– И вот еще что, – Роалд подошел ближе к Хельгу, и по хищному взгляду на миг показалось, что он вот-вот схватит за горло рукой с волчьими когтями. – Если ты решишь предать меня, если мой отец узнает хоть слово из этого разговора, я убью Мадса лично. И это не будет легкая смерть. Обещаю, Хельг. Поэтому надеюсь, что ты так же благороден, как я тебя запомнил тогда.

Роалд дернул уголком губ в усмешке. Все это была опасная игра. Но он понимал, что иначе ему не добраться до своей цели.

Взгляд Хельга стал тяжелым и мрачным. Он посмотрел на Роалда искоса и кивнул.

– Я не собираюсь тебя предавать. И рассказывать о чем-то Сверру, – буркнул Хельг. – Когда ты собираешься приступить к обучению? Мне нужно поговорить с Мадсом. Он может… поначалу воспринять в штыки то, что его учителем будешь ты.

Хельг невесело усмехнулся. Мадс был в курсе того, в чьих руках в подземельях он побывал. Так что легким разговор не будет. Хельг знал это точно.

– Прямо сейчас. Отведи меня к нему. Моя сестренка как раз с ним. Объявлю им обоим, что больше не злой серый волк во всей этой истории, – хмыкнул Роалд. – Мне плевать, понравится ли Мадсу учиться у меня. Думаю, что тебе тоже. Главное, что он останется цел, невредим и в здравом рассудке. Не так ли?

Хельг вздрогнул и впервые с ужасом воззрился на Роалда. Когда представил, что ему придется сказать Санне о том, что они теперь… заодно с врагом. И смалодушничал.

– Давай я возьму Мадса на себя, – предложил Хельг с нервной улыбкой. – Отведу его в сторонку. И поговорю с ним. А ты… объяснишь последние новости Санне. Уверен, она будет… м-м-м, в восторге от идеи, что мы с тобой теперь в одной лодке. Что скажешь, Роалд?

***

В жилах Роалда и Санны не было ни капли родной крови, но иногда ему казалось, что они похожи. Угрюмым волчьим взглядом из-под бровей, недоверчивым наклоном головы. Такого не было ни у отравленно медовой красавицы Мии, ни у встрепанной и угловатой, как воробей из пыли, сорвиголовы Тайры.

– Нам нужно поговорить, Санна. Серьезно поговорить.

Санна кивнула. Сдержанно, степенно, настороженно. А ее глаза, светлые, показавшиеся стальными в косом свете из окна, буквально сверкнули: «Один выпад в сторону моей семьи, Роалд, и я лично вцеплюсь тебе в глотку, хоть и не оборотень!»

Роалд последовал за Санной по коридорам замка Лорстен, украдкой наблюдая за ней. Она еще не осознавала этого, но уже ступала по древним каменным плитам как хозяйка. Слуги почтительно уступали с дороги, склоняя голову.

– Тебе нравится здесь?

Вопрос прилетел в спину Санне, как кинжал. Она повела плечами, узкие лопатки шевельнулись под плотной тканью теплого платья. Оно было глухого красного оттенка. «Невыстиранной крови», – почему-то пришло в голову Роалду.

– Это мой дом, Роалд. Если ты спрашиваешь потому, что втайне все-таки мечтаешь сжечь его дотла, то да, мне здесь нравится. И если ты сейчас скажешь, что это логово предателей, которое давно пора сравнять с землей, то никуда я с тобой не пойду и никакого разговора не будет.

Санна держала обитый мехом плащ перекинутым через локоть, а сейчас расправила и набросила на плечи, будто в попытке спрятаться, хоть как-то защититься. Она чувствовала себя как на иголках, не зная, чего ожидать.

– А ты осмелела, – одобрительно хмыкнул Роалд, скривив в улыбке тонкие губы.

Санна привела его в небольшой, почти уютный укромный уголок. Там у замковых стен росло раскидистое дерево. Под ним стояла скамейка, и летом это наверняка было приятное место, чтобы отдохнуть в тени. Подальше от чужих глаз и ушей.

– Выглядит так, будто ты боишься оставаться со мной в замкнутом пространстве, – заметил Роалд. – Оставляешь себе возможность сбежать. Привычка из детства?

Санна смахнула ладонью снег со скамейки и села, аккуратно расправив плащ.

– Прошло столько лет, а ты по-прежнему только рад меня поддразнить. Хорошо, что больше не норовишь толкнуть или всыпать из плохого настроения.

Санна изобразила смех, хотя в горле сидело напряжение. Ей вспомнилось кое-что из детства. И почему-то показалось, что Роалду тоже.

Тогда, годы назад, она что-то натворила, уже и не вспомнить. В страхе перед наказанием, а особенно перед выговором Сверра, маленькая Санна убежала во внутренний двор, как была, в одном домашнем платье. Хотя тоже лежал снег, особенно белоснежный на ветках огнисто-красной рябины. Роалд буквально налетел со спины, набрасывая на плечи теплый меховой плащ, тяжелый и слишком длинный, явно кого-то из взрослых.

– Ты с ума сошла? Взрослые тебя ищут!

– Знаю, – надуто ответила Санна. – Потому и прячусь. Чтобы не ругались.

– Все равно отругают, никуда ты не денешься, – проворчал Роалд. – Только сильнее влетит, если будешь упрямиться.

Он отвел взгляд. Худощавый, одни острые углы, мальчишка до сих пор ясно видел во снах лицо покойной матери и родной дом. А здесь все казалось чужим и суровым.

– А знаешь, говорят, далеко-далеко есть остров! И там у людей нет фамилий, поэтому никого не дразнят и не обзывают бастардами, а еще король запретил ругаться и кричать друг на друга, а еще там даже звери добрые и всегда приходят поиграть, если хочешь...

– И кто это такое говорит? Выдумщица ты! Нет никакого острова. Пошли уже!

– Нет, есть! – уперлась Санна. – В комнате моей мамы висит гобелен. И там все это нарисованное! Там красивая леди гладит лисицу, а еще там птицы с большими хвостами, красные, вот как ягоды!

Она привстала на цыпочки, чтобы сорвать гроздочку рябины, и доверчиво протянула ягоды на раскрытой ладони.

– Выдумки все это, – Роалд резко сжал руку Санны так, что она ойкнула от неожиданности, а по пальцам потек холодный сок. – Хватит рассказывать сказки! Нет никакого нарисованного королевства, а в настоящем мы ничего не можем изменить!

И вот, спустя годы, воспоминание причудливо пришло в голову сразу двоим. Роалд улыбнулся, посмотрев на Санну. Уже оба взрослые, но по-прежнему чувствующие себя песчинками на Севере. В руках Сверра.

– Помнишь, в детстве ты придумала нарисованное королевство? Остров мечты, где нас не клевали бы за происхождение.

Санна слегка улыбнулась в ответ, закивала. Хотелось спросить, к чему это Роалд. Но было видно, что он готовится к непростому разговору. Так что она решила не торопить. Роалд со вздохом сел рядом, расставив колени, свесив с них руки. Бледные тонкие пальцы то поджимались, то расслаблялись, выдавая волнение.

– Я подумал над твоими словами, – глухо сказал Роалд, и уточнять, над какими именно, уже не потребовалось. – И поговорил об этом с Хельгом. Несмотря на все прошлое, твой муж готов присягнуть мне на верность как новому правителю.

Роалд повернул голову, взгляды встретились. В первый момент Санна сдавленно охнула. Явно не ожидала именно этого разговора, именно сейчас. Но она взяла себя в руки быстро, прикрыв глаза и качнув головой.

– А ты, Роалд? Можно рассчитывать на твою верность слову? Что ты не забудешь о нас, когда взойдешь на престол?

– Будь мы лет на десять младше, я сейчас тебе врезал бы, – рассмеялся Роалд. – Но мы уже взрослые люди. И теперь мы заодно, Санна. Придется уж довериться, выбора у тебя все равно особо нет.

Роалд поднялся в старую башню, когда Хельг уже переговорил с Мадсом. Наверху было холодно, несмотря на теплящиеся в жаровне угли. Он подавил желание опрокинуть ее и затоптать остатки жара. Вместо этого лишь посмотрел на Мадса, презрительно поджимая губы в тонкую бледную нить.

– Прятаться в собственном доме – это, наверно, так унизительно. Кто же провел тебя в замок и устроил такое убежище? Кому, кроме Хельга, здесь можно доверять?

Санна отошла в сторону. Наверное, поговорить с Хельгом? Мадс гордо вскинул подбородок и подошел ближе к Роалду.

– Все лучше, чем бежать, как собака, поджав хвост, из собственного дома. Потому что тебе там не рады. Я прекрасно знаю твою историю, Роалд. И твои взаимоотношения с отцом. Но не сочувствую тебе! – выпалил Мадс дерзко.