Когда я проснулся, Джин лежала у меня на груди, и я не мог налюбоваться ею. Она такая красивая, она точно мой ангел... Когда моя детка стала немного просыпаться и сладко потягиваться я шепотом протянул:

― Доброе утро, любовь моя...

От моих слов на губах Джин появилась сонная улыбка. Она была счастлива или просто ей нравилось слышать от некогда деспотичного и тиранистичного, человека подобные нежности.

Мы пробыли в том райском уголке сколько положено, но пора было перемещаться в новый райский уголок. Ближе к океану, пальмам, и песочку, что согревает и щекочет кожу, пока мы идем на пляж. Мы были в той же стране, но уже не в глубинке, а у самых берегов. Место было волшебное, у нас был собственный домик, прямо над водой, можно было бы выйти из домика и по лестнице спуститься в воду.

Когда мы заселились в наше бунгало, Джин решила полюбоваться видами и вышла на балкончик, а я вышел следом, обнимая ее сзади, опираясь локтями о деревянные перила.

― Волшебное место... Представляю как красиво тут будет на закате.

Джин

Побыв немного в этом замечательном месте, мы сменили его. На этот раз наше пристанище было ближе к океану, а именно прямо над ним. Такие курорты я раньше видела лишь на картинках и никогда не думала, что смогу насладиться всеми этими красотами. Но мой муж — сенатор и банкир в придачу, он мог достать звезду с неба, если бы захотел.

Когда нас вместе с вещами привезли в другой дом, я была в восторге. Я вышла на воздух, наслаждаясь свежим морским бризом, близостью с природой. Руки моего мужа медленно обвились вокруг моей талии. Он прижался ко мне сзади, говоря, что закат тут будет просто потрясающий. Раньше сама мысль о том, чтобы провести время с Реттом вдали от всех других людей, меня пугала. Он был мне чужим, тогда как сейчас, я чувствую связь между нами. Как бы я ни говорила, что все это ради дела, я не могла быть роботом. Мое сердце стучало чаще, когда Ретт был ласков со мной, когда его руки касались моего тела, все внутри меня переворачивалось. Я медленно запутывалась в собственных сетях, которые я расставила для него.

— Ретт?

— М?

Спросил он и я ощутила как он поцеловал меня в макушку.

— Мы всегда будем мужем и женой лишь по контракту?

Мне было даже интересно, неужели ему в голову ни разу не приходило отпустить меня? Неужели ему самому не хотелось, чтобы все было по-настоящему, без всяких бумажек. Может он думает, что теперь контракт — это пустяк, или же все равно подсознательно не доверяет мне. Я должна была прощупать почву, тем более что лучше места для этого было не придумать.

— Для меня контракта уже не существует, есть только ты, мой ангел, любимая жена, потому что я люблю тебя.

Звучало конечно красиво, но не совсем правдиво. Я помолчала с пол минуты, а затем спокойно парировала:

— Но мы оба знаем, что он есть.

Легко говорить о любви, когда у тебя есть подстраховка в виде ошейника для жены.

— Забудь о нем.

Он не собирается ничего менять. Его все устраивает. Настал момент контр-выпада. Какие бы эмоции я не испытывала к нему, я должна зародить в нем сомнение. Ретт должен понять, что нашу жизнь надо менять. Поэтому прямо тут, наслаждаясь шикарным видом, я спокойно сказала:

— Я уйду от тебя, когда срок контракта закончится. Не потому что не люблю, теперь ты знаешь, что люблю.

Немного странно было это говорить, трепетно что ли.

— Просто я считаю, если люди и правда искренне любят друг друга, им не нужны подстраховки в виде бумаг, а раз тебя все устраивает, я для тебя остаюсь лишь игрушкой. А я хочу быть большим, чем девушка, которую держат на коротком поводке. Я хочу быть женой, без всего того дерьма, которое изначально свело нас вместе.

Мои руки легли на его, а голову я откинула на его грудь. Пусть думает о моих словах, пусть они испугают его настолько, что он начнет менять свою позицию. Ретт молчал, видимо переваривая услышанное.

— Тут и правда очень красиво. Я отдала бы все, чтобы остаться здесь навсегда с тобой.

Мы оба знали, что это невозможно. В Финиксе нас обоих ждет работа, обязательства, семья, Дана в конце концов. Но все равно было так приятно немного выдохнуть. Хотя, держу пари, сейчас настроение моего мужа изменилось. Думаю, мои слова поспособствовали тому, чтобы он сейчас напряженно молчал. Я повернула голову к нему, стараясь вести себя максимально естественно.

— Поцелуй меня.

Я посмотрела на его губы. Женщины те еще лисицы, хитрость у нас в крови.

Ретт

Ветер приятно обдувал лицо, растрепывая волосы назад, давая ноздрям ощутить свежесть этого прохладного бриза. Погода просто шептала, где-то вдалеке даже слышалось какое-то пение птиц, не похожее на тех привычных пернатых что можно услышать в Финиксе и даже во всей Америке. Тут все другое, начиная от атмосферы, воздуха, заканчивая растениями и обитателями. Держу пари у нас под ногами могут плавать разные виды рыб, как разноцветных, так и вовсе прозрачных, которые могут свободно передвигаться в тандеме с черепахами.

Я стоял в обнимку в прекрасном месте, с самым дорогим сердцу человеком и наслаждался моментом, которых в жизни у меня было не так уж и много. Чувствовать ее в своих объятиях было подобно глотку воды в дикую засуху, необходимое для жизни. Я был так спокоен, умиротворен, что вопрос Джин о контракте выбил меня ненадолго из колеи. Какой контракт? Ах да... Наш контракт... Дело в том, что о его существовании я уже давно подзабыл, я передал своему финансисту вопрос о ежемесячных выплатах долгов семьи Эванс, да и все что между нами происходило в последнее время, все больше и больше заставляло забыть обо всем.

Странный разговор на самом деле, не понимаю на кой черт она сейчас вдруг решила об этом заговорить. Я что-то не припомню, чтобы я в последнее время тыкал ее контрактом, потому что я не живу по нему. Я живу эмоциями, чувствами к ней и мне казалось мы оба забыли о нем. Да, условно он есть, но кто о нем думает? Видимо только она.

Она зацикливается на его наличии, но важно же не то, что на бумагах, а то что между нами. Почему сложно просто закрыть глаза на все и наслаждаться моментом? Мне не нравятся эти разговоры, и я хотел было уже сменить тему, как Джин заговорила. Чем больше она говорила, тем больше от страха билось мое сердце. Паника окутала все мое существо, страх потерять ее был слишком сильным, а она словно еще больше подливала масла в огонь. Я словно язык проглотил, ответить на что-то у меня всегда находились слова, но не сейчас. Она откинула голову назад, накрывая мои руки своими, а после беззаботно стала твердить как тут красиво и что она хотела бы тут остаться навсегда. Эти слова я воспринял бы совсем иначе, если бы до этого не было разговора о том, что меня бросят. После она повернула ко мне голову и попросила поцеловать ее, а у меня все еще был ступор от сказанного ею. Наконец нужно было прийти в себя и поговорить на эту тему, поэтому я повернул ее к себе лицом и серьезно глянув в глаза спросил:

― Я не пойму в чем проблема? Мешает контракт – окей, я порву его, и мы будем теми самыми мужем и женой, которые не повязаны какими-то коммерческими обязательствами. Я забыл уже о контракте, я не думаю о нем, я не играю, я живу, живу так как чувствую. Для меня все эти условности лишь прошлое, которое не вычеркнешь из памяти, да мы познакомились при не самых удачных обстоятельствах, но будущее зависит от нас. Мы изменились, отношение изменилось и если тебе так мешает наличие контракта, окей, я тебя понял. И ты никогда не будешь для меня просто девушкой, которую держат на коротком поводке, у меня к тебе давно другое отношение, я думал ты поняла это. И если тебя что-то волнует, то нужно говорить об этом, а не портить волшебный момент словами – я тебя брошу, когда контракт закончится. Словно ты только что не говорила слов о любви, если ты так хочешь, чтобы у нас была нормальная семья, то нормальная семья обсуждает проблемы внутри своего очага, а в итоге ты сама себе противоречишь. Да, люблю, но брошу, потому что вспомнила о каких-то бумажках, о которых я забыл уже давно.