Шторм чуть ослаб лишь к общему подъему, когда на фоне окрасившегося в темно-серый цвет неба, стало возможно различить хоть что-то. Стоявший в тот час у руля Вестгейр приказал поднять бизань-парус, чтобы хоть немного попробовать подправить маршрут, маневрируя при помощи все еще злого ветра. На палубу поднялась Нэрья, выглядящая еще более усталой чем вечером, что неудивительно, после столь тяжелой ночи. Заботой девушки было подавать сигналы другим кораблям, чтобы эскадра вновь смогла собраться. Это сейчас и было основной проблемой, а не все еще не утихающий шторм – в паре верст от «Змея» качалась на волнах лишь еще одна каракка, больше в океане не было видно никого.
Впрочем, первые же огненные залпы, устремившиеся в небо дали результат. Пара мест за горизонтом откликнулись ответным огнем: пиромантским или же просто горящими стрелами. Уже через пару часов, когда вокруг стало куда светлее, что значительно подняло настрой команды, за «Змеем» следовало уже три каракки и один бедолага-фот. Оставалось найти еще половину эскадры, в том числе «Доблесть севера». Впрочем, до обнаружения флагмана, командование на себя взял Вест, сигналами флагов направляя остальные корабли, чьи капитаны не особо-то и были против.
Хмурый Вестгейр стоял у штурвала, ведя «Длинного змея» дальше на запад. Из команды он немного посоветовался лишь с старпомом, боцманом и ведуньей, впрочем, как и всегда. Нэрья теперь раз в пару часов подавала сигналы, но особого результата они не приносили. В перерывах меж этим занятием, девушка успела обмолвиться перед друзьями:
— Вест просил Вигдис найти другие корабли при помощи своих сил, но у нее не получается. Океан слишком большой, искать в нем пусть даже не одно, а несколько судов, все еще пустая затея.
— Тогда просто двигаемся на запад, в надежде, что Рерик найдет нас сам? — уточнил Лейф.
Нэрья пожала плечами:
— Мне известно не сильно больше твоего. Но вроде как план пока что такой.
На корабле настрой был не слишком весёлый. Шторм в открытом океане – это всегда плохо, но потеря половины эскадры пугала и печалила куда сильнее. Может с Рериком и остальными все было в порядке, но как в этом убедиться? Приближающаяся же ночь могла лишь усугубить ситуацию, ещё сильнее разделив теоретически курсы двух частей эскадры. Да и кто говорил о двух частях? Может быть, каждый из оставшихся кораблей теперь сам по себе?
Ближе к вечеру, будто мало было непогоды и прочих проблем, произошло ещё одно странное событие. Море все ещё штормило, хотя дождь и стих. Была надежда, что этой ночью никто не должен был потеряться. Наверху все было спокойно, Вестгейр, вновь стоявший у штурвала, позволил себе отдать приказ на подъем всех парусов. Внезапно на полуют взбежала Вигдис, до того находившаяся в каюте.
— Что? — напрягся Мореход, крепче сжимая штурвал.
Стоявшие неподалеку матросы, несколько человек из которых находились на палубе, начали стягиваться поближе. Лейф тоже не хотел пропустить свежие новости и двинулся в сторону юта, тем более что Вест и Вигдис не особо-то таились.
— Новые волны, — ведунья взволнованно оглядывалась, не находя пока что причины своего беспокойства. — Несколько, не одна… Будто кто-то беснуется в воде. Не понимаю, как такое возможно?
Мореход поджал губы и, заметив, что рядом и без того хватает матросов, скомандовал:
— Всех предупредить! Вахтенные наверх, натягивать леера. Паруса спустить кроме бизани, фока и грота, готовимся к удару! Бьерна ко мне, пусть передаст сигнал остальным кораблям.
На «Змее» в миг закипела суета, быстро упорядоченная командами старших. В трюме крепилось или точнее перепроверялись крепежи всего, что только можно. Никто не прохлаждался, не спал в гамаках, чтобы ни быть застигнутым врасплох. Пока было время по мачтам сновал с десяток матросов, перепроверяя такелаж. Паруса уже были спущены кроме самых нижних, и большая часть команды столпилась наверху, озираясь по сторонам, силясь увидеть с какой же стороны придет удар.
Шонхор, до последнего не слезавший со своего наблюдательного поста, оказался первым. Громким свистом брильемец привлек к себе внимание и указал на северо-восток, после чего начал быстро спускаться вниз с такой скоростью, что моментами казалось, что он падает. Впрочем, мало кто наблюдал за движениями мужчины. Все взоры были устремлены назад по направлению движения судна, где на горизонте уже начала подниматься волна.
Раздался испуганный гомон, кто-то крикнул, что «Змея» накроет по самую грот-мачту и эту страшилку тут же подхватили. Впрочем, замершие на полуюте командиры не были так резки в суждениях.
— Что скажете? — убирая трубу, спросил Вест.
— Большая… А за ней кажись еще одна, — скривился Кнуд. — Каракку может и не накроет, но в борт ударит хорошенько. Что на фоте твориться будет, даже представить сложно.
Мореход скривился, как от зубной боли, кивая словам боцмана.
— Вигдис, золотце, не прикроешь нас? — Арнбьерн глянул на ведунью.
Та неопределенно дернула плечами:
— От одной волны – запросто. Не убрала бы, но ослабила точно. Там же целая серия. Просто готовьтесь, я здесь не помощница.
— Тогда остается только молиться, — вздохнул Вест, поворачиваясь к замершему у штурвала Бруни. — Поворачивай «Змея» носом к волне. Времени хватит?
Тролль только ухмыльнулся, уже не глядя на командира, во всю налегая на штурвал, торопясь развернуть каракку. Вверх по мачтам уже спешили несколько матросов, которым было приказано снять паруса сразу же, как «Змей» закончит маневр.
Все на корабле застыли, вцепившись кто во что, слушая гул приближающихся волн.
Лейф, убиравший парус на фок-мачте, стрелой слетел к ее основанию, с удивлением обнаружив, что внизу его дожидаются друзья. Коваль помог ему закрепиться внизу и теперь парень стоял и дрожал от страха не в одиночестве, а вместе с Финном и Нэрьей. Чего уж греха таить, Рудому было жутко, не смотря на веревку, которой он привязал себя к основанию фок-мачты. Даже ночью, во время шторма, рыжий был куда более хладнокровен. Хотя тогда все, не смотря на творящийся за бортом ужас, шло по плану. Сейчас же… Откуда взялись эти волны-убийцы, когда море почти успокоилось после ночной непогоды?
Подумать над этим парень толком не успел. Гулкий рев набегающей волны все нарастал. С тихим ужасом, столпившиеся на палубе наблюдали, как ревущая стена воды несется прямо на корабль, застилая горизонт.
С гулким грохотом первая волна навалилась на «Длинного змея», перехлестнув через нос, окатив троицу и всех, кто столпился на баке с ног до головы. Досталось и остальным, кто стоял позади, на шкафуте – средней части корабля. Лишь полуют остался относительно сухим. «Змей», пусть и был огромной караккой, взлетел на гребень волны будто скорлупка, пробив водную толщу насквозь. Корабль поднялся над океаном на добрый десяток саженей, на миг даже казалось, что сейчас он полетит. Но длилось это всего пару мгновений. У Лейфа перехватило дух, когда он вдруг понял, что палуба судна уходит из-под ног – «Змей» начал движение вниз, опасно накренившись носом и приподняв корму. Кто-то закричал испуганно, стоявшая рядом Нэрья пискнула и вцепились ногтями Рудому в предплечье. А внизу уже поджидала новая волна…
«Змей» прыгал по волнам, поднимаясь на гребни, чтобы спустя пару мгновений рухнуть до самого низа лишь для того, чтобы оседлать очередной вал. Людей, замерших на палубе, болтало, уже никто не кричал, большинство лишь беззвучно молились. Рядом точно так же скакали остальным каракки и даже бедолага фот, а волнам не было конца и края. Скрипела палуба и обшивка под ногами, гудел натянутый такелаж. Лейф вцепился в насквозь мокрый леер, прижался поближе к мачте, но все равно во все глаза продолжал смотреть по сторонам, хотя их нещадно щипало от соли – парня уже не раз окатило до самых ушей. Сюрреализм происходящего не отпускал его. Небо, до того затянутой тучами, прояснялось, дождь стих, а ветер больше не рвал паруса, но волны… Откуда, Эттер вас побери, взялись эти волны! Над головой блеснуло солнце, на мгновение пробившееся через поредевший слой туч и парень сипло рассмеялся, отфыркиваясь от морской воды, стекавшей по лицу и вдруг… Море успокоилось? Еще пара волн, совсем смешных, по сравнению с пережитым, качнули корабль, а затем океан затих. Это не был штиль, но качка стала вполне терпимой, не было нужды больше цепляться за леера или привязывать себя к мачтам.
