И, пока она не начала спорить, беру её губы в плен. А они мягкие, податливые, сладкие. Ахуенно! В последний раз целовал Дашку-одуванчика, но там — не то. Там хотелось нагнуть, а тут… Магнетическая какая-то тяга!

Растёгиваю её рубашку одной рукой. Второй удерживаю за затылок, чтобы, если разум включится, не вырвалась. Ощущаю, как она сдаётся. Медленно, но сдаётся. Пальцами сначала касается моей щеки, а потом — впивается в волосы пальцами. Ахуенно так, властно. Вставляет меня! Вроде монашка с кодексом чести, а целуется сейчас — божественно! Не то, что в прошлые разы!

Приподнимаю её, чтобы рубаху снять. Сопротивления — ноль. Сама помогает. Срывает с себя одежду, выпуская в воздух свои феромоны, от которых голова кружится похлеще любой наркоты. Зацеловываю её шею. Прикусываю кожу, заставляя всё её тело покрыться мурашками.

— Да ты оказывается отзывчивая…

Она молчит. Закусывает губу, сопит и стонет шёпотом, который отдаётся вибрацией в грудной клетке. Яйца звенят, тяжелеют и ноют. Стояк такой, что ширинка скрипит от натуги. Но сука… я же обещал, что членом не трону! Бляха, язык мой — враг мой! А довести её до края — нестерпимо хочется.

Припадаю к сиськам, а там — всё, как я и ожидал. Точёная тройка в кружевах. Ну, пиздец! Тут уже контроль к чертям летит. Рву бельё, освобождая эту прелесть. Как первобытный пацан, набрасываюсь на соски. Они — два твёрдых гвоздика. Один засасываю в рот, второй сминаю пальцами. Аккуратные, упругие. Не удерживаюсь — прикусываю. Девчонку прошибает, и она стонет — пронзительно, в голос.

Вот это я понимаю! Взрывоопасная фурия!

Запал бешеный, беспощадный. Стаскиваю с неё штаны вместе с бельём — одной силой мысли, ебать! Удержаться.… Ну, хуй знает. Вариантов уже нет. Надо довести эту монашку до тотального грехопадения!

— Максим… — пытается тормознуть меня Зайка. — Не надо…

И ладошками прикрывается. Будто это её спасёт!

Чтобы меня сейчас остановить — нужна реальная жесть! Локтем в челюсть вмазать, или пулю с аконитом в грудь, а её жалкое «не надо» только распаляет сильнее!

— Расслабься, Зайка… — снова шепчу в её губы, раздвигая колени. — Ты же сама хочешь…

Знаю наверняка — будь она чуть трезвее, уже давно бы въебала мне по щам, но тут… шансов нет. Особенно когда табельное не при ней. А его нет — я сразу проверил. Мало ли, взбредёт ей чего безумное.

И снова мну её сиську, будто впервые бабу увидел. А она так в ладони ложится — просто пиздец! Будто под меня и создана!

— Сука… ахуенная какая, — вырывается комментарий, сливаясь с её стоном.

Ладонь уже ползёт дальше. По рёбрам, к животу, по этой бархатной коже — и ниже. Останавливаюсь на лобке, а он гладкая, как отполированное стекло. Если бы к её уголовному кодексу ещё и заросли прилагались — я бы расстроился. А тут — гладко, нежно, всё как надо! Не верится даже.

Отодвигаюсь и пялюсь ей в промежность, как самый натуральный маньяк. Разве что бешеной улыбки не хватает, но кажется, и она проступает — потому что девчонка снова ёрзать начинает.

Хватаю её за колени и развожу в стороны, чтобы не закрывалась.

— Не дёргайся… — шепчу, и свой голос не узнаю — блаженный, пиздецки, — Заценю твою киску…

А она от моих слов и вздрагивает, и краснеет, но ножки не сводит. Что, сдалась, копша? И стоило так рыпаться, а?

А промежность у неё — будто из самой ахуенной парнухи, клянусь! Мой, кажись, новый фетиш! Такую — готов и облизать!

Долго думать не приходится — неистовое притяжение работает лучше мозгов. Припадаю губами к её киске, а она вся мокрая, вкусная до головокружения. Прохожусь языком от клитора до дырочки и обратно, ловя Зайку, потому что та, видать, свинтить решила — подпрыгнула аж, а потом замерла, зажмурившись.

Вот так! Лежи и кайфуй, Зайка!

Полирую её на совесть. Честно, сам от себя не ожидал. Шлюх так не отлижешь, это правда. А тут — грех не попробовать. Сочная, сладкая, текущая, как сучка в течке. И стонет — зачётно! Пальцы снова ныряют в мои волосы, пытается командовать, направлять. Бухая в хлам, размазанная по койке, а всё туда же!

Вылизываю складки, ныряю в эпицентр течки. А девчонку — явно штырит. Выгибается, как лук с натянутой тетивой, чётко так. Тормозить даже не пытаюсь — смотреть на неё сплошной кайф.

Подключаю пальцы. Большим, дрочу клитор — хер знает, по-моему, получается, раз её так колбасит. Продолжаю. В трусах уже огонь — член дымится. Если не выпущу — бзданёт прямо там. Второй рукой расстегиваю ширинку — член выныривает, как коробочный чёртик на пружине. Сжимаю яйца, чтобы попустило, но нихрена не работает. Чую — скоро взорвусь. И капитан Зайка — тоже.

Меняю тактику: с клитором языком играю, а пальцами в неё ныряю. А там, бляха, даже для пальцев тесновато — всего два, а мышцы сжимает, словно раздавить норовит! Ну, пиздец! Если я хуй туда вставлю — не расплющит, случаем?!

— Ебануться, ты тугая! — рычу прямо в её промежность.

Зайка вздрагивает, чую — на все сто краснеет, но стон не сдерживает.

Всунуть хочется нестерпимо, но подозреваю — кончу тут же. А кончить, только всунув, в мои планы не входит. Потому продолжаю. Шлифую клитор — всасываю, языком вылизываю, губами прикусываю. Ловлю каждый её отклик, а она откликается — пиздато! Стонет в голос, пронзительно, взахлёб, и вибрирует вся! Шлюхи так не умеют!

Продолжаю наяривать и её дрочу, и свой член, потому что иначе никак — яйца звенят, отдаваясь в ушах. Бля!

Ускоряю ритм в пальцах — и тут она взрывается. Смачно кончает на мои пальцы. Судорога — просто фантастика! Трясётся вся, мою башку коленями стискивает, жопку от матраса отрывает. И тут я не выдерживаю — кончаю следом, отрывая губы от её киски. Сперма летит на её ягодицу, на живот. Зрелище — огонь!

Макаю пальцы в свою сперму и размазываю по половым губам. Ну, хоть так — клеймо поставлю!

Зайка ещё пару минут дышит, как не в себя, а потом — отключается.

— Ну еба-а-ать, на самом интересном!

— Лис —

Нашел тут себе «друга». Финик, ебать!

Я за бабкой сижу с кружкой растворимого кофе, тот в угол забился. Ладно, хоть фырчать перестал, рыжий бес. Но зрительная дуэль у нас продолжается. Кто кого! Бляха!

Докатился, Лис! Нашёл себе надзирателя!

Но я не отступаю. Сижу, пялюсь на кота. А сам в мыслях о произошедшем. Нализался я, конечно, вдоволь! Ещё и как пиздюк в холостую спустил! Где это видано?! Парни узнают — будут стебаться: Феликс года два точно, Якут пока не сдохнет!

Сука!

И вроде хочется себя за это дерьмо отчитать, но…. Но пиздато же было! С этим не поспоришь! Кончает она ахуительно! Только это и держит! Хотя нет… ещё её дурманящий запах. В жизни не вдыхал ничего подобного! Нахера она так источает? Хер поймёшь! Но этот дурман реально действует. Колпак, который у меня отродясь съехал, летит нахуй в аут! На полной скорости. Без тормозов!