– Если он был активен, то почему не попал на камеры? – задал барон правильный вопрос.

– Потому что у вас в Среднем городе камер нет, – недоуменно пожал плечами инквизитор, – Массово нет. Ни камер, ни дронов, ни какой‑либо системы надзора.

Оп‑па, Эрика ошиблась. Очень сильно ошиблась, исходя из верных предпосылок, но не зная о том, кем Крэйн был на самом деле. Что же, вполне простительная ошибка, благо, что мы не так уж много времени потеряли, разыскивая этого клыкастого гада в Верхнем городе.

– Мы договорились, – кивнул, поразмыслив, барон, тут же жестко ставя условие, – Но вы не используете нас как расходник, никого. Это абсолютное условие. Один намек на подставу, и отдел сливается от сотрудничества с вами, точка. Мы отступим даже на середине операции.

– Это… здорово свяжет мне руки, ваша светлость, – нервно дёрнул щекой человек, умеющий решать проблемы любыми средствами, – Но у меня, как и у вас, просто нет выбора. Мы договорились.

Провожали гостя тоже вдвоем. Пронаблюдав, как он накидывает на себя иллюзию, пообещав выйти на связь чуть позже, а затем закрыв за ним дверь, мы с другом переглянулись. Радости не было совершенно. Рядовое дело внезапно стало частью какого‑то лютого и хитро запутанного дерьма, от которого шло эхо по всей планете. Достаточное, чтобы у нас чуть ли не половина коллектива считалась уже черт знает кем. Кицуне вне закона, альвы на паузе…

Дела…

– Не пудри мне мозги, сисястая стерва! – голос Кси Тинг разносился очень хорошо по нашему некогда почти тихому дому, – Эта тварь сидит в обнимку с ружьем, от неё несет пивом, а вы говорите, что это просто зверь?!!

Мы снова переглянулись.

Бабка.

Дела…

Следующие несколько дней выдались одними из самых напряженных в нашей многотрудной жизни. Вообще, я слегка преувеличиваю насчет «многотрудной», но работа на дядю Грэга оказалась очень насыщенной и хлопотной. Единственным крупным плюсом были амулеты персональной иллюзии, под которыми мы превращались в совершенно неинтересных никому людей, но бегать при этом приходилось прямо как курьерам!

Предводительствовала нами Кси Тинг. Сначала, по указанию старушки, мы выпотрошили на сведения несколько мутных типов, которые недавно кинули саму бабку, перестав быть её личными информаторами. Этих господ пришлось паковать, вывозить за город, допрашивать и утилизировать. С последним проблем не было, нам как‑то раз показал замечательное место некий Армэн Ди Вайн… но покататься туда пришлось изрядно, да и попачкаться нам с Эрикой. Я пачкал руки, а вампиресса уши, считывая эмоции допрашиваемых засранцев, которых приходилось очень настойчиво убеждать. Не сколько из‑за того, что они были крепкими орешками, а потому, что каждый из них был уверен, что не переживет этой встречи.

Затем мы всей командой участвовали в натуральном пиратском рейде, захватывая захваченный какими‑то удальцами корабль, перевозивший целое стадо коров. Эти животные, благодаря которым мясные рынки Апсародая на какое‑то время стали доступны для всех слоев населения, были предназначены для зарядки наших браслетов, так что пришлось отвлечься от основного дела, разбираясь с пиратами. Погоню Юки за одним наиболее юрким засранцем стоило бы внести в аналы истории, потому что забег случился по полному коровьего дерьма трюму, набитому паникующими буренками, но всё кончилось хорошо… если не верить жалобам нашей лисички.

Следующая операция уже была серьезнее, мы выехали на натуральное сафари, причем, разделившись на две группы, каждая из которых взяла с собой по оборотню, чтобы вынюхивать разные интересные вещи. В основном нас интересовали деревни, источающие обильный запах оружейной смазки. Таких мы за три дня обнаружили едва ли не десяток, причем все из них были прибрежными. Маркхейм по нашей указке наводил других людей, в «юрисдикции» которых и лежали эти деревни. Восстанавливать отношения между «Стемией» и городом было нужно.

На следующий день Эрику, которой досталась очень привлекательная иллюзия, очень даже ловко похитили. Сделали это люди Брана Баккары, решившие порадовать возвращающегося после операции босса. В принципе, у них бы всё получилось, пока мы пытались отследить телефон Хатсбург с помощью Алебастра, но какой‑то придурок решил «серьезно поговорить» с похищенной дамочкой, развязав злую как кобра вампирессу прямо посреди офиса портовых бандитов. Эрика избила всех, а затем, связав, избила еще раз, причем не менее качественно, чем было организовано её похищение. Волей случая, Баккара прилетел на двенадцать часов раньше обещанного, застал всю свою команду избитой, связанной и обоссавшейся, после чего позвонил мне и устроил скандал. Пришлось признавать косяк и лишаться четырех тысяч долларов из полагавшихся нам четырнадцати за работу… а еще удерживать вампира, рвущегося вернуться на место преступления и оторвать Баккаре последнее яйцо.

Затем, наконец, от дяди Грэга пришла наводка серьезнее, они с Кси Тинг обнаружили место, в котором засело пара десятков вояк из «восточного интернационала», ранее устроившего нам засаду. Мы отправились их брать всем активным составом, под прикрытием двух групп оперативников инквизиторов, с дронами, с разведкой, с острым нюхом кицуне.

Последнее и подвело. Не сама Юки, отнюдь, лиса действовала крайне аккуратно и вдумчиво, мы подошли к нужным домам в деревне без шума и пыли, качественно окружили их, здесь всё было без ошибок. Чего никто не ожидал – так это того, что приблизившаяся к окну девушка в обличие гигантской лисы вызовет из глубин хижины разъяренный волчий вой, шедший далеко не из одной глотки.

Качественная военная операция моментально превратится в хаос. Половина нашего прикрытия будет садить по обезумевшим волчарам, выскакивающим из домов, а вторая, включая и нашу команду, спасать Юки, на которую те и будут кидаться, позабыв про разум и отдавшись инстинктам. Живых пленников не достанется ни одного, каждого волка мы буквально начиним свинцом, справившись без убитых с нашей стороны лишь потому, что у меня и у Эрики в пистолетах будут заряжены разрывные, а Широсаки…

…ну, Широсаки большую часть боя проведет у меня на шее, мертвой хваткой обняв лапами за шею и воя как десяток кошек… а я обзаведусь целой кучей глубоких царапин от волчьих когтей, да несколькими глубокими укусами. Ну, если не считать шрамов от лисьих когтей, которые останутся на плечах!!

– Две недели спишь в своей комнате! – черный ноготь на конце длинного указательного пальца Эрики больно уколол пространство в направлении съежившейся в кресле кицуне, виновато хлопающей ресницами, – Петр из‑за тебя напоминает монстра Франкенштейна! На нем живого места нет!

– Не всё так плохо… – проворчал я, затягиваясь сигаретой, – Если не двигаться.

Курить пока можно было на кухне, где у нас была вытяжка. Сначала вампиры, люди и лисы‑оборотни норовили прогнать старую китайскую женщину дымить на нашу башню, туда, где блюющий альв устраивал салют из плоти и крови, но Кси Тинг лазить по лестнице каждые пятнадцать минут не хотела, а её вредности хватило, чтобы перебороть молодые позывы Эрики. Теперь мы сидели на кухне, курили и чувствовали себя… странно.

Не каждый день узнаешь, что борешься против… Инквизиции. Поддельной, конечно, можно сказать, что китайской, но какая разница? Обеспечение? Есть. Вампиры, оборотни, люди? Есть. Магия? Вот её пока не заметили. Связи, деньги и прочее? Разумеется, есть. В чем отличие, господа?

– В том, что наши могут дёрнуть национальную армию королевства Тайланд, а вот противник, видимо, нет, – вздохнул Алебастр, показывая неприличный жест Соне и уворачиваясь от её хвоста, попытавшегося взять его на удушающий.

– Я бы на вашем месте не искала хороших моментов, – дала совет наблюдавшая за альвом и бинтуронгом Кси Тинг, умудрившаяся подружиться с первым сильнее, чем раньше. Альв ловко узнавал подробности жизни Мао‑Мао, которые продолжали волновать старую торговку, и та за это с удовольствием делилась с чернокожим своей мудростью. А еще Кси Тинг прекрасно умела зашивать небольшие раны от когтей и зубов, которых я привез с операции в неприятно большом количестве.