Том Картер ощутил прилив нервного возбуждения, глядя через стекло иллюминатора на пять скалистых утесов, группой стоящих посреди расстилающейся внизу пустыни. На песке возле самой высокой скалы он заметил вертолет и два автомобиля, а в воздухе справа от них шли три других вертолета, битком набитые бойцами отряда специального назначения — «Дельта форс», ФБР, солдаты Иорданской королевской армии.
— Они уже, наверное, знают о нашем прибытии, — заметил Том.
Карен поправила темные очки и мрачно улыбнулась в ответ:
— Даже если нет, то скоро узнают. Но у них не будет времени, чтобы что-то предпринять.
Том доверял ей. На него произвело глубокое впечатление, как быстро Карен Тэннер начала действовать, едва он сообщил ей о Гоморре и братстве. ФБР легко определило местоположение пещеры, как только очередной «приятель» Джека передал им координаты, полученные от радиомаяка, пребывавшего в желудке Тома во время его первого визита сюда. Затем, после нескольких поспешных телефонных звонков от директора ФБР и из Госдепа США в разные иорданские учреждения, в течение нескольких часов был собран отряд специального назначения. Карен пыталась уговорить Тома остаться, но его ничто не могло остановить — он хотел сам довести дело до конца. Последним аргументом для Карен стало то, что он единственный из всей группы захвата уже бывал здесь.
— Дэйв, что у них там? — спросила она соседа справа. Дэйв, тоже в темных очках и желтом «пустынном» камуфляже, изучал колонки цифр на экране ноутбука. Как и все остальные из «Дельта форс», он не соизволил сообщить им свою фамилию, и у Тома были основания полагать, что Дэйв — не настоящее его имя.
— Судя по сенсорам, там три человека снаружи, а вот сколько их внизу, остается только догадываться. По имеющимся данным и исходя из того, что сообщил нам Том, я думаю, они тут больше полагаются на секретность, чем на силы охраны.
— Ну, охраны у них, считай, больше нет.
Карен достала «уоки-токи» и тронула пилота за плечо:
— Чак, давай вниз, поближе к самой высокой скале. Быстро и как можно ниже, о’кей?
Карен прокричала в микрофон передатчика несколько команд, вертолеты начала снижаться, сходясь к одной цели. Желудок Тома сжался, когда, взглянув вниз, он увидел, как две похожие на муравьев фигурки побежали от машин к пещере. Видимо, его состояние отразилось у него на лице, потому что Карен улыбнулась и крикнула:
— Ты же сам хотел с нами прокатиться! Ну вот, сейчас начнется!
Брат Бернард не успел еще раз возразить святому отцу, когда тот услышал топот бегущих вниз по лестнице ног. Более раздраженный, чем озабоченный, Изекьель обернулся. Он же им ясно сказал, этим троим, что охраняют наружный вход, чтобы не мешали и не беспокоили. Топот приближался, становясь все громче; теперь были слышны еще и крики. И даже выстрелы. Выстрелы? Да что там происходит?! Теперь уже все члены Внутреннего круга подняли головы и начали обмениваться встревоженными взглядами.
Брат Бернард поднялся с колен:
— Пойду-ка я посмотрю…
Дверь вдруг распахнулись, и в пещеру ворвалась группа людей в мундирах.
Нет, это невозможно! Только не здесь! Только не сейчас!
Сам удивляясь своей прыти, Изекьель вскочил и отбежал за алтарь, встав между телом Марии и открытой дверью в склеп Памяти. Сунув руку под покрывало алтаря, он нащупал церемониальный кинжал, схватил его и засунул себе под веревку, опоясывающую плащ. Все еще стояли на коленях, не двигаясь с места. Только брат Бернард был на ногах.
— Всем не двигаться! — приказала рыжеволосая женщина в синей куртке с эмблемой ФБР на спине. Ее сопровождали по меньшей мере восемь вооруженных мужчин в камуфляже. — Я специальный агент Федерального бюро расследований США. По договоренности с иорданскими властями мы арестуем вас по подозрению в похищении людей, многочисленных убийствах и заговоре с целью убийства!
Изекьель действительно увидел мужчин в мундирах, здорово напоминавших форму Иорданской королевской армии.
Он обвел взглядом пещеру. Бернард стоит неподвижно, уставившись на пистолет в руке ближайшего к нему фэбээровца; Хеликс недоуменно качает головой; Лучано воздел руки к небу, как тот изгнанник в исполнении Джона Уэйна;[49] Хаддад и Олазабал словно окаменели.
У Изекьеля стучало в висках. Это какой-то кошмар. Нет, невозможно, этого просто не может быть! И как вообще они сюда попали?!
Пригнувшись за алтарем, он начал подтаскивать спеленатое тело к себе, пока оно с тупым стуком не упало к его ногам. Теперь у него была только одна цель: защитить это тело. Все остальное значения не имело.
— Ни с места! — крикнул ему высокий светловолосый солдат, направив на него пистолет и сделав движение в его направлении.
И тут из тени вышел он. В этот момент Изекьель ненавидел его больше, чем кого-либо другого из живущих на свете. Видимо, этот атеист все же сумел узнать местоположение пещеры и выдал их властям. Как ему удалось ускользнуть от Гоморры?
Изекьель видел, что Картер махнул рукой солдату, делая ему знак отойти в сторону, и сам вышел вперед. «Не теряй времени на этого святотатца, — убеждал себя Изекьель. — Уноси тело!» Он быстро оглянулся, прикидывая расстояние до открытой двери в склеп Памяти. Меньше метра. Рядом с этой дверью из каменной стены на высоте пояса есть деревянный рычаг. Механизм его в рабочем состоянии, хотя им не пользовались с тех времен, когда он был здесь установлен — в самые первые годы существования братства; это было устройство, к которому следовало прибегнуть в минуту самой чрезвычайной опасности. Но сейчас им угрожает именно такая опасность!
Он заставил свои мятущиеся мысли сосредоточиться на инструкциях, которые он получил в день своего вступления на пост главы братства.
Потом перевел взгляд, полный ненависти, на Картера — тот подходил все ближе и ближе. В его синих глазах Изекьель видел такой же неукротимый гнев, который бушевал и в его душе.
— Осторожнее, Том! — крикнула Тэннер, когда Картер подошел к алтарю и встал всего в четырех футах от Изекьеля. Невероятно, но именно Картер оказал ему неоценимую услугу. Он встал прямо между ним и вооруженными людьми и на какой-то момент закрыл его от их пистолетов.
Идеальный момент, чтобы убраться отсюда, подумал Изекьель.
Вид Изекьеля де ла Круа, стоящего над завернутым в саван телом Марии Бенарьяк, вызывал в душе Тома целую бурю эмоций. Подумать только, он ел за одним столом с этим мерзавцем, так сказать, преломил с ним хлеб, а тот все это время лишь выжидал момент, чтобы завершить дело, которое его проклятое кровавое братство начало в Стокгольме. Этот иссохший карлик убил его жену; да, он виновен в этом ничуть не меньше, чем Мария Бенарьяк. Нет, во многих отношениях он даже страшнее: она-то была всего лишь ландскнехтом, солдатом, повинующимся приказам, тогда как он выступал в роли генерала, отдающего эти приказы.
Том мог понять, почему они хотели его смерти, но хотел, чтобы Изекьель сам сказал ему это. Он хотел докопаться до полного понимания той извращенной логики, которая двигала руководителями братства, когда они отдавали приказы убивать человека просто потому, что тот посвятил себя спасению жизней других людей. Несомненно, это имело какую-то связь с тем фанатичным бредом, который Мария обрушила на него в лаборатории «Джиниус»: вмешательство в Промысел Божий, нарушение Божественных установлений и прочий вздор. Но он желал понять, почему члены огромной организации, посвятившей себя поиску и защите мессии, который, как они верили, спасет все человечество, считали не менее необходимым убивать людей, убить его. Он должен это постигнуть, если хочет понять, что́ стояло за убийством Оливии.
Он сделал шаг вперед, ближе к Изекьелю и скорее почувствовал, чем заметил, что агенты навели пистолеты на главу братства. Его впечатлило то, как быстро они разделались с охраной. Двое там, на поверхности, пытались оказать сопротивление, давая время третьему закрыть потайную дверь, ведущую на главную лестницу. Но атакующие действовали быстро и яростно. Вертолеты не успели еще приземлиться, а нападающие уже бежали к пещере. Трое охранников были в считанные секунды нейтрализованы — все раненые, но живые. На охранника внутри потребовалось больше времени, поскольку фэбээровцы не знали, что он один. А тот даже и не подозревал о нападении. Картер во всем этом никакого участия не принимал, но в крови его бушевал адреналин, как и у остальных обрушившихся на логово братства.
