— Ну же! Оттащите его! Вы что не видите, что он его так убьет?!!

Наконец, мужчины вняли моим крикам о помощи. Грейсона оттащили от Мерфи, а он так и остался лежать на полу. Все его лицо было в крови. Мое состояние было не передать словами. Страх, ужас, сожаление, вина, все это смешалось в один ужасный микс. Я боялась не за себя, я боялась за Мерфи, Кер, свою семью. На себя мне было давным-давно плевать. Теперь я корила свою беспечность. Не нужно было встречаться с ним, подвергать опасности. Я вновь сглупила, поддалась эмоциям и теперь дорогие мне люди будут расплачиваться за мою ошибку. Охранник все еще держал меня за локти, но я уже не сопротивлялась, я смотрела то на Мерфи, то на своего мужа, который тяжело дыша ходил из угла в угол.

Наконец, он подскочил ко мне и стал кричать, оскорбляя. Когда он размахнулся для удара, я сжалась, но заставила себя до последнего смотреть в его глаза. Я не знала, что будет, но не рассчитывала на то, что он остановится. Странно, но Ретт все же сдержался и не ударил меня. Хотя тот факт, что он мог ударить меня, пугал намного меньше, нежели его слова о смерти Дэвида. Я боялась что-либо говорить, оправдываться. Я видела, что Ретт сейчас не будет слушать меня. Да и какое у меня оправдание? Лишь то, что я женщина, эмоции которой очень влияют на ее поступки?

Услышав вердикт мужа, я в ужасе проводила его взглядом, а затем стала вырываться, крича:

— Ретт! Не надо!

Охрана тут же потащила меня к выходу. Я продолжала кричать, упираться. Оказавшись на лестнице, я услышала жуткий грохот в квартире.

— Ретт останови это!

Я представить не могла, что сейчас чувствует Кер, видя, как громят ее дом. Пока меня тащили к машине и запихивали в нее, я успела увидеть, как Мерфи и правда положили в багажник правда уже другой тачки. Оказавшись в одном салоне с разъяренным мужем я присмирела. Машина тронулась с места, а я в нерешительности посмотрела на Грейсона и тихо пискнула:

— Ретт...

— Закрой свой рот!!! — проорал он так громко, что я дернулась от него.

Подбородок задрожал, ведь я прекрасно понимала, что судьба дорогих мне людей находится просто в заднице. Но я просто не могла сидеть сложив руки, даже если мне самой это выйдет боком.

— Ретт, мы просто общались втроем, а то, что ты увидел — ошибка. Прошу тебя...

Я знала как убого и наивно это звучит, но получше подобрать слов у меня не получалось.

— Заткнись, я слышать и слушать тебя не хочу! Сказки будешь заливать щеглам типа Мерфи, я это дерьмо собачье слушать не собираюсь!

Он говорил сквозь зубы, сверкая яростным взглядом.

— Я просто переживала за него, вот и все, — мой голос был виноватым. — Я не знаю как так вышло, что мы...

Я отвела взгляд от Ретта, всхлипнула, а затем снова посмотрела на мужа:

— Во мне словно живет две Джин: одна все еще цепляется за прошлое, а другая жена сенатора.

Я говорила правду. Именно так я себя и чувствовала.

— Заткнись, пока я могу сдержать свой гнев! Я не верю тебе больше, ты как всегда будешь раздвигать перед ним ноги, а после раскаиваться, но снова так или иначе раздвинешь ноги.

— Я не спала с ним! — возмущенно опровергла я.

Я понятия не имела как спасти ситуацию. Я находилась в полнейшей заднице, терять было нечего и я сказала:

— Я просто хотела проверить к кому из вас меня тянет теперь больше. И знаешь, что? У меня из головы в этот момент не выходил ты! То, как ты целуешь меня, как касаешься, как мы занимаемся сексом на столе! Ты гребаный козел, потому что вместо того, чтобы думать о нем, я думала о тебе!

— Думала обо мне поэтому так страстно целовала его! То есть я настолько похож на кретина, который поверит в этот бред?! Да ты сейчас скажешь, что угодно, чтобы спасти задницу Каролины и своего любовника! Даже самый лживый ублюдок, с петлей на шее, будет рыдать и уверенно говорить, что не виновен! Ты столько раз подрывала мое доверие, что сейчас твоими словами, будь они материальны, я подтер бы задницу! В гробу я видал твою ложь, и тебя, и твоего любовника, ясно блять тебе?!

Моя попытка что-либо сказать, тут же была пресечена его громким ором:

— Хватит! Заткнись! Заглохни! Закрой пасть! Все что угодно, только хватит мне пиздеть! Хватит вообще со мной разговаривать! Хватит всего этого! Я уже сыт по горло!

— Приехали, мистер Грейсон.

— Наконец-то, а то я думал, что от потока лжи меня сейчас стошнит к херам!

Я знала, что Ретт очень ревнивый мужчина, но сегодня он превзошел сам себя. Он попросту кричал на меня, оскорблял и затыкал. Грейсон был в такой ярости, с такой злостью говорил все это, что в какой-то момент я сжалась, вовсе замолкнув. Все мои слова делали только хуже. Так мы и доехали до его дома. Когда машина остановилась, он буквально выскочил из нее. Как только я вышла следом, Ретт схватил меня за локоть и потащил к входной двери.

— Ретт, мне больно!

Но он не слушал меня. Сейчас ему было все равно. Я все могу вытерпеть, но увидев, как он отпихнул ногой Дану, все во мне взорвалось возмущением.

— Съеби ты! Пригрел двух сук на свою голову!

Ладно, я виновата, но она то не при чем. Это создание любит нас, она беззащитна, а он так поступает!

— Не смей ее трогать! – крикнула я, но муж уже тащил меня в спальню.

Он грубо толкнул меня на постель, и я рухнула на нее, благо она была мягкой. Я тут же села на ней, уставившись на Грейсона.

— Ты будешь сидеть тут и ждать меня, будешь мучиться в неведении, закопаю я обоих или только одного, но это не важно, главное, что я обещаю, что сегодня все закончится. Для кого? Это тебе будет сюрпризом и уроком. Ретт Грейсон не тот человек, который позволяет сесть себе на шею и свесить ноги, у меня есть предел терпения, и ты его перешагнула! Во всем виновата ты, так и знай! Ты!

Ретт четко дал понять, что пока я буду тут, дорогие мне люди будут страдать по моей вине. Как бы я ни боялась его сейчас, я не могла сидеть и бездействовать. Я вскочила со своего места, быстро обежала Ретта и встала перед ним, выставив руки вперед.

— Ретт, пожалуйста, успокойся. Давай поговорим.

А что мне еще оставалось? Я цеплялась за любую возможность обезопасить других людей.

— Нам не о чем больше разговаривать, – он попытался отодвинуть меня, чтобы пройти.

В отчаянии я просто рванулась к нему и обняла за шею так сильно, как только могла и начала быстро говорить:

— Я виновата. Я не должна была это делать. Это был один-единственный поцелуй и только. Я просто хотела вспомнить прошлое, но вместо этого в голове был ты. Прошу тебя, остановись. Я не хотела и очень сожалею.

Я прижалась к нему сильнее.

— Ты давно стал для меня больше, чем просто муж по контракту. Я не хочу все рушить, и ты не рушь, умоляю.

Грейсон замер, видимо, осмысливая сказанное мной. После он стал отстранять меня от себя.

— Хватит лгать. Это все чушь! Вранье! Ложь! Бред! Ты сейчас скажешь, что угодно и все останется враньем! Ты сама все разрушила!

Я мертвой хваткой вцепилась в него, прикладывая для этого все силы.

— Тебе удобнее, спокойнее думать так? Знаешь, как тяжело было открыться тебе? Знаешь, как меня пугает то, что между нами все меняется? Но я не вру, Ретт! Да, меня бросает из стороны в сторону, словно корабль во время шторма, но я не вру тебе сейчас! Успокой зверя внутри себя! Я… я клянусь больше я никогда не стану с ним общаться. Я клянусь тебе!

Да, он прав, я готова сказать, что угодно лишь бы спасти Мерфи.

— Это смешно, Джин! Я был бы счастлив этим словам, но не тогда, когда ты по уши в дерьме! Ты врешь, чтобы спасти себя.

— А ты не думал, что признаться в этом всем в обычной ситуации сложно?

Я все еще обнимала его, не отпуская никуда.

— А сейчас это ни хрена не искренне выглядит!!

Мои руки сильно обнимали его за шею, но я все же немного отстранилась и посмотрела ему в глаза:

— Я признаю, я дура, идиотка, я не должна была это делать, но я не вру.

Я смотрела ему в глаза, не отводя взгляда: