Санна не доверяла охране отца, которая должна была сопровождать ее до самого замка Хельга. Возможно, Сверр отдаст приказ убить ее… Что ж, она была готова дорого продать свою жизнь. Санна горько усмехнулась. Она прекрасно понимала, что не сможет спастись, если такой приказ будет отдан Повелителем Севера. Что в живых ее не оставят. Но Санна устала быть жертвой. Поэтому лишь крепко сжала в ладони потеплевшую рукоять кинжала. И впервые в жизни представила, как вонзает этот кинжал в Сверра. Но поморщилась. Как бы сильно он ни ранил Санну, она не могла представить, что хладнокровно убивает его. Человека, заменившего ее предшественнице отца.

– Наверное, я милосерднее тебя, Сверр. Ты плохо воспитал меня, я на тебя не похожа, – прошептала Санна и поднялась на ноги.

Она одернула платье и продолжила складывать вещи, изредка оглядываясь на дверь. С минуты на минуту придет Сверр. Нельзя дать ему повод в очередной раз уколоть Санну. Нужно играть роль хорошей дочери до конца. Даже если они оба теперь не верят в эту роль.

– Ты готова? – Сверр появился в дверях, будто материализовавшись из мыслей Санны.

– Да, отец. Идем к Тайре? – улыбнулась Санна и встала напротив Сверра, готовая к следующему раунду невидимого поединка с Повелителем Севера.

Когда послышался сначала волчий рык, а потом вскрик брата, Хельга будто отбросило в прошлое. У него перед глазами встал собственный замок, тревожно пылающие факелы на стенах и воины Сверра на вороных конях, словно это было обязательным условием – то, чтобы они походили на вестников смерти. В ушах зазвенели вскрики, испуганные голоса. Тогда многие погибли. Вместе с ними и жена Хельга. Он уже давно не скорбел по ней, не было между ними огромной любви, скорее, брак по расчету. Но сейчас по спине пробежал холодок. Хельг весь подобрался, как дикий зверь. Словно время совершило жуткий виток. И снова вернулось в ту же точку. Где есть Сверр. И где гибнут близкие.

Хельг бросился на помощь, на ходу выхватывая меч.

– Мадс, где ты?!

– Хельг!

Крик донесся сверху. Хельг задрал голову. Мадс, встрепанный, в смятой одежде, явно только-только превратившийся обратно в человека, барахтался в высоко повисшей сетке, как рыба в неводе. Что-то настораживало в том, какие толстые веревки, какого размера ловушка. Какого зверя можно было так ловить? Силки для птиц гораздо меньше!

– Сейчас! Я помогу тебе!

Хельг оглянулся по сторонам. Было несложно найти веревку, крепко закрепленную на сучковатом пне и уходящую наверх. Она выглядела добротной. Совершенно новой. Как будто ее еще ни разу не касались дожди. Хельг медленно провел пальцами по плетению, даже волокна особо не торчали. Качнув головой, он поднял меч.

«Кто бы это ни подстроил, нужно выбираться отсюда. И поскорее», – мрачно подумал Хельг.

Клинок уже коснулся прочных грубых волокон, когда за спиной послышался щелчок арбалета. Хельг нервно сглотнул. Сам не понял, как это ощутил, но буквально кожей почувствовал, что эта рука не дрогнет – выстрелит. И тогда Мадса будет точно не спасти.

– Отойди оттуда, – велел голос, к удивлению Хельга, женский. – И меч положи.

Хельг поджал губы. Он моментально просчитал риски. Можно было, конечно, резко обернуться. Хитрым приемом уйти вниз и в сторону, избежать арбалетной стрелы и наброситься на незнакомку. Но что бы тогда помешало ей выстрелить в Мадса? Висящий высоко над землей, он становился идеальной мишенью. Считай, заложником. И Хельг понял, что придется послушать.

Он медленно опустил руку с мечом. Положил его на снег ровно так, чтобы можно было ударить носком сапога – и рукоять за секунду взлетит прямо в ладонь. Решил, что женщина не поймет этой хитрости. Ошибся.

– В сторону. И без уловок. Я меткая.

Хельг стиснул зубы. Пришлось повиноваться. Он отошел на пару шагов. На каждом под ногой поскрипывал снег. Это была небольшая поляна, и разросшиеся кусты нависали со всех сторон. Казались клеткой вместе с частоколом высоких сосен. Под одной из которых в сетке, беспомощный, как картошка в авоське, болтался Мадс.

– Леди, спокойнее, мы простые путники! Я торговец, меня обокрали, и я…

– Умолкни! – прошипела незнакомка, вскидывая арбалет.

Хельг окинул ее хмурым взглядом. У нее была крепкая фигура, удобная одежда – все для человека, который не один день выслеживает в лесу добычу. Пальцы лежали на рукоятке арбалета правильно, уверенно, между бровей кожу бороздила привычная уже морщинка.

– Послушайте, этот человек… – мягко начал Хельг.

Он сделал всего шаг вперед. И то плавный, почти не заметный. Но незнакомка уже среагировала, переметнувшись прицелом на него.

– Не человек. Волк. Иначе моя ловушка не сработала бы. А ты… значит, не из них? – она настороженно посмотрела на клеймо.

***

– Лорд Хельг Лорстен?

Каждое слово было так обильно сдобрено недоверием, что Хельг не удивился бы, если бы эта особа захотела потыкать пальцем в его шрам. Вдруг нарисованный!

– Он самый, – Хельг приподнял подбородок, расправляя плечи. – Всадите в меня стрелу – будете иметь дело со всеми Лорстенами. Пусть мы и не в почете у Повелителя, но загнанные звери кусаются даже злее.

– Плевала я на вашего Повелителя, – криво усмехнулась охотница с арбалетом. – Его сынок был как-то проездом в нашей таверне. И ему показалось, что мой муж приторговывает оружием из-под полы для разбойников и бунтовщиков.

– Показалось? – приподнял брови Хельг, уж очень странным голосом она это проговорила.

– Доказательства обнаружили уже после того, как моего мужа замучили до смерти, – женщина отвернулась. – Это все не Ваше дело, лорд. Ступайте, куда шли. А с пленником я сама разберусь, что мне делать дальше. У меня нет никакого желания, чтобы он всем растрепал о готовящейся засаде.

– Засаде для волка, – уточнил Хельг, понизив голос. – На Роалда, бастарда Повелителя Севера. Вы понимаете, что если я сообщу об этом, он прикажет сжечь этот лес дотла, но найти Вас?

Хельг вкрадчиво говорил все это, подбираясь ближе к противнице. Он чувствовал себя зависшим между молотом и наковальней. Нужно было убедить, что Мадс безопасен. Что он ни за что не станет выслуживаться перед Сверром и защищать Роалда. И при этом раскрыть, кто этот оборотень на самом деле – это катастрофа. Это равноценно приговору. Хельг с большей радостью подкрался бы вплотную, обезоружил бы эту барышню и забрал бы брата.

Вот только она оказалась ловкой соперницей. В последний момент извернулась, и Хельг почувствовал, как в него буквально уперся деревянный конец арбалета. Так, что стреле и лететь не придется. Войдет сразу из оружия в тело.

– Вы не сообщите. Вы ненавидите Роалда и тоже желаете ему смерти.

Хельг медленно положил ладонь на руку этой женщины. Кожаная перчатка была тонкой, наверняка пропускала успокаивающее тепло. Это было на руку. Притупляло бдительность.

– Ошибаетесь, – выдохнул Хельг едва слышно.

И в тот же миг сработал так ловко и четко, как его с детства учил отец. Так, чтобы у врага не осталось и доли секунды на выстрел. Хельг заломил руку за спину противнице. Драться с женщиной – это последнее дело. Но с этой особой приходилось вести себя решительно. Она даже сейчас попыталась дернуться, вырваться. Хорошо, что Хельг уже прижал ее к дереву, щекой к шероховатой коре.

– Я не хочу ничьей смерти. Я просто хочу вернуться домой и больше никогда не услышать ни о Роалде, ни о его отце.

Он отбросил арбалет в сторону, как ядовитую змею. Туда, где под другим деревом торчала из-под снега сухая трава. Хельг отпустил свою пленницу и быстрым шагом направился обратно к веревке.

– Держись!

Взмах меча – и веревка оказалась рассечена за долю секунды. Только свистнул холодный воздух, вспоротый гладкой сталью. Сетка тут же рухнула вниз. Хельг заволновался бы за Мадса, чтобы он не повредил себе ничего при падении. Но теперь на его стороне была нечеловеческая ловкость. Мадс приземлился на корточки, упираясь одной рукой в снег. И в первый момент даже оглянулся по сторонам, как волк, будто проверяя, не нужно ли впиться кому-нибудь в глотку.