойдем со мной, Рейна!

– Я… я не знаю… – пискнула девочка, пойманная на горячем. – Если мне разрешат погулять. Я еще пол не подмела!

Санна улыбнулась девочке и негромко спросила у Ингельда:

– А это кто? Твоя подружка? Дочка какой-нибудь служанки? Ты молодец, что не задираешь нос и играешь с неровней!

– Не-ет… – протянул недоуменно Ингельд и уставился на нее. – Это Рейна. Дочь Коннора. Покойного мужа Маргит. Она… не очень любит свою падчерицу. Коннор любил свою жену, но та умерла от лихорадки, уже давно. Как многие из наших… – Ингельд тихонько вздохнул, но потом вскинул сверкающий злостью взгляд. – Всем взрослым плевать на Рейну! И на Маргит. Что она обижает падчерицу! Но я все равно защищаю Рейну. И всегда буду защищать! Никто мне этого не запретит!

– Вот как… – протянула изумленно теперь уже Санна.

Она и не знала, что в замке Хельга творятся такие дела! И была твердо намерена со всем этим разобраться. Тем временем Рейна застенчиво сложила перед собой руки, глядя в пол.

– Никто меня не обижает, – пискнула она. – Хорошие девочки не ябедничают! Так Маргит говорит.

– Опять ты за свое, – надуто махнул рукой Ингельд. – Маргит – змея, каких свет не видел!

– Тише! – Рейна испуганно распахнула глаза, втягивая голову в плечи, как птенец.– Вдруг кто-то услышит! Нас накажут… А ты теперь навсегда в замке, Санна? Маргит говорит, что скоро Хельг тебя прогонит. Но ты добрая, и лучше бы не прогонял!

Ингельд вздрогнул и сомкнул гневно губы. Его взгляд, устремленный на Санну, полыхнул, словно огнем. Он изменился на глазах. Из грустного мальчишки снова превратился в маленького воина, колючку, как называл его отец.

– Я же просил, не доверять так слепо людям, Рейна! – крикнул Ингельд на девочку. – Они могут обмануть тебя. Воспользоваться твоей доверчивостью! Ты… ты не знаешь, какая Санна! Ты ее в первый раз в жизни видишь! Не смей очаровываться ею, понятно? Она из семьи нашего врага. И возможно, ее подослали, чтобы убить моего папу!

Ингельд сорвался с места и побежал так быстро, что Санна не успела бы его догнать, даже если бы захотела. Рейна испуганно уставилась на нее и попятилась, явно впечатленная этими словами.

Санна вздохнула и присела на корточки, протянула к ней руку, словно к котенку, которого подобрала из подвала.

– Ингельд говорит правду. Не нужно доверять с первого взгляда, – проговорила Санна мягко. – Но в моем случае ты не ошиблась. Я не хочу никому вредить, Рейна. Ни тебе, ни Ингельду, ни его отцу. Я вам не враг. Обещаю, ты узнаешь меня получше и поверишь мне. Но да, я тут… навсегда. Я на это надеюсь.

– Ну, хорошо, – неуверенно пискнула Рейна. – Мне тоже кажется, что ты хорошая! И не будешь никого обижать… наверно. Ты что-то искала? Давай я тебя провожу?

Она заглянула в глаза Санне. Рейна напоминала крохотного щеночка, который так и машет хвостиком, мечтая понравиться человеку. Это так и светилось в ее одновременно и пугливом, и доверчивом взгляде. Она робко протянула ладошку навстречу, беря Санну за руку.

Та поняла, что ей нужно серьезно поговорить с Хельгом. Об Ингельде и его поведении. О Рейне. И о… нем самом? О состоянии здоровья Хельга. Теперь, когда Санна увидела, насколько сильно за него волнуются домашние, она поняла, что на ней лежит огромная ответственность. Нужно было хотя бы попытаться о нем позаботиться. И если Хельг будет ставить ей палки в колеса, Санна должна будет его переубедить. Как она пообещала его сыну, даже силой переубедить! Хотя ее все считали злой ведьмой в этом доме, сдаваться Санна не собиралась!

– А ты знаешь, где сейчас находится Хельг? – мягко спросила она у Рейны.

Та покачала головой.

– Он закрылся в спальне, ему снова плохо. Боли вернулись!

– А ты не знаешь случайно, где можно отыскать ключи от спален? – лукаво спросила Санна.

– Да, я знаю, где висят ключи! В кладовой наверху! – просияла девочка.

– Веди меня туда.

Хельг лежал на животе, так, как повалился на кровать. Даже не успев стащить сапоги. Сам бы посмеялся над этим нелепым зрелищем! Но сил хватало только на то, чтобы не заорать на весь замок. Как только Хельг понял, что его ждет в моменты приступов, стал запирать дверь. Ведь даже все самообладание и сила воли, и самоконтроль не могли помочь сдержать глухие стоны, рычание сквозь стиснутые зубы. Рядом, на полу, валялся наспех сброшенный плащ и перчатки. А Хельг только и мог, что комкать пальцами плотное покрывало. Боль грызла тело нещадно. Она будто отыгрывалась за то, что ему дали небольшую поблажку, отсрочку. Дай ей волю – Хельг извивался бы, метался, кричал, пытался бы хоть как-то облегчить свои мучения. Но давно стало понятно, что это все бесполезно. Он лишь уткнулся лицом в постель, гася рык, и под пальцами затрещала ткань.

***

К счастью, Рейна быстро помогла Санне с поиском ключей. И она отправилась на поиски комнаты Хельга. Нашла его очень быстро, ведь услышала еще в коридоре громкий мужской стон. Сердце сжималось от жалости и страха за Хельга, когда Санна едва попадала ключом в замочную скважину. Она ворвалась вихрем в спальню, даже не подумав о том, как глупо это смотрится.

– Хельг! Почему ты не позвал меня? Я же просила! Я хочу тебе помочь!

В комнату испуганно заглянул Ингельд, и Санна требовательно позвала мальчика:

– Ингельд, помоги снять с него рубашку. Я должна полечить его прямо сейчас! Но я не смогу его поднять сама.

– Что? – слабым голосом простонал Хельг. – Нет! Уведи отсюда Ингельда, нечего ему на это… смотреть…

Последние слова он почти процедил, прорычал сквозь стиснутые зубы. Даже через одежду было видно, как его мышцы дергает, как их так и тянет выгнуть, искорежить тело.

– Ничего подобного! Я уже не маленький, папа! – упрямо сжал кулаки Ингельд.

Он подбежал к кровати, чтобы помочь перекатить его на спину. Хельг слабо мог сопротивляться в этом состоянии. Но все-таки пытался!

– Уходи, Ингельд! – громыхнул он. – И ты тоже, Санна! Оставьте меня…

Хельг зажмурился от боли, но напоследок во взгляде, обращенном на Санну, мелькнул страх. Страх ее магии.

– Не спорь со мной, Хельг! – неожиданно приказала мужу Санна. – Ты не в том состоянии, чтобы спорить. А Ингельд хочет помочь!

Они вместе с мальчиком совместными усилиями стянули с Хельга рубашку. Санна кивнула Ингельду с благодарностью.

– Оставь меня пока наедине с папой, ладно?

Ингельд понятливо кивнул и вышел из спальни. А Санна тем временем положила ладони на напряженную, каменную спину Хельга. Зажмурилась и изо всех сил пожелала, чтобы у нее все получилось. Она пыталась направить магию, но… на этот раз все просто и легко не было! Магия не откликнулась. Ладони не засветились голубым, как в прошлый раз. Вот только… Хельг громко застонал. Нужно было что-то делать! И Санна решилась. Она вспомнила основы лечебного массажа и вжала по-особенному пальцы в его спину в поисках чувствительных точек.

Хельг вздрогнул от касаний Санны. В первый момент они прошивали болью, но потом… Казалось, если сосредоточиться на них, можно сбежать от нее, отвлечься.

– Нет… – хрипло прошептал Хельг. – Я не хочу твоей магии, Санна, пока не выясню все. Я не знаю, что задумал твой отец!

Это прозвучало почти отчаянно. Хельг сомневался, что сможет физически оттолкнуть Санну. Ведь сейчас был слабее котенка. Особенно когда его тело инстинктивно тянулось к ее рукам, способным подарить облегчение.