Но тут падает финальный аккорд:
«Совещание у Зотова в 16:20. Пришло постановление на проверку от СБ. Анастасию Павловну отстранили от текущих дел. Уехала домой злая»
Сука!
Это же отличные новости, да? Должен же я сейчас по идее праздновать — враг обезврежен, хвост ей прижали. Но внутри вместо радости поднимается такая волна раздражения, что легкие обжигает. Вулкан на стадии «сейчас рванёт так, что пол-города накроет».
Телефон летит в стену, отскакивает и падает на кровать.
— Блядь! — рычу я, вкладывая всю свою злость в один удар по дверце шкафа.
Дерево трещит, складывается пополам и с грохотом валится к моим ногам. Тяжело дышу, глядя на этот разгром. Отстранили её, значит? СБ вцепилось? И почему мне, нахрен, хочется сейчас поехать и перегрызть глотку этому Каменеву?
На кой чёрт я за неё так переживаю? Подумаешь, вывернут её жизнь наизнанку, найдут, за что зацепиться, и вышвырнут из органов с волчьим билетом. Мне же лучше! Но, бляха… как представлю, как её это изводит, как она там зубами скрипит от бессилия — и самому становится до одури паршиво.
И есть ещё один косяк: если у этой упрямой копши появится куча свободного времени, она же его не на маникюр потратит. Она вцепится в «Тень» с удвоенной яростью, начнет рыть землю носом. А я уже не смогу пасти каждый её шаг через Васю! Контроль уплывает сквозь пальцы.
— Сука!
Хватаю телефон, пальцы зло вбивают поиск. Нахожу контакт этого жирного борова — подполковника Каменева. Толсторожий ублюдок, который за пачку «зелени» родную мать в ломбард заложит. Долго ждать не приходится, он отвечает на вызов мгновенно, будто только и ждал звонка от дьявола:
— Слушаю, господин Раевский,— доносится из трубки масляный голос подпола.
— Ты совсем ахуел, Эдик?! — рычу я не давая ему вставить слова,— Решил что бессмертный?
— Я… э… в чём дело?— мямлит гнида, уже начиная заикаться.
— Зайкина прессует СБ. Сделай так, что бы они испарились. Живо! Даю тебя два часа!
— Но там уже всё запущенно...
— У тебя два часа, Эдик! Или я лично скормлю тебя псам. Живым. Понял?
В трубке повисла гробовая тишина, то ли в обморок ёбнулся, то ли уже прикидывает размеры своего гроба. Наконец подполковничья рожа выдавливает:
— Хорошо, я всё сделаю…
Сбрасываю вызов, не дослушав его скулёж. Телефон в пальцах едва не трещит — ещё немного, и раздавлю к чертям. Мышцы наливаются тяжёлым свинцом, внутри всё вибрирует от ярости.
Зверюга под кожей ходуном ходит, рвётся наружу, а я заставляю себя дышать через нос. Глубоко. Ровно. Стараюсь выпустить пар, чтобы не сорваться, не прыгнуть в тачку и не полететь к этой копше прямо сейчас. А желание увидеть её — просто аховое, до темноты в глазах, до скрежета зубовного!
— Мать твою, Зайка… — выдыхаю я в пустую комнату, сжимая кулаки. — Что ты со мной сделала?
Глава 33
— Лис —
Наутро Вася — моё личное информбюро под прикрытием, отстучал: беда миновала, Асю восстановили. Казалось бы, выдохни, расслабься... Но сука, беда одна не ходит. Ищейки, которых притащил на хвосте Оникс со своей блондинкой, уже приближались.
В столовой особняка — снова «семейный» совет. Наши бабы среди всей этой толпы огромных мужиков смотрятся как три клопа. Заёба-Софи пристроилась рядом с Альфой: собранная, молчаливая, наконец-то, а то заебала меня пилить по поводу копши. Напротив, через стол — рыжая Верка, над которой Феликс навис, как коршун над добычей. А прямо передо мной — Дашка-одуванчик. Сидит вплотную к Ониксу, а тот нет-нет, да и стрельнет в меня бешеным взглядом, будто я её прямо сейчас из-под носа уведу.
Я подпираю косяк плечом, стараюсь дышать ровно. Между мной и Альфой застыл Якут — мрачнее грозовой тучи. Атмосфера в комнате такая, что чиркни спичкой — и всё взлетит на воздух к ебеням.
— Что ещё ты слышала? — Волк буквально нависает над одуванчиком, пытаясь выудить хоть крупицу полезной инфы про нападение охотников.
— Ну, они… стреляли… — девчонка запинается на каждом слове, бледная как моль. Пялится на нас своими огроменными испуганными глазищами, будто мы сейчас её саму на костре поджарим.
— Как ты вообще им на глаза не попалась? — басит Якут, и Дашка от его голоса вздрагивает, как от выстрела.
— Я… под кроватью была… — едва слышно выговаривает она.
Тут меня прорывает. Прыскаю со смеху, и следом за мной начинают ржать все мужики. Альфа, конечно, держит марку — морда кирпичом, ему не до веселья, — но мне реально разъёбно. Феликс, не затыкаясь, озвучивает мои мысли:
— Да уж.… Вот в чём соль, братцы! Наших девчонок даже опытный охотник не признает за самку оборотня!
Оникс в ответ только зубами скрипит, прижимая одуванчика к себе плотнее, София оглядывает всех таким взглядом, что у меня смех колом в горле встаёт. А рыжая бестия Феликса за «самку» отвешивает ему знатный шлепок по руке, и тот моментально затыкается.
Чистый каблук, без примесей! Гордый волчара превратился в домашнего шпица. Скоро она ему вместо ошейника бантик повяжет, а он и рад будет!
«Феликс, ты там как под подошвой, не задохнуться ещё?» — подмывает меня брякнуть, но Альфа так зыркает, что я прикусываю язык.
— И они… просто ушли? — Волк продолжает допрос одуванчика. — Ничего не взяли?
— Мониторы все на месте, — сухо рапортует Оникс, прижимая свою мелкую к боку.
— И стреляли они всего лишь пулями с аконитом, — подает голос София.
У одуванчика глаза на лоб лезут, и она выдает на всю столовую:
— Всего лишь?! Этого мало?!
Мы с пацанами переглядываемся. Для неё «всего лишь» — это когда пол-дома на воздух взлетело, а для нас — если пуля не серебряная, считай, легко отделались.
— Ищейки используют серебряные пули, — чеканит Софи, — чтобы не ранить, а убить.
И это, бляха, чистая правда. Если эти псы выходят на след оборотня, они не играют в догонялки — они приходят убивать. Без вариантов. А то, что в Оникса летел обычный свинец, пусть и приправленный аконитной дрянью — это какой-то аномальный цирк.
— Значит, цели убивать не было… — цедит Волк, потирая подбородок.
— И атаку на базу они свернули в последний момент, — вставляет свои пять копеек Якут. — Нахрена тогда весь этот кипиш?!
В столовой наступает такая тишина, что слышно, как у Феликса сквозняк в голове шуршит. Все тупят в стол, пытаясь переварить этот винегрет из фактов. И тут одуванчик, едва слышно, выдает:
