— Если бы я хотел закрыть вопрос одним росчерком пера… я попросил бы контрольный пакет вашего римского госпиталя.

Он поднял взгляд на Лану.

— Или долю в одном из предприятий Солнечного Сфинкса.

Он произнёс это спокойно, словно обсуждал цену вина.

Лана даже не удивилась.

Конечно, нет.

Лана прекрасно понимала, что Илай и сам не верил, что она согласится.

«Пусть и дальше считает, что торгуется всего лишь за семью смертных.»

Лана понимала, что такой делец, как Илай всегда сначала проверяет, где проходит граница.

Так работали все крупные переговорщики. Сначала просишь невозможное. Потом смотришь, где начинается настоящий торг.

Теперь её очередь.

«Держим лицо. Ты справишься. Если он должен выйти из этих переговоров довольным, значит, он должен поверить, что уже выжал почти максимум..»

Она спокойно посмотрела ему в глаза.

— Вы действительно считаете, что мой орден осудит меня, если ради семьи смертной матери одного воплощенного я подпишу такие условия?

Илай слегка прищурился, но промолчал.

— Контроль над госпиталем, доли в предприятиях, стратегические активы… — продолжила она ровным голосом. — Этого не будет. Не потому, что мне жалко. А потому, что цена вопроса несоразмерна.

Внутри всё было иначе.

«Только не пойми, насколько далеко я действительно готова зайти.

Если ты узнаешь, кем на самом деле может стать этот мальчик… цена станет совсем другой.»

Она не позволила этим мыслям отразиться на лице.

— Речь идёт не о наследнике престола и не о главе ордена. Речь идёт об обычной смертной семье одного воплощенного мальчика. Если я не смогу вернуть их, мой орден переживёт это. Найдёт объяснение. Возможно, решит, что ты уже избавился от них ещё до переговоров. Проверить это всё равно никто не сможет. А вот если я начну раздавать стратегические активы ради каждого подобного случая — тогда мне действительно придётся объясняться со своими людьми.

Несколько секунд Илай внимательно смотрел на неё.

Потом едва заметно улыбнулся.

— Значит, вы всё-таки умеете торговаться.

Он неспешно поставил бокал на стол.

— Госпиталь оставим в покое. Пока.

Его голос оставался совершенно спокойным, словно решение принял исключительно он.

— Тогда поговорим о том, что действительно можно оформить.

Он загнул один палец.

— В следующем году Орден Коронованной Змеи получит от вас поставку синего жемчуга на двадцать процентов больше обычной квоты.

Второй палец.

— В течение двух лет ваш римский госпиталь будет отпускать моему ордену лечилки Сфинксов по специальной цене. Не бесплатно. Просто дешевле остальных. Считайте это компенсацией за попытку сделать из меня дурака.

Он чуть улыбнулся.

— Всё это оформим официально. Через адвокатов Наместника. Чтобы потом никто не спорил о том, кто что имел в виду.

Он сделал короткую паузу.

— Будем считать это первой частью сделки.

Илай подался чуть вперёд к ней.

— Но этого недостаточно, госпожа Сварткранц. В данный момент именно «ВЫ» должны быть заинтересованы в том, чтобы наш ужин таки состоялся.

Он сделал паузу, давая словам повиснуть.

— У вас будет неделя.

Лана молчала. Пальцы под столом медленно сжались.

Илай продолжал спокойно, почти деловито:

— За это время вы подберёте мне что-то действительно интересное в обмен на мамашку и сестричку мальчишки. Что-то, что меня заинтересует. По-настоящему.

Он слегка улыбнулся, но улыбка была холодной и расчётливой.

— Через неделю мы встретимся снова. В присутствии адвокатов Наместника подпишем коммерческую часть сделки.

Он чуть улыбнулся.

— И тогда же вы выполните вторую часть. Личную.

Лана смотрела на него не мигая.

— А если я не найду ничего, что вас заинтересует?

Илай откинулся на спинку стула. Взгляд стал жёстче.

— Тогда я просто отдам женщин Лорду Давиду. Он, зная, что они вам нужны, купит их и не за маленькую цену. У Давида очень… специфическое чувство юмора. Боюсь, после него мальчику уже некого будет спасать.

Он чуть поджал губы.

— Я не хочу этого делать, Лана. Правда не хочу. Но я также не хочу, чтобы в мире начали думать, будто меня можно обмануть и остаться безнаказанным.

Он поставил бокал и посмотрел на неё прямо.

— Поэтому решать вам. Неделя. Что-то действительно ценное. И один нормальный ужин, где мы сможем поговорить не только о делах.

Илай чуть наклонил голову, и в его голосе впервые мелькнуло что-то почти человеческое.

— Я слишком долго строил своё имя, чтобы позволить кому-то считать меня удобным.

Лана долго молчала.

Он сделал паузу, наслаждаясь её молчанием.

— Ведь я могу прямо сейчас встать и уйти. Оставить вас на съедение вашему же ордену, который будет укоризненно смотреть, как Великая Госпожа Лана Сварткранц не смогла выполнить обещание, данное мальчишке.

Лана сидела неподвижно. Ногти до боли вонзились в ладони.

Илай продолжал мягко, почти сочувствующе:

— Так что… давайте дадим шанс на второй ужин. С идеальной атмосферой. Без спешки. Без лишних глаз.

Тишина повисла тяжёлая, почти осязаемая.

Лана смотрела на него несколько долгих секунд. Внутри всё кипело от отвращения и холодной ярости. Но она знала — он загнал её в угол. Если она сейчас откажется, орден увидит, что она не смогла защитить своего. А если согласится… придётся играть по его правилам.

Она медленно выдохнула.

— Хорошо, — произнесла она ровным, почти безэмоциональным голосом. — Мы можем устроить второй ужин. Я… буду вести себя максимально приветливо. И принесу с собой что-то стоящее.

Слова дались ей тяжело. Каждое из них оставляло горький привкус.

Илай улыбнулся. Медленно. Довольно.

— Вот это уже интереснее.

Он откинулся на спинку стула, не сводя с неё глаз.

— Я хочу, чтобы ужин не был только разговором о делах. Ведь вы — очень привлекательная женщина, Лана. В компании которой хочется говорить не только о работе…

Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе.

— Вы ведь понимаете мои условия?

Лана чувствовала, как её зубы сами собой скрипнули от сдерживаемой злости.

Но она не отвела глаз.

— Я понимаю, — ответила она холодно. — Ужин. Без давления. Без угроз. Я найду то, что вас заинтересует. И после ужина вы отдадите семью мальчика.

Илай тихо рассмеялся. Низко. Довольно.

— Вы все же неплохой делец, госпожа Сварткранц. Мой комплимент.

Он слегка приподнял свой напиток, салютуя ей, словно произносил тост.

— Тогда до следующей встречи, госпожа.

Я очень надеюсь, что вы не разочаруете меня во второй раз.

Лана не ответила. Просто встала из-за стола.

Когда она шла к выходу, спина была идеально прямой. Но Илай видел — её пальцы были сжаты так сильно, что костяшки побелели.

Он остался стоять у стола.

Улыбка медленно сползла с лица.

Его пальцы снова невольно коснулись сапфира в перстне.

Когда Лана уже исчезла за дверью, Илай протянул руку, взял её бокал и медленно отпил из него.

— Интересно, Лана… — тихо прошептал он себе под нос. — Насколько далеко ты готова зайти ради этого мальчишки.

Портал вышвырнул их в холод.

Дэмиен невольно поёжился — апрельский воздух Аляски был сырым и колючим. Под ногами хрустел подтаявший снег, смешанный с грязью. Вокруг стоял густой лес, а впереди, за невысоким забором, виднелась добротная деревянная изба с печной трубой, из которой поднимался тонкий дымок.

Влад закрыл портал и глубоко вдохнул.

— Вот и приехали. Здесь временно пересидим.

Дэмиен молчал. Он стоял, засунув руки в карманы куртки. Недоверие и усталость тяжелым грузом лежали на плечах.

Влад покосился на парня, затем полез в карман куртки и достал оттуда плетёный шнурок — с виду обычную, довольно симпатичную фенечку из тёмных нитей и кожаных полосок.