— Давай поговорим, — пожала я плечами и тоже села в кресло, напротив рыжей бестии.

Лиля демонстративно посмотрела на стоящую рядом Машку, намекая, что при ней она говорить не будет. Фыркнув, подруга медленно и величественно прошла в кухню и прикрыла за собой дверь, оставляя маленькую щелочку для подслушивания. Лиля Машкиной хитрости не заметила или же просто не придала этому значения. Откинув назад рыжие волосы, она осмотрелась вокруг и цокнула языком:

— Забавный интерьерчик. Забыли, что такое ремонт?

Я посмотрела на советские обои в цветочек, которыми были оклеены стены зала.

— У каждого свой вкус, — холодно заметила я.

Она что, пришла сюда поговорить о том, как ущербно мы живем?

— Не поспоришь, — согласилась Лиля, надменно разглядывая мой наряд.

— Ты о чем-то хотела поговорить, — напомнила я незваной гостье. — Если о моем доме, то мне не интересно.

Лиля заливисто рассмеялась, прикрыв рот рукой. Мой взгляд упал на ее идеальный маникюр. У меня такого уже давно не было…

— Твой дом меня не волнует, — ответила Липницкая, перестав смеяться. — Я пришла поговорить о Максе. Если кратко — перестань с ним общаться.

— А если долго? — приподняла я одну бровь. Возмутительная наглость с ее стороны — требовать от меня такого.

— Тогда ты очень пожалеешь, что не послушала меня, — ангельски улыбнулась бестия. — Я могу превратить твою жизнь в ад, поверь.

— Ты любовными романами обожралась?

Лиля непонимающе нахмурилась.

— Ну, там, где пишут что-то типа «она покраснела от смущения, но продолжала царапать его задницу», — пояснила я этой рыжей кукле.

Лиля закатила глаза.

— Не думала, что ты такая несерьезная.

— Да ты вообще, кажется, не особо думаешь, — не я от ехидного замечания.

Надо отдать Лиле должное — самообладание у нее было хорошее. Пропустив мою язвительную шутку мимо ушей, она картинно вздохнула и продолжила:

— В общем, я жду, когда ты полностью разорвешь все связи с Максом. Это мой мужчина, и мне не нравится, что рядом с ним ошиваются левые женщины.

Под словом «левые» она, видимо, имела в виду меня. Ну-ну, кто из нас еще левый…

— Ты так ко всем приходишь? — поинтересовалась я.

— В смысле? — переспросила Лиля.

В коромысле, тугодумка!

— В окружении Макса много женщин. Ты ко всем ходишь с такой просьбой?

Зеленые глаза сверлили меня так, будто я была врагом народа. Интересно, когда эта бестия взбесится и начнет истерично орать? Хочу довести ее до белого каления.

— Только к тебе. Остальные не составляют мне конкуренцию.

— Оу, да ты мне льстишь? — удивилась я.

— Ни капли, — помотала головой Лиля. — Если честно, искренне не понимаю, что Макс в тебе нашел. Не думала, что ему нравятся заурядные девочки из пригородов.

— Мы с ним выросли в одном городе, — напомнила я.

На это Липницкая никак не отреагировала. Словно значения имели только ее слова, а то, что говорили другие, было лишь бессмыслицей.

— Повторю еще раз: ты перестаёшь общаться с Максом, и я тебе ничего не делаю. То, что вчера вы почти целый день пропадали где-то вместе — это ненормально.

— Следишь за нами?

— Этого мне еще не хватало. Максим мне все рассказывает. У нас нет друг от друга тайн. — Лиля картинно зевнула, демонстрируя, что разговор ее утомил. — Ну что, все поняла?

— А если не перестану общаться с ним? Что мне сделаешь? — с вызовом спросила я.

Липницкая медленно поднялась, поправила короткую юбку и, посмотрев на меня сверху вниз, сказала:

— Верну твои старые кошмары.

— О-о-о, боюсь-боюсь. — Я обняла себя за плечи и изобразила испуг.

— Надеюсь, мы поняли друг друга, — приторно проворковала рыжая бестия.

Я кивнула. Ага, конечно.

— Дверь открыта. Провожать не буду, — сказала я, не двигаясь с места.

— До свидания, Василиса.

— Пока.

Надеюсь, прощай. Век бы тебя не видеть.

Не оборачиваясь, я продолжила сидеть в кресле, слушая тихое шарканье тапочек, в которые была обута Лиля. Надо будет после нее их сжечь и купить для гостей новые.

Когда входная дверь захлопнулась, Машка выскочила из кухни и подлетела ко мне с горящими от интереса глазами.

— Что это было? Рассказывай живо!

— Это была ведьма. Надо сжечь все, к чему она прикасалась, — ответила я, откинув голову и прикрыв глаза.

Меня словно покинула энергия после ухода Липницкой. Наверно, эта бестия из меня всю силу выпила. Энергетический вампир, как пить дать.

— Не смешно, — заметила Машка. — Зачем она приходила?

— А ты будто не слышала, — буркнула я.

— Кое-что мне не удалось разобрать, — призналась подруга. — Но суть я уловила. Она действительно угрожала тебе и велела порвать с Максом?

— Угу.

— Вот стерва!

Я кивнула в подтверждении ее слов, скинула тапочки и подтянула ноги к себе, обняв их.

— Так, секундочку! — объявила Машка и скрылась в кухне, а уже через пару минут появилась снова, держа в руках бутылку вина и бокалы.

— О-о-о! — восторженно протянула я.

— Будем топить твой стресс! — весело сказала подруга, стукнув бокалами.

— Я не стрессую. Просто после слов этой ведьмы на душе погано, — призналась я.

— Не принимай все это близко к сердцу, сестренка, — донесся до нас голос Дракона.

Мы с Машкой синхронно повернулись к Даниле. Брат стоял в дверях, привалившись к косяку, добродушно улыбался и держал в руках плед.

— Ты что, тоже все слышал? — возмутилась я. В этом доме невозможно поговорить тет-а-тет!

Ничего не ответив, Дракон отлепился от косяка, подошел ко мне и заботливо укрыл пледом. Отстранился, весело подмигнул мне и показал большой палец.

— Вы что такие заботливые? — изумилась я. — Со мной все в порядке!

— Мы просто волнуемся за твою шаткую психику, — сказала Машка, протягивая мне бокал с вином.

Себе, как всегда, она налила чуть больше, аргументируя это тем, что она мать-одиночка, и ей положено пить больше.

— Кирилл спит? — спросила подруга у Дракона, с завистью поглядывающего на бутылку вина.

Брат кивнул.

— Если хочешь, можешь выпить, — великодушно разрешила Машка. — Только бокал сам возьми.

— Нет, спасибо, — отказался Дракон. — Лучше просто с вами посижу.

Чтобы быть к нам поближе, брат сел прямо на пол, привалившись спиной к креслу, в котором я сидела.

— Если захочешь положить на меня ноги, валяй. Я не против.

— Да вы издеваетесь, — пробурчала я, однако мне все же было приятны их внимание и забота.

— Мы всегда рядом, запомни. — Дракон хлопнул длинной ручищей по моей коленке. — Можешь все нам рассказывать, мы поможем. Да, Машка?

— Да, — подтвердила подруга, делая глоток вина.

Я улыбнулась и облегченно вздохнула. На душе стало спокойнее. Хорошо, когда ты не один, когда есть близкие, готовые помочь тебе в любой момент. Только сейчас я начала понимать, какая это сила — семья. Пусть она маленькая, странная, не имеющая кровного родства, но она — моя семья. Лучшая из всех возможных, и я несказанно рада, что она у меня есть.

В пятницу мы, обвешенные сумками, стояли на перроне и испытывали двоякое чувство. С одной стороны мы пребывали в эйфории от предстоящей поездки, а с другой — ощущали страх, что мы стоим не на том месте, где должен остановиться наш вагон. Стоянка поезда — всего 5 минут. Пока сообразишь, какой вагон тебе нужен, пока до него добежишь, — поезд тронется, и прощай, запланированный отпуск.

Машка нервно покусывала ноготь на большом пальце и периодически смеялась над тупыми шутками Огнева. Я нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, то и дело крутя головой то вправо, то влево. Я трижды спросила у подруги, с какой стороны должен прийти наш поезд, она трижды мне ответила, а когда я поинтересовалась в четвертый раз, замахнулась на меня сумкой и обозвала нехорошим словом.

Наконец вдалеке послышался гул, а спустя некоторое время мы увидели приближающийся поезд.