Сложив пальцы, Лана призвала Знак Связи. Золотое облако вспыхнуло, и из него раздался сухой, отстранённый голос Кристофа:

— Данные?

— Тело в отличном состоянии, — Лана быстро считывала показатели с плавающих в воздухе рун, избегая смотреть на застывшее серое лицо. — Срок сдвинулся на два месяца. Повелитель сможет вернуться в собственную плоть только через четыре года.

Она замкнула контур, заколебалась на секунду, а затем тихо, почти умоляюще добавила:

— Брат… не хочет ли Повелитель взглянуть на мой новый принцип регенерации?

В тишине склепа повисла ледяная, физически ощутимая пауза. Но золотое облако ответило лишь чеканным голосом Кристофа:

— С отчётом всё? Тогда до следующего квартала.

Связь оборвалась.

Лана осталась одна перед неподвижной мумией. Наставник не обращался к ней напрямую сотни лет. С того самого дня, как она бросила ему в лицо жестокую правду: он сам виноват в том, что позволил Эдмунду превратиться в чудовище, и она больше не хочет его видеть.

Повелитель принял её слова буквально. И с тех пор говорил с ней только через её брата.

Глава 20. Турнир. Часть 1.

Грот Тысячи Жертв. Турнирная Арена Ордена Черепахи.

Грот жил. Он не просто гудел — он вибрировал, будто сама гора просыпалась после тысячелетнего сна. Свет падал сверху через круглое небесное окно, превращая дикий камень в золото. Воздух был удушающе горячим от магии и ожидания. Тысячи голосов сливались в единый оглушительный рёв.

На противоположных краях песчаного круга, возле технических выходов, на массивных бронзовых стойках качались два официальных стяга участников.

Справа развевалось глубокое полуночно-синее полотно Ордена Коронованной Змеи с серебряной змеей. Слева — бело-золотое полотно Ордена Солнечного Сфинкса. Тяжёлая ткань непрерывно трепетала от магических волн, гулявших по пещере, а старые барельефы со сценами древней бойни казались живыми — будто каменные воины тоже ждали пролития крови.

На нижних ярусах бесчинствовали молодые воплощённые. Они кричали так, словно от их голосов зависел исход боя. А на верхних высились двадцать пять лож — каждая сияла своими цветами, своей историей и своим могуществом.

Сегодня здесь собралась не только раса Воплощённых. На турнире присутствовали люди: главы мировых корпораций, президенты, министры и генералы. Каменные балконы, когда-то принадлежавшие исчезнувшим Орденам, теперь заполнили смертные. Мужчины в строгих костюмах знали: их государства, армии и миллиардные бюджеты — всего лишь фасад. Настоящая власть сидела здесь, на диком камне под открытым небом.

И сегодня им позволили взглянуть на то, что обычно скрыто от их глаз. Приблизиться к бессмертным. Чтобы смертные могли в полной мере насладиться зрелищем, прямо на их лбах пульсировал Знак Всевидящего Ока — мистическая магия, позволявшая видеть скрытые потоки силы и истинную скорость Воплощённых.

Над ареной кружили десятки серебристых дронов с логотипом «Future & Beyond». Ими управлял новейший искусственный интеллект, который был разработан смертными, но принадлежал лично Илаю Д’Ориоль. Каждый был оснащён не только камерой высокого разрешения, но и специальными линзами, позволяющими видеть и вести запись в магическом спектре.

Илай обеспечил технологическую часть. Орден Парящего Сокола отвечал за звук, трансляцию и картинку. Орден Черепахи предоставил саму арену. Турнир превратился в гладиаторское шоу мирового масштаба.

На арене уже вспыхивали короткие разогревочные дуэли: огненные рывки, ледяные копья, силовые барьеры и вспышки магии. Толпа ревела. Гигантские экраны над ареной показывали графики ставок, коэффициенты и лица участников.

И везде — Влад Грифон.

Его портреты горели на каждом мониторе. Каждый рекламный ролик был посвящён ему. Каждый комментатор наперебой восхвалял действующего чемпиона:

«ГРИФОН. ЛЕГЕНДА АРЕНЫ».

Главная ложа — «Пасть Черепахи» — поражала масштабом. Вырубленная прямо в монолите скалы, она походила на открытую пасть рептилии. В древности отсюда жрецы возносили молитвы кровавым богам, а сегодня это было главное VIP-гнездо турнира — ложа организаторов и главных инвесторов шоу. Хозяин арены, глава обедневшего Ордена Черепахи, буквально сиял от счастья, суетливо лебезя перед гостями: турнир снова вернул его в центр внимания мировых элит. Но настоящими хозяевами балкона были те, кто оплатил это шоу.

В ложах по периметру грота занимали свои места главы остальных Орденов — и каждое их появление встречалось гулом трибун.

В ложе Ордена Мантикоры спокойно расположился Лазарь — глава второго по численности Ордена после Змеи. Главный юрист мира Воплощённых, человек безупречной выправки и безусловной преданности Повелителю. Лазарь лениво вращал тонкую флейту между пальцев, одним своим присутствием транслируя: всё, что произойдёт на этой арене, полностью законно.

Ему даже не требовалось договариваться с Илаем за кулисами. Как главный юрист, чей подчинённый запечатывал передачу Чёрного меча в Париже, Лазарь прекрасно знал, у кого на самом деле находится оружие Влада. Видя, как действующий чемпион выносит на песчаный круг его мёртвую копию, Лазарь лишь едва заметно улыбнулся уголком губ. Ему не нужно было раскрывать этот подлог — он просто сделал астрономическую ставку на Скалу, предпочтя стать молчаливым соучастником величайшей махинации вечера и забрать свой гарантированный триумфальный куш.

Чуть дальше, в ложе Охотников, сидел их Альфа — Ди-Лан. В своей потёртой кожаной куртке, с татуировками на руках и шее, он выглядел дико среди шика остальной элиты, но его волчья стая на нижних ярусах контролировала целые сектора. Ди-Лан обнимал за талию свою жену Мию. Спустя более чем пятьсот лет брака они до сих пор миловались и шептались, как молодожёны на свидании, полностью игнорируя пафос окружающих.

А вот ложа Златоглавого Паука заставляла нервничать даже арбитров. Там буквально задыхался от безумного хохота Лорд Давид. Древний, как сам Повелитель и отшельник Рафаил, этот вечно ржущий садист и маньяк в прошлом основывал кровавые культы, заставляя смертных поклоняться себе как богу. Наместник закрывал глаза на половину его диких выходок просто потому, что с Давидом даже сам Повелитель вряд ли мог окончательно справиться. Паук до сих пор искренне ржал и матерился при воспоминании о новых правилах Наместника, обязывавших бойцов носить защиту на шее и сердце. Ему не нужен был спорт — он жаждал кишок на камне и дико бесился, что состязания превратили в «безопасное шоу».

Илай обладал лучшей разведкой мира. В его секретных архивах хранились сотни гигабайт компромата на каждого главу Ордена, но Илай лично никогда не открывал папку по Давиду. Его железобетонная психика омерзительно съёживалась от одного представления о том, что происходило за закрытыми дверями Златоглавого Паука. Аналитики лишь кратко пересказывали суть, а сам Илай предпочитал не видеть концентрированное, чистое зло, которое творил Давид.

В самой же Пасти Черепахи расположились лишь двое ключевых инвесторов и сам Илай. Он сидел в самом центре — на массивном троне, где когда-то восседали древние правители. Илай намеренно проигнорировал свою отдельную ложу Коронованной Змеи, оставив её для свиты: здесь, в центре управления шоу, ему было куда удобнее контролировать процесс.

Справа от него уже восседала Изабелла — глава Ордена Парящего Сокола. Роскошная, опасная и безупречная. Её платье было на грани приличия: полностью открытая спина и глубокое декольте. Она откровенно презирала Лану с незапамятных времён. Прижав длинный ухоженный ноготь к секретному замочку на серебряном браслете, Изабелла спустила каплю концентрированного эликсира-стимулятора прямо на язык. Улыбка на её губах моментально стала шире, а зрачки вспыхнули хищным, искусственным азартом.

— Мечтаю увидеть, как этот парнишка Грифон полетит вниз головой, — ядовито прошептала она, небрежно обмахиваясь веером-артефактом, способным вмиг срезать голову. — Влад, конечно, красавчик, но я продам душу, чтобы посмотреть, как наша стерильная сука в белом будет умываться соплями, когда его понесут на носилках.