— Я начинаю жалеть, что слабо тебя ударила.

— А я переживаю за твою руку.

Аннабет захлопнула дверь прямо перед его лицом. Это доставило неожиданно много удовольствия. Правда, когда Даниэль обошел такси и сел рядом, на его лице по-прежнему была улыбка. Похоже, вывести вампира из себя было гораздо сложнее, чем хотелось.

В салоне было тепло. За окнами тянулись огни Ньюворна, и монотонное движение автомобиля постепенно убаюкивало. Аннабет пыталась не спать. В ее представлении засыпать рядом с практически незнакомым вампиром было одной из тех вещей, которых нормальный человек делать не должен. Но после сегодняшнего дня само понятие нормы стало довольно условным.

Усталость накрыла девушку с головой. Сонно моргнула, потом еще раз, подавила зевок, а в следующий момент голова сама качнулась и легла на плечо Даниэля.

Он мгновенно напрягся. Аннабет была теплой. Ее дыхание едва ощутимо касалось его шеи, а сердце билось так близко, что вампир различал каждый удар. Запах крови он чувствовал еще в Башне, однако там вокруг было слишком много других запахов — магии, пыли, камня, чужого страха.

Девушка сонно вздохнула и устроилась на его плече удобнее. Он медленно повернул голову к окну и сжал челюсти. Очень неудачный день, чтобы откладывать кормление.

На секунду взгляд сам собой скользнул к ее шее, и Даниэль тут же заставил себя отвернуться. Он контролировал голод достаточно давно, чтобы не бросаться на человека из-за запаха крови. И все же близость Аннабет заставляла инстинкты неприятно напоминать о себе.

— Конечно, — едва слышно пробормотал он. — Устраивайся.

Она ничего не услышала, и это почему-то вызвало у него улыбку. Даниэль снова посмотрел на нее. Без настороженности и вечного возмущения лицо Аннабет стало совсем другим. Обычным и слишком уставшим. Сейчас было особенно трудно поверить, что именно эта девушка несколько часов назад лежала мертвой на алтаре, а затем открыла глаза.

Ее сердце снова ударило. Даниэль услышал. И неожиданно для себя испытал облегчение. Он тут же нахмурился, раздраженный собственной реакцией. Нет. Все это совершенно не имело значения. У него был приказ. Девушку следовало доставить Адриану, и только.

А еще срочно выпить крови. И заставить Аннабет снять с себя эту проклятую одежду. Когда такси остановилось, Даниэль слегка толкнул ее плечом.

— Аннабет.

Она только нахмурилась.

— Приехали.

Никакой реакции. Он посмотрел на спящую девушку и чуть усмехнулся.

— Если не проснешься, поедем ко мне.

Девушка мгновенно открыла глаза.

— Я все слышала.

— А выглядела убедительно.

Она выпрямилась и только теперь поняла, что последние неизвестно сколько минут спала у него на плече. Смущение пришло совершенно некстати. Аннабет поспешно поправила волосы и отвернулась, надеясь, что полумрак скроет предательски потеплевшие щеки.

— Удобно было? — спросил Даниэль.

— Не обольщайся.

— Я вообще-то про плечо.

Она резко повернулась.

Его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах плясали откровенно издевательские искры.

— Ты специально.

— Что именно?

— Вот это.

— Очень содержательно.

— Я все-таки найду способ сделать тебе больно.

Он слегка наклонился к ней, отчего расстояние между ними вдруг стало слишком маленьким.

— Ты представляешь, насколько сейчас повысила мой градус интереса? Буду ждать с нетерпением.

Аннабет замерла всего на секунду, но этого хватило, чтобы Даниэль заметил и улыбнулся. Она немедленно отвернулась и выбралась из машины, злясь уже не столько на него, сколько на себя.

У собственной двери ее ждал новый удар. Аннабет машинально полезла в карман, потом во второй и только тогда вспомнила о сумке, оставшейся в Башне. Ключи. Телефон. Документы. Все осталось там.

— Черт.

— Что?

— Ключи.

Даниэль посмотрел на дверь.

— И?

Аннабет медленно повернулась к нему.

— Для обычных людей закрытая дверь считается препятствием.

— Тяжело вам живется. — Он достал из кармана брелок с кучей отмычек и с совершенно невозмутимым лицом стал ковыряться в замке.

— Зато мы не вламываемся в чужие квартиры.

— Пока рано обвинять.

Через несколько секунд замок тихо щелкнул. Аннабет уставилась на открывшуюся дверь, затем на вампира.

— Теперь можно?

— Что?

— Обвинять.

Даниэль распахнул дверь шире.

— Я предпочитаю считать, что помог тебе попасть домой.

— Какие у тебя еще таланты? Жонглируешь женскими лифчиками? Пьешь кровь девственниц? — Она закрыла за ними дверь.

— Я многогранен. Но твои идеи все интереснее и интереснее. Возьму на заметку.

— Не стоит. Не уверена, что хочу знать о тебе больше.

Она шагнула мимо него, но Даниэль не отступил сразу, и на мгновение им пришлось оказаться почти вплотную. Аннабет почувствовала тепло его тела и снова, совершенно некстати, вспомнила переулок. Даниэль заметил, как она задержала дыхание.

— Что? — спросил он.

— Ничего.

— Уверена?

— Абсолютно. — Она проскользнула в квартиру. — И перестань так смотреть.

— Как?

— Ты прекрасно знаешь как. — Аннабет обернулась.

— Понятия не имею.

— Вот за это я тебя и ненавижу.

— Третий раз.

— Ты считаешь?!

— Начал после второго.

Несмотря на себя, Аннабет фыркнула. И тут же поняла, что впервые после Башни почти улыбнулась. Осознание оказалось неожиданным. Даже немного неприятным. Этот парень раздражал ее практически каждым словом, но именно рядом с ним ужас последних часов почему-то ненадолго отступал.

— Собирай вещи.

Аннабет обернулась.

— Зачем? Я не собираюсь.

— Это не предложение.

— А я никуда не пойду. Я хочу в душ.

Взгляд Даниэля невольно опустился на темное пятно крови, проступавшее из-под мантии. Запах здесь, в маленькой квартире, стал еще сильнее.

— Поверь, — произнес он чуть напряженнее, чем прежде, — я тоже очень хочу, чтобы ты приняла душ.

Аннабет прищурилась.

— Сейчас это прозвучало крайне подозрительно.

— Только в твоей голове.

— Ты поцеловал меня в переулке.

— У тебя была истерика.

— Сейчас я не истерю.

Даниэль посмотрел на нее. На мгновение в его взгляде мелькнуло что-то такое, отчего Аннабет вдруг стало слишком жарко в собственной квартире.

— Поэтому пока держусь.

Она застыла. Даниэль выдержал паузу ровно столько, чтобы ее щеки успели вспыхнуть, а потом усмехнулся.

— Шучу.

Аннабет схватила с кресла диванную подушку и швырнула в него. Он поймал ее одной рукой. Она посмотрела на него еще секунду, развернулась и ушла собирать вещи. На этот раз Даниэль рассмеялся уже открыто.

Собиралась она по-прежнему хаотично. В рюкзак полетели первые попавшиеся джинсы, белье, пара футболок, еще одна толстовка. В ящике стола нашелся старенький телефон, который она когда-то оставила про запас. Следом отправилась небольшая денежная заначка. Аннабет пыталась сообразить, что еще может понадобиться человеку, вынужденному внезапно скрываться от архимага, но разумных идей не возникало.

— И куда мы вообще идем?

— Ко мне.

Она замерла с футболкой в руках.

— К тебе?

— Там безопасно.

Аннабет медленно повернулась. После поцелуя фраза почему-то прозвучала совсем иначе, чем должна была. Даниэль, судя по выражению лица, прекрасно это понял.

— Даже не начинай, — предупредила она.

— Я молчу.

— Душ есть?

Вот теперь он моргнул. Аннабет почувствовала маленький прилив торжества. Наконец-то он завис.

— Есть, — ответил Даниэль.

— Горячая вода?

— Да.

— Полотенца?

— Даже чистые.

— Тогда согласна.

— Как мало тебе нужно для счастья.

Аннабет устало посмотрела на него.

— После сегодняшнего дня горячий душ кажется мне раем.

Улыбка Даниэля стала мягче, почти незаметно утратив привычную насмешливость. Он уже собирался ответить, когда вдруг замер.