– Вот видишь, Мадс, ты справляешься... Слушай мой голос, – прошептала Санна, осторожно поднимаясь на ноги. – Я попытаюсь тебе помочь.

Волк немного припал к полу, согнув лапы. Шерсть на загривке вздыбилась, глаза зло сверкнули. В любой момент зверь мог наброситься, но сейчас казалось, что в нем борются две половины: животная и человеческая. Санна решила побороться за последнюю. Она двинулась ближе к Мадсу, слегка разведя руки ладонями вперед, чтобы он видел, что бояться нечего. Разве что необычного свечения, исходящего прямиком от изящных ладоней? Оно буквально освещало тесную комнатенку башни, как свеча.

– Только тихо. Никто не должен знать, что мы здесь. Иначе у нас всех будут большие пробле...

Договорить Санна не успела. Мадс взревел, бросаясь вперед. Это было громче, чем любой рык зверя, который она только могла себе вообразить. В ушах буквально зазвенело. А может, так показалось от ужаса? На долю секунды Санна растерялась. Беспомощно вскинула вперед ладони, хотя как это защитило бы от разъяренного волка? Но руки продолжали светиться магией. И тогда ничего не осталось, кроме как поддаться своей интуиции.

Когда Мадс оказался уже совсем близко, Санна обхватила руками волчью морду, закрывая глаза. И позвала по имени. Не вслух, нет. Ведь не успела бы даже разомкнуть губы. Санна прокричала это имя внутри, но при этом оглушительно громко, звонко. Магия на руках вспыхнула ярче. На миг ослепила. А когда вспышка погасла, Санна увидела на коленях перед собой Мадса. Смятая одежда, встрепанные волосы. По телу то и дело проходила дрожь. Он схватился за ладони Санны, прислоняясь к ним лбом.

– Спасибо, – прошептал Мадс. – Не знаю, как ты это сделала, но спасибо. Мне казалось, что я сойду с ума. Или выдам себя и подвергну опасности нас всех. Не знаю, что хуже.

Он натянуто рассмеялся. Санна ободряюще погладила его по запястью.

– Все хорошо, Мадс. Теперь все хорошо. Вставай, на полу ведь холодно.

Она улыбнулась с теплом. Кивнув, Мадс встал и отряхнул колени. И никто не подозревал, что звериный рев и вспышка магии привлекли внимание еще одного оборотня в этом замке, который как раз бродил неподалеку. Стоя у подножия старой башни, Роалд задрал голову к темнеющему в высоте окну. Еще минуту назад оно полыхнуло вспышкой, явно отличающейся от огонька свечи или пламени факела.

– Вот ты и попалась, Санна, – прошептал Роалд. – Вы все теперь попались.

***

Роалд ворвался в покои Хельга так, что дверь едва не слетела с петель. Хорошо, что Санна все еще оставалась в старой башне. Иначе точно испугалась бы увиденного. Ведь золотисто-карие глаза сейчас светились звериным огнем. Роалд достаточно контролировал себя в полнолуние, да уже и наступило утро. Так что это было от гнева.

Хельг сидел на корточках у камина, подбрасывая туда полено. Роалд оказался рядом в мгновение ока. Схватил за плечо, скомкал рубашку на груди, швыряя спиной на стену. Его лицо было по-волчьи искажено яростью.

– У тебя совсем в голове пусто, Лорстен?! Как ты посмел притащить его сюда?! Здесь моя сестра! А ты поставил всех под удар!

Глаза Хельга изумленно расширились. Он отшатнулся от разъяренного Роалда, буквально отрывая от себя его сильные пальцы.

– Что происходит? – взревел Хельг. – Что ты себе позволяешь?

Он тоже набросился на Роалда. И сам не понял, по чьей вине они полетели на пол. А там покатились по ковру, сцепившись, как два диких зверя. Хельг замахнулся по Роалду, когда он попытался вцепиться в его плечо выросшими на пальцах когтями.

– Успокойся! – выпалил Хельг, пытаясь привести Роалда в чувство. – При чем здесь Санна? Что уже случилось?

Глаза Хельга горели гневом и беспокойством. Он не понимал, почему Роалд слетел с катушек. Ведь прежде такого себе не позволял. Хельг подавил скрытый страх. Все-таки в открытом противостоянии с оборотнем он не хотел бы схлестываться.

Роалд ощерился, как настоящий волк. На миг показалось, даже клыки у него дернулись, заостряясь. Но он взял себя в руки. Роалд с силой толкнул Хельга от себя. Они застыли, сидя на полу по разные стороны от лежащей на нем шкуры. Оба тяжело дышали, встрепанные и злые. Оба напоминали зверей, которые на минуту отскочили друг от друга, но скоро вновь будут биться не на жизнь, а на смерть.

– Моя сестра вышла за тебя замуж, – Роалд отчеканил каждое слово зло. – Тебя приняли в семью. Тебе дали шанс. Тебе, червяку, которого нужно было раздавить еще тогда! И что ты в итоге ей предложил? Жизнь с предателем, за которым вот-вот придут? Я знаю, что ты скрываешь! Точнее, кого!

Хельг на мгновение побледнел. Потому что догадался, о ком говорит Роалд. Мадс. Его брата нашли! Но Хельг решил стоять за него до конца. И медленно поднялся на ноги. Буквально возвышаясь над Роалдом.

– О чем же ты говоришь, Роалд? – спокойно и медленно проговорил Хельг.

Вот только глаза выдавали его состояние. В них сверкали ярость и злость. И страх. Хельг тяжело дышал и был готов своими руками убить Роалда ради брата. Но… ради Санны держался. Еще немного. Хотя бы понять, что на уме у Роалда. И возможно, с ним удастся договориться?

Роалд встал и с недовольным лицом отряхнул брюки, будто приземлился не на шкуру, а в грязь. И тяжело выдохнул.

– Твой брат. Мадс. Этот трусливый предатель, который, как заяц, унес ноги с Севера, оставив тебя отвечать за чужие грехи, – он вдруг прямо посмотрел в лицо Хельга, взгляд желтоватых глаз буквально опалил его клеймо. – У тебя голова на плечах есть, Хельг? Ладно еще, к себе уважения у тебя ноль. Раз ты снова пригрел его здесь, как змею на груди. Но в этом замке женщины, дети и старики. Ты понимаешь, что будет, как только Сверр узнает?

Роалд буквально рычал каждую фразу. И подошел вплотную к Хельгу, будто был не врагом, а другом, распекающим за неосторожность.

Хельг требовательно посмотрел на Роалда. Вернее, даже обжег злым презрительным взглядом. Не доверял. Но и предпринимать какие-либо решительные действия не мог. Роалд был прав. Стоило тронуть бастарда Сверра хоть пальцем, тот мгновенно довершит начатое им когда-то. И добьет Хельга. Пытками в подземельях. Или казнью на площади.

– Мадс пришел сюда сам, – Хельг ненавидел себя за то, что ему приходилось будто бы оправдываться перед Роалдом, но другого пути не было, пришлось выдать полуправду. – Я сам… узнал не сразу. Поэтому… предлагаю сделать все, чтобы Сверр не узнал о возвращении Мадса в его родовой замок.

Хельг добавил это нахально и сверкнул глазами, давая понять, что отказа не примет. Роалд покачал головой, принимая непростое для себя решение. Даже отошел в сторону. Открыл врагу спину, что было сложно: любые инстинкты волка кричали, что так делать нельзя. Роалд уперся ладонями в подоконник, чуть сгорбившись, глядя вдаль, в сторону старой башни. Двери в комнату были закрыты, но он все равно нервничал перед тем, как говорить подобные вещи.

– Даже если я промолчу… Сверр узнает, – Роалд поджал пальцы, едва не скрежетнув волчьими когтями по подоконнику. – Он прислал своих людей. Он следит за тобой. Ему доложат. Рано или поздно. Хельг, ты понимаешь, что будет? Тебя казнят.

Он оглянулся через плечо, глядя в глаза Хельгу. И по взгляду было понятно, что у Роалда уже есть какая-то идея.

Хельг сцепил зубы. Как бы ему ни хотелось просто побить Роалда и выгнать его вон, он понимал, что тот прав. Поэтому нельзя было себе позволить выдать свои эмоции при враге.

– Чего же ты хочешь за свое молчание, Роалд? – собственный голос показался чужим, хриплым и низким, звенящим от волнения, которое Хельг старался скрыть.

Он знал, чего хочет Роалд. Крови врага. Его казни. Его пыток. Его смерти, в конце концов? Но в то же время Хельг видел, как Роалд иногда смотрел на Санну. Будто именно она была его самым родным человеком. А вовсе не отец. Может… не ради себя, не ради Сверра, а ради того, чтобы Санна тепло относилась к Роалду, тот захочет помочь? Оставалось только надеяться на это.