От созерцания спокойного пейзажа, парня отвлекли находившиеся на палубе матросы. Корабль шел вперед ходко, вахтенным было особо нечем заняться. Услышав флейту, они какое-то время слушали спокойную мелодию, но в один момент, когда Лейф смолк, чтобы перевести дух, один из моряков завел свою песню. Парень не вслушивался в слова, да в целом это было и неважно. Обычная моряцкая песня, но не та под которую удобно грести, идти в набег или рваться сквозь шторм. Просто размеренная, неторопливая мелодия, скрадывающая время куплет за куплетом, убаюкивающая самых уставших, заставляющая остановиться и немного передохнуть, подумать о жизни и море.

Лейф слушал, но не слышал слов, впитывая сам темп песни, подстраиваясь под него. Пальцы заскользили по отверстиям флейты, пока без звука. Вот моряк завел новый куплет. В этот раз ему вторил парень, тихонько подыгрывая на своей дудочке. Тот видимо только этого и ждал, заведя песню куда громче. Другие матросы тоже запели, кто громко, кто в полголоса, а кто и вовсе еле шепча, но единая мелодия зазвучала над океаном.

Наигрывая на флейте, рыжий глянул на ют, где за штурвалом стоял Вест. Тот едва заметно улыбался, притопывая в такт размеренной песне. Словно почувствовав взгляд парня, капитан глянул на него и одобряюще кивнул. Так они и пели всем кораблем, под аккомпанемент одинокой флейты, шипение волн и свист ветра, да крики чаек, которым не было никакого дела до расшумевшихся людей. Ласковое солнце клонилось к закату, обещая скоро погрузиться в бескрайний океан, закончив первый день морского пути «Длинного змея».

Плаванье до Аульфтау заняло несколько дней, которые Лейф уж точно запомнил надолго. Все же это был его первый настолько значительный морской поход. Пускай с непривычки временами было тяжело, но куда сильнее в глазах парня пылал интерес. Лейф радовался любому новому делу, даже если то и влекло за собой тяжелую работу. Зато совместный труд сплочал команду, а заодно дарил юноше еще немного новых знаний, связанных с морем. А об этом рыжий мечтал знать как можно больше.

За эти дни он познакомился с доброй половиной матросов, а уж из верхушки управления «Змеем» теперь знал каждого. Может быть, в глазах того же Бьерна или Кнуда он был всего лишь салагой, а для Веста не более чем племянником друга, Лейф не обижался и не ждал к себе особого отношения. Знакомствами он обзаводился не для этого. Куда интереснее ему было просто узнать о том, чем занимается тот или иной человек на корабле. А заодно почерпнуть частичку и его знаний.

Среди рядовых матросов, даже старожилов, ходивших с Вестом не первый год, репутация у Лейфа тоже сложилась неплохая. Всем нравилась его игра на флейте, которая в спокойные моменты скрашивала путешествие. До этого на «Змее» была лишь лютня, на которой изредка играл лоцман – Папаша Рун, старый уже моряк, который уже подбирался к концу шестого десятка. Бруни иногда учился у него игре, но особо в музыкальном деле не продвинулся. Ему куда ближе были занятия, где требовалась сила, а не ловкость, особенно если дело касалось проворства пальцев. Ладони у Бруни были как лопаты, куда уж с такими играть на лютне?

У Финна дела тоже шли неплохо. Корабль, конечно, был новый, ремонт ему потребуется еще нескоро, если Боги пошутить не надумают, потому свои навыки в работе с металлом парень пока проявить не мог. Но и от обычной морской работы не отлынивал, продемонстрировав свою не дюжую силу и выносливость. Даже косолапость ковалю мешала не сильно – ходить то на корабле было особо некуда.

С Нэрьей парни виделись не слишком часто. Вигдис явно взялась за нее со всей серьезностью, так что если пиромантша и появлялась на палубе, то лишь для того, что подышать свежим воздухом ближе к вечеру или рано утром. Хотя возможно Вигдис отпускала ее лишь тогда, еще и с расчетом на то, чтобы девушка как можно меньше показывалась на глазах у мужчин, лишний раз не плодя ссоры меж экипажем. Сейчас это было не так уж и важно, а вот спустя несколько седмиц в море, подобный раздражающий фактор обещал стать заметным.

Тем не менее, не смотря на все трудности и пока еще непривычную для многих морскую суету, до Аульфтау корабль добрался вовремя. Лейф, если честно, почти пропустил этот момент. После утренней вахты он ушел отдыхать, решив поваляться немного в гамаке, чтобы не мешаться на палубе. Разбудил его Рун, зачем-то проходивший через матросскую каюту и походя качнувший гамак.

— К Аульфтау уж подплываем, не хошь поглядеть? — хитро прищурившись спросил старик.

— Куда? — сонно переспросил Лейф.

Но через секунду до него дошел смысл слов собеседника и подскочив, он чуть не сверзился с гамака. Парень точно грохнулся бы, если б не Папаша Рун, придержавший его, с удивительной для старика сноровкой. Силы тому еще было не занимать, не смотря на внешнюю сухость.

— Да не спеши так, часок у тебя есть еще. Мы только Белозубый Кряж прошли, с таким ветром как щас ты даже пообедать успеешь.

— А уже обед? — удивился парень.

— Да уж пора бы перекусить, горазд же ты дрыхнуть, — рассмеялся Рун, удивительно быстро пошаркав перед. — Пойдем, сынок, Чужак вне очереди нам наложит.

Ходил старик, кстати, тоже чуть прихрамывая, хоть это было и не так заметно, как у Бьерна. На сколько рыжий знал, у лоцмана не хватало половины левой ступни. Тем удивительнее были скорость и проворство, которые тот иногда показывал, еще и в своем-то возрасте.

Обед Лейф даже не заметил, проглотив его в два счета и тут же убежав на палубу, боясь пропустить приближение города. Финн нашелся там же, занятый болтовней с Бруни на полуюте. Но при этом рулевому дали передохнуть, сейчас за штурвалом стоял Арнбьерн.

Глянув в сторону берега, рыжий заметил, что местность немного переменилась. Это было не так заметно, но все же здесь прибрежные скалы были будто бы выше. Приставать к таким было бы совсем бессмысленно, если б не обилие фьордов. Рядом с Фармонтом берег все же был не столь высоким и изрезанным, так что подобные пейзажи были для Лейфа в новинку. По всей видимости в одном из этих скалистых заливчиков и прятался Аульфтау.

С полуюта парня заметили и зазывающе замахали. Смысла отпираться не было и Лейф пошел к друзьям.

— Бруни говорит до Аульфтау всего ничего осталось, — Дагфинн тоже находился в легком предвкушении.

— Мне Папаша уже сказал. Долго мы, кстати, в порту пробудем?

— Пока вся эскадра не соберётся, — пожал плечами Бруни. — Может мы последние, конечно, но даже так пара дней у нас есть. Успеем на берегу напоследок гульнуть хорошенько. Покажу вам, деревне, как в больших городах отдыхают.

Рулевой важно огладил бакенбарды, явно предвкушая скорый отдых. Судя по радостным лицам остальной команды, даже вахтенных, у многих мысли были похожие.

Финн с новым товарищем мыслями не расходился, все же после родной деревни им и вправду многое было в новинку. Одно смущало кузнеца – денег у него считай не было, оставалось только рассчитывать на обещанную Вестом плату. Но хватит ли кроны, чтобы хорошенько отдохнуть перед долгим путешествием?

Видимо подобные невесёлые мысли как-то отразились на лице кузнеца, потому что Бруни ободряюще хлопнул парня по плечу:

— Да не грусти так. Выручу вас деньжатами, сам таким был, все понимаю. Так что на борту тухнуть не придется, пока все отдыхают.

— За мной не заржавеет, — серьезно пообещал Финн. — Долги я не люблю. Даже если должны мне.

— Эт правильно. А ты, рудый, с нами пойдешь? Знаю я пару кабаков хороших в Аульфтау, рыскать не придется. Из порта сразу на место двинем. А если хотите, то и не только по кабакам пройтись можем, есть в городе и повеселее заведения…

— Выпить я, пожалуй, сходил бы, — задумчиво пожал плечами Лейф. — Но и на город посмотреть охота. Сравнить с Бьяргом, да Тирхоллом.

— Ну смотри сам, я тебе объясню, как нас найти, когда в порт прибудем, — Бруни пожал плечами.

На полуют, тем временем, поднялся Вестгейр в компании Вигдис. Ту, в свою очередь, сопровождала Нэрья. Старшие явно что-то обсуждали, что не укрылось от чужого внимания. Бруни поднялся на ноги, отряхнул штаны, и уверенно бросил: