Переглянувшись с Серафимом, мы быстро обыскали тело мёртвого великана, пытаясь найти на нём какие-нибудь зацепки. Ничего странного обнаружить не удалось, за исключением того, что он по какой-то причине научился использовать магию и даже смог обучиться предвидению из книги, которая оказалась у него в рюкзаке. Способность предвидения, по словам Серафима, и разрушила его мозг из-за слишком слабого для этой техники тела.

— Нельзя дальше терять время, Саша, пора отправляться в путь, — оставив тело мёртвого великана лежать на земле, мой новый учитель как ни в чём не бывало развернулся в сторону ближайшего портала, собираясь покинуть эту землю и отправиться за территорию купола, совершенно забывая обо всех принципах и моральных устоях, присущих светлым магам.

Александру это тоже показалось странным, он даже поначалу разозлился, осуждающе взглянув на спину Серафима. Но, сдерживая свои эмоции, он не стал оспаривать мнение своего учителя.

«Оставь его так и иди за мной», читалось на лице повернувшегося назад Серафима. «Нет, я не могу его так оставить», подумал Александр. Используя магию разрушения, на его пальцах появилось чёрное пламя. За считанные секунды обратив тело великана в кучку пепла, он поклонился праху. Затем Александр развернулся и побежал за Серафимом, используя свои способности перемещения.

…

Добраться до Австралийского континента было несложно: мы быстро перемещались от места к месту, минуя множество городов, поселений, водоёмов и других небольших преград, встречавшихся на нашем пути. Конечно, в этом промежутке времени Австралия не являлась отдельным континентом, а была лишь продолжением ледяного кольца Антарктиды, опоясывающего нашу землю по кругу и ограждающего путников от подхода к куполу.

Мы быстро переправились через океан и столкнулись с цветущими равнинами и зеленеющей землёй, которая через каких-то несколько сотен лет превратится в красную пустыню, наполненную кратерами и воронками от ядерных или равных им по мощности ударов, превративших наш дивный мир цветущих садов в руины постапокалипсиса.

Цветущие равнины встречали нас диким разнообразием живых существ. Здесь встречались невероятные твари, которые даже продуктами эволюции было сложно назвать. По словам Серафиму, которому я теперь не доверял на сто процентов, на территории этого «континента» Австралия ранее был карьер по добыче редких ископаемых. Но после окончания строительства некоторых поселений и городов эти земли решили возродить и заселили различными видами растений, способных жить в аномальных условиях палящего солнца, высокого количества маны и других агрессивных сред.

Позже, когда земля забыла работу роторных экскаваторов и покрылась растительностью, в эти дикие сады Австралии выпускали тварей. Это были продукты эволюции, на которых маги ранее проводили эксперименты, поэтому разнообразие видов существ, которые обычным людям показались бы страшными тварями, здесь было в достатке.

По пути нам встречались твари, похожие на мамонтов, но ещё большего размера, на пятьдесят метров возвышающиеся над землёй. Попадалось множество насекомых размерами с небольшую машину: пауки, тараканы, многоножки с ядовитым окрасом и «стальным» хитиновым покровом. Такие твари кроме отвращения ничего не вызывали, хотя тестировать на них свои заклинания было весело. Встретились мы и с ящерами, похожими на земных драконов, но нам они ничего сделать не могли со своими 7–9 рангами. Поэтому и мы их трогать не стали, лишь убив одного питона пяти километров в длину, являвшегося стражем прохода к куполу, на замену которому позже поставили ледяного стража. Убили мы его не просто так, а для пополнения запасов мяса на предстоящую экспедицию.

Ядро и оставшееся тело этого питона десятого ранга Александр благополучно скормил своему клинку падшего ангела, повысив свои характеристики на единицу и развитие меча на 0,2%.

— Вот и он, край земли… — засмеявшись, сказал Серафим. — Сколько же усилий потребовалось для его возведения. Преодолеть его не так-то просто, — добавил он, а я подумал, что с его словами не мог не согласиться.

Оказавшись перед стеклянным барьером, являющимся куполом нашей земли и невидимым вооружённым взглядом, Александр снова удивился тому, насколько прочной была эта субстанция. Атаки ниже двенадцатого ранга не могли оставить повреждений на поверхности купола, но это только в том случае, если атаковать барьер изнутри, а вот атаки с обратной стороны вообще не могли нанести урона.

Этот купол был какой-то божественной субстанцией, полученной людьми от создателя, и даже атаки пятнадцатого ранга не могли пробиться на территорию земли и нанести вред мирным жителям, проживающим на этой земле. Об этом я когда-то слышал от Аврелиуса, моего доброго друга, и эти же слова сказал Серафим, подтвердив слова моего товарища, научившего меня многому в прошлой жизни.

— Используй свою силу, Герой, — смотря на купол, улыбнулся Серафим. — С твоими способностями мирового древа врата откроются, пропуская нас дальше без особых усилий. Мне же для перемещения придётся использовать слишком много силы, поэтому во время нашей экспедиции в мир Чернобога за врата перемещения и проходы в куполе отвечаешь ты, — пропуская меня вперёд, сказал Серафим.

Согласившись с товарищем, Александр спокойно шагнул вперёд, коснулся купола и, почувствовав вибрацию, использовал духовный отпечаток, исчезая со своего места. Он появился на другой стороне, там, где когда-то была война, а сейчас царили пустота, отчуждённость и кромешный холод, леденящий душу.

Пустынные, тёмные земли Междуземья, пронизанные бесконечным холодом. Куда ни посмотри — кромешная темнота. Эта зона давно покинута человечеством. Александр видел эту картину не в первый раз, поэтому хорошо запомнил, как выглядит земля, разрушенная войной, за пределами обитаемой территории. Холодная отчуждённость — именно такое чувство испытываешь, покидая родную землю и попадая в мир за пределами купола.

Эта территория — то самое место, где невозможна жизнь без использования магии. Воздух здесь пронизан настолько плотной, почти физически ощутимой маной, что пространство этого места становится таким же прочным, как земли мира любого владыки. Отрицательные температуры Междуземья держались в среднем около −50 градусов Цельсия на поверхности, заставляя путешественников постоянно окружать себя защитой и расходовать огромное количество маны, чтобы поддерживать жизнь.

Междуземье, похожее на огромное поле битвы, не знало живых существ. Лишь черти и кристальные твари, выживавшие здесь уже более двух тысяч лет, были способны переносить такие аномальные нагрузки.

Во время этого путешествия использовать ману окружающей среды было невозможно: моё тело после последней эволюции отвергалось мирами этой вселенной, сильно ограничивая мои возможности в обращении с маной.

Мы путешествовали уже более двух дней, не решаясь воспользоваться транспортом: по словам Серафима, это могло привлечь излишнее внимание, которого мы всячески старались избежать. Первой нашей целью был мир Альфхейма, находившийся на территории Красного Дракона. Но прежде чем добраться до мира эльфов, где пока не начался апокалипсис и царили мир и процветание, Александр решил навестить знакомого, слегка изменив маршрут в направлении Фроньота. Это почему‑то не понравилось Серафиму, но тот, перестав наконец вздыхать, последовал за мной.