— Ретт..., — шептала я его имя и целовала, как в последний раз.

Наши поцелуи и объятия привели к тому, что я уже изнывала от желания.

— Я хочу тебя... — выдохнула я ему в губы.

Мне хотелось, чтобы этот секс был особенным, сама не знаю почему.

— Пошли наверх в зал...

Я надела трусики, взяла его за руку и повела на второй этаж, где был танц зал, полностью в зеркалах. Я отпустила руку мужа у самых дверей. Я не включала свет, из окна виднелся закат... Я подошла к музыкальной установке и включила мелодию. Moby — The Last Day (with Skylar Grey).

— Стой тут.

— He was searching

Blindly night and day

This life, there must, be more...

Стоило песне зазвучать, как я медленно сняла с себя обувь и прошла к центр зала. Ретт замер в проходе, пожирая меня взглядом. Я стала двигаться, красиво, плавно, сексуально, не открывая от него взгляда. Сейчас между нами происходило нечто магическое, нечто такое, что мы оба будет вспоминать после всего того, что я планировала совершить.

В лучах закатного солнца молодая девушка танцевала своему мужчине танец. Это не было стриптизом, порнухой, это было нечто завораживающее, от чего у единственного здесь зрителя должно было захватывать дух.

Зрительный контакт прерывался лишь, когда я делала какие-то повороты, движения в партере, а затем я вновь смотрела лишь на него. Я отражалась в зеркалах, словно несколькими копиями. Скоро меня не будет рядом, он не увидит меня в отражении зеркал, он придет в эту комнату и захочет разбить все эти зеркала, как я разбила ему сердце. Но пока ничего этого не произошло. Пока мы Ретт и Джин, муж и жена, и эти минуты лишь наши.

Ретт

Закатные лучи падали прямо на ее. Джин так плавно двигалась, так сексуально, что я не мог оторваться от этого танца, от нее. Мы смотрели друг другу в глаза и этот танец был только для меня. Это не было стриптизом, совращением, это были именно эмоции, которые она передавала при помощи своего тела и движений. Она такая талантливая, у меня просто нет слов. Я внимательно смотрел на то, как она двигается, я пожирал ее глазами, я готов был уже наброситься на нее, но эта романтика мешала меня повести себя как животное. Джин задала для нас нужный лад, атмосферу и теперь нужно этого придерживаться. Медленно я стянул с себя галстук и кинул его в сторону, попутно расстегивая пуговицы на рубашке. Музыка была волшебной, чувственной ровно настолько что казалось, эта песня создана для этого танца.

— Ты так прекрасна… — только и смог сказать я, но не факт что Джин услышала меня. – Я так тебя люблю…

Не жду ответа, не жду каких-то реакций просто говорю то, что накопилось сейчас у меня в душе. Откидываю рубашку в сторону и остаюсь перед Джин в одних брюках, но их я оставлю для нее. Меня возбуждает, когда она своими нежными ручками расстёгивает ширинку и достает мой член. Музыка плавно подошла к концу и выключив на музыкальном центре все дальнейшие композиции я стал медленно подходить к ней. Комната в последних лучах солнца, она и я, эмоции между нами, этот танец, все слишком хорошо чтобы быть правдой.

— Я так тебя люблю, — все же повторяю я в полной тишине, но произношу это чувственным шепотом, при этом мои руки медленно ложатся на талию моей жены.

Я начинаю плавно целовать ее шейку, продолжая шептать:

– Спасибо за этот танец, ангел мой… — губы снова накрывают ее шейку, тогда как руки уже стягивают с нее одежду.

Когда моя детка осталась в одном белье, я пальцами поддел застёжку лифчика и тут же откинул его в сторону. Я сделал пару шагов вперёд, вжимая ее в зеркала, в которых отражаются несколько подобных нам пар.

— Я так тебя люблю… — вновь срывается с моих губ, я не могу держать это в себе, эмоции распирают меня через край.

Я наклоняюсь ниже и целую ее грудь, рукой сжимая, наминая каждую поочередно возвышенность. Тереблю соски пальцами, поочередно припадая к ним же губами. Опускаюсь на колени и целую ее ножки, оставляя после поцелуев мокрые следы от прикосновения языка. Поддев пальцами ее трусики я, второй раз за день, стягиваю их с нее, а открывшиеся участки кожи я начинаю целовать сразу же, как только трусики спустились ниже. Хочу повторить с ней любимый фокус, когда ее ножка на моем плече, а сам я с удовольствием ласкаю ее киску языком. Так и произошло, я закинул ее ножку на свое плечо, а сам, пальцами раздвинув ее половые губы, стал водить языком по киске. Сначала исследуя ее, пробуя на вкус, а после увлеченно тереблю кончиком языка набухший клитор. Я никуда не спешу, у нас вся ночь впереди и не только ночь. Одной рукой придерживая ее за задницу, помогая удержать равновесие, другой я сжимаю грудь, при этом мой язык уверенно удовлетворяет Джин у ее самой эрогенной зоны. Она так сладко постанывает, цепляется в мои плечи, в волосы, ёрзает и получает ни с чем не сравнимый кайф. Я кайфую не меньше ее, я люблю делать это с ней, я люблю видеть реакцию на происходящее, это она никогда не умела скрывать. Вдоволь удовлетворив ее там, я выпрямился и, вытерев рукой лицо, я поцеловал ее в губы, вновь растворяясь в водовороте любви. Пока мы целовались Джин стала делать то, что я так сильно люблю. Нежные ручки моей супруги уверенно высвободили мое достоинство из штанов, которые за доли секунд упали к ногам. Член уже стоял колом, все происходящее завело меня настолько, что он принял боевую готовность почти в самом начале. Я взял Джин за ноги, заставляя запрыгнуть на себя, а после придавил ее к зеркалу. Придерживая за задницу свою детку, мы продолжали целоваться. Моя жена одной рукой обнимала меня за шею, ноги сомкнула за моей спиной, а свободной рукой медленно поползла вниз и взяв мое достоинство, направила в себя. Все произошло очень медленно, мы одновременно шли к этому сексу, как я начал плавно входить в нее, так она в этот же момент, начала медленно опускаться на член, принимая его в себя. Наши губы в этот момент приоткрылись, а глаза были увлечены друг другом. Нет ничего другого в этом мире, только мы… Интимность момента просто зашкаливала, слова были излишни, но эмоции продолжали брать верх над моим разумом, поэтому как только мой член полностью был в ней я шепотом очередной раз произнес:

— Я так тебя люблю, мой ангел…

Джин

Мой Ретт... мой муж, который смотрит на меня так преданно, так влюбленно... неужели я смогу бросить его, уйти и не оглянуться назад? Я больше ни в чем не уверена. Мое прошлое казалось таким далеким. Любовь к Дэвиду словно угасала в тайном уголке моего сердца, куда я спрятала ее так тщательно, чтобы никто не смог даже догадаться о ее существовании. Во мне появились другие чувства, к другому мужчине, и я не знала, что мне теперь делать. Мой Ретт... совсем не такой, каким он был раньше, и я больше не та Джин, на которой он изначально женился.

Словно издалека я слышала, как мой муж повторяет слова любви. Черт возьми, я верила каждому его слову. Может зря? Но я правда верила в это. Наша с ним история была очень сложной, нестандартной и такой увлекательной.

Грейсон пробрался в самые отдаленные уголки моего подсознания, он стал хозяином моего сердца, чего я не должна была позволять ни в коем случае. В помещении слышались звуки секса, наше сбитое дыхание, стоны. Чем дольше все это происходило, тем быстрее становился темп. Ретт словно подросток, то и дело шептал мне слова любви. Словно не мог насытиться не только мной, но и этими словами. Когда его член в очередной раз медленно, но очень глубоко вошел в меня, я выдохнула искренние слова:

— Я тебя люблю...

Я не думала в этот момент, это не было планом, я просто сказала это и все.

— Ты - моя жизнь! — сказал он и совершил следующий толчок.

То, что происходило между нами было совершенно искренним актом... любви? Господи, что со мной происходит... Секс у стены заводил, но нам обоим хотелось ускориться. Ретт медленно уложил меня на пол, а затем стал резко трахать меня. Характерные шлепки распространились по всей комнате. Я стонала уже намного более громко. Мои волосы разметались по полу, а взгляд был затуманенным. То и дело мы припадали к губам друг друга, словно путники в пустыне припадают к бутылке воды. Ретт не стал возражать, когда я подмяла его под себя, оказавшись сверху. Теперь у меня была свобода действий и я принялась скакать на нем, доводя нас обоих до оргазма. Я была у руля, Ретт был в моей власти. Он был мой во всех смыслах. Он хотел быть со мной, он больше не видел смысла в своем существовании, если мы будем не вместе. Мы с Дэвидом тоже когда-то так думали, но нас разлучили, оторвав у нас обоих по куску от сердца. Ретт никогда не знал, что такое — потерять любовь. Готова ли я показать ему, что это значит? Готова ли я сделать ему так больно, как он сделал нам с Мерфи когда-то? Или же я останусь его ангелом? Ангелом, который простит и забудет. Ангелом, который всегда будет рядом, не смотря ни на что? Готова ли я наплевать на справедливость, на то, что я изначально планировала? Я занялась с ним любовью в том месте, которое было для меня священно. Я отдалась ему без остатка, забывая обо всем. Возможно ли такое, что в попытках влюбить его в себя, я тоже попала в эти сети?