— Привет. Извини что разбудил. Это важно. Слежка идёт? Эта балерина на месте? Мать его тоже? Нет, ничего не случилось, просто решил услышать, что они там и не исчезли.

Я ощутила, как холодеют мои пальцы. Грейсон проверял насколько Мерфи исполняет свою часть договора. Слово «балерина» неприятно отозвалось в сердце. Ретт ненавидит его и это никак не поменялось. Мало того, он еще и спросил про его мать, прекрасно понимая, что она единственный рычаг давления на молодого парня. Этот разговор говорил лишь обо одном — Ретт не доверяет мне настолько, чтобы отпустить этих двоих. Я стояла у двери, не зная, что мне делать. Уйти и сделать вид, что я ничего не слышала или же зайти внутрь и попробовать поговорить с ним. Ретт скрыл от меня все то, что он сделал. Скрыл свой шантаж, и я решила скрыть то, что я в курсе. Я тихо ушла на кухню. Я налила себе воды и выпила несколько глотков.

Ретт

Наша жизнь буквально превратилась в сказку, домой я возвращался с цветами, мы каждую ночь занимались любовью, я уходил на работу и с первых секунд начинал отсчёт до конца рабочего дня, чтобы снова увидеть своего ангела. На работе все было прекрасно, люди удивлялись моему воодушевлению, даже начали лучше работать, а я был настолько окрылен, что раскидывал премии направо и налево. Все заметили изменения и если раньше со мной было выгодно работать, потому что я плачу хорошо, то сейчас кажется им нравится все. Ну да, я перестал орать на всех, да я могу отчитать, но я стал значительно мягче и мне даже не стесняясь об этом говорили.

Очередная ночь с Джин привела к бурному оргазму и последующей нежности. Я сладко спал и провалился в сон. Сон был тревожный, я ощущал страх, панику, там был Мерфи, он куда-то уезжал, я бежал за ним и не догнал. Джин не было в этом сне, но эта паника, страх потери я ощущал, как наяву. Резко вскочив я тяжело дышал и медленно понимал, что произошедшее все же не было реальностью. Джин спала рядом и постепенно я стал успокаиваться, это просто мои страхи, которые впервые в эту ночь напомнили о себе. Я не мог заснуть десять минут и, понимая, что не усну не услышав, что Мерфи на месте и никуда не сбежал.

Я вышел из комнаты в кабинет, набирая номер человека, который следит за перемещением Дэвида и его матери. Я расспросил его обо всем, что меня интересовало, а услышав что все хорошо, мое сердце стало успокаиваться. Это просто сон. Все было так хорошо, почему такие сны вдруг начинают сниться? Я же знаю, что Джин с ним не общается, да слежки и прослушки нет, но я занимаю собой почти все ее свободное время, ей просто некогда. Да и я вижу, что наши отношения изменились и все это не более чем навязчивая паранойя.

Выйдя из кабинета я увидел тусклый свет на кухне, а это означало, что моя девочка не спит. Надеюсь я не разбудил, и она не слышала ничего. Я тихонько вышел на кухню и медленно подошёл к ней сзади, мягко обвивая ее руками. Она не вздрогнула, предугадывая мое появление и просто ждала.

— Чего не спишь, мой ангел? — я закрылся в ее волосы, вдыхая их пряный аромат. — Мне не спится, надеюсь я тебя не разбудил.

Оказалось, она просто захотела попить. Вместе мы вернулись в комнату, где я лег рядом сзади и крепко обнял ее. После звонка и рядом с ней уснул я быстро и кошмары мне больше не снились.

Утром я проснулся на удивление раньше будильника. Настроение было прекрасным, ровно настолько что мне дико хотелось разбудить Джин очень приятным способом. Тихонько встав с кровати я пошел в ванную и почистил зубы, после чего вернулся в комнату. Аккуратно ложась рядом я полез рукой под одеяло, где нашел самое сокровенное и стал неспешно массировать пальцами сквозь ткань трусиков ее клитор. Медленно и неспешно Джин просыпалась и стала что-то бубнить, а я же воспользовался моментом и юркнул под одеяло, раздвинув ее ножки в стороны. Отодвинув ее трусики в сторону я провел кончиком языка по клитору, а после стал совершать круговые движения им. Пальцами я помогал себе, сначала просто раздвигал пальцами ее половые губы, а после стал вводить палец в ее влагалище, параллельно с этим продолжая теребить ее клитор. Джин становилась мокрее, ерзала с каждой секундой все активнее, а ножки медленно раздвигались все шире. Ну это же самый прекрасный способ утреннего пробуждения, не так ли?

Джин

В отличии от меня Ретт уснул довольно быстро, я же еще долго лежала с открытыми глазами. Грейсон не только не доверяет мне, но и до сих пор присматривает за Мерфи. То, как он его назвал меня покоробило. Ретт держал меня при себе, при этом он угрожал Мерфи матерью и проверял действует ли он так, как ему сказали. Все это меня наталкивало на мысли, что старый Ретт все еще живет где-то в нем и если его чем-то разозлить, он тут же вылезет наружу. Люди не меняются, но я отчаянно хотела верить в обратное. Я настолько запуталась, что все эти мысли не давали мне уснуть до четырех утра.

Наконец, когда я окунулась в тревожный сон, ранним утром меня стали будить самым наглым образом. Я ощутила пальцы Ретта там. Я пробормотала что-то и даже сама не поняла, что именно. С каждой секундой я все больше приходила в себя, и когда Ретт устроился между моих ног, я окончательно проснулась. После сегодняшней ночи, он словно заглаживал вину. Все же языком он всегда работал отменно и отказаться от этого удовольствия было сложно. Я расслабленно кайфовала, то и дело сжимая подушку. Когда мне стало особенно хорошо, я начала постанывать, давая мужу понять, что он двигается в верном направлении. В эти моменты все мысли уходили на второй план, уступая место желанию. Так было и в этот раз. Когда я достигла точки пика, я выгнулась и застонала так громко, что это бы услышали наши соседи, если бы мы жили в квартире. Потихоньку приходя в себя, я увидела довольное лицо Ретта. Конечно у него был стояк, но в этот раз помогать ему мне не хотелось. Я встала с кровати и пошла в ванну. Я чувствовала взгляд Ретта на себе. Наверное, он не понял почему я вдруг не оказала ему ответную услугу. Уже в ванной я почистила зубы и умылась. Когда я вышла из ванной Ретт все еще лежал на кровати. Его стояк говорил красноречивее всяких слов.

— Ты ничего не забыла? — с улыбкой спросил он.

— Да, я вчера не купила сахар, так что чай и кофе будем пить без него, — я подарила ему милую улыбку и вышла из комнаты.

Представляю его охуевание.

— Джиин!

Послышалось мне вслед, но я уже была на кухне и ставила воду. Пока я хозяйничала на кухне, Ретт пришел за мной. Он был в одних трусах. Указывая на свое достоинство, он спросил:

— Ты это так и оставишь?

— Я думала ты сам справишься.

— Зачем я должен сам справляться, если у меня есть жена?

Я бы очень хотела сказать ему истинную причину своего отказа, но просто не могла. На самом деле внутри меня было не спокойно и мне было не до минета.

— Я плохо спала. Нет настроения.

Я не смотрела Грейсону в глаза, продолжая накрывать на стол. Ретт аккуратно взял меня за локоть, разворачивая к себе.

— Мне казалось, я поднял тебе настроение.

— Да, мне было хорошо, — честно сказала я.

— Я тоже хочу, чтобы мне было хорошо.

— Ты был инициатором.

Лицо Ретта стало более серьезным.

— С каких пор ты отказываешься от секса?

— Я отказываюсь от минета, Ретт.

— Ну хорошо, тогда займемся сексом прямо здесь.

Ретт пошел на меня, тогда как я отступила к столу.

— Вода кипит.

Одно движение и он выключил газ.

— Уже не кипит.

Он наклонился ко мне и стал целовать в шею. Мне так и хотелось прокричать ему «как ты можешь шантажировать его матерью??!!», но я молчала, позволяя ему делать все, что он хочет. Мои пальцы лежали на прохладной поверхности стола, а не на его плечах. Ретту не понравилось такое положение вещей. Он переместил мои руки на свои плечи и сильнее сжал меня в объятиях. Мы встретились взглядами. Он смотрел на меня с желанием, страстью. Грейсон хотел меня и этого было не скрыть, да и он не пытался. Я понимала, что секса не избежать, но к нашему общему удивлению в этот момент в дверь позвонили.