– А что нам искать? – поинтересовался Марий, сидящий «на телефоне».

– Упыря одноногого и Агнешку! – отрубила мадам, – Та с нас не слезет, она поблизости! Ваши мальчики в черном делают суку только осторожнее. Русский, будь другом, привези нормальной еды, а? Я от вашей скоро кишки выплюну. Скажи Мэй Юн, чтобы приготовила?

– Не давайте мне дробовик, – закатив глаза, попросила Эрика, – Иначе в этом доме произойдет еще одно убийство…

– Чем раньше мы закончим, тем быстрее я покину вашу кунсткамеру и вернусь к своим девочкам!

– Старуха, ты нарываешься…

– Хватит! Пора за дело! – рыкнул Марий, поднимаясь из‑за стола, – Выдвигаемся. Подождем на месте. Иначе тут точно кого‑нибудь убьют.

– … и он будет сильно вонять куревом! – мстительно оставила за собой последнее слово встающая вампиресса.

Сыграла относительно «дикая» карта. Маркхейм, подключивший к охране территории местных, обычно мало интересующихся тем, что творится на остальной части Басолана, встряхнул улей. Пчелы, то есть представители различных нелегальных организаций и банд, рассыпавшись по острову, вскрыли немало совсем непонятных для них штуковин. Например, два аэродрома, крупное логово каких‑то левых типов, а также три хорошо скрытые лодочные базы на севере Басолана. Большие Боссы нахмурились дважды. Первый раз, узнав новости, второй раз услышав, что сюда выдвинулись регуляры. Приняв ситуацию как крайне серьезную, эти крайне серьезные люди задействовали ресурс, являющийся уникальным для нашего славного острова. Телекоммуникации.

У Басолана свой банк, свой провайдер, свой надзор за эфиром. Узурпировать и монополизировать связь на острове все равно было бы невозможно, но отследить то, что выбивается из привычной рутины оказалось несложно. Немного усилий, чуть‑чуть времени, несколько автомобильных аккумуляторов с клеммами, прикрученными к яйцам работников провайдера, решившим подзаработать на стороне, – и вот, у Грэга Маркхейма и других важных людей появляется новая информация.

Моя команда должна была проверить одно весьма специфическое место в Среднем городе, а я, как частично неработоспособный, отправлялся по поручениям Кси Тинг, на левой машине и под иллюзией.

Так себе работка, не бей лежачего.

Мы отправились все вместе, открыто и без иллюзий, с сопровождением из трех внедорожников, набитых бойцами и прикрытием из дронов последнего поколения, способных среагировать и сбить быстролетящий объект вроде ракеты. В одном неприметном месте я выгрузился, надел браслет с иллюзией, залез в какую‑то развалюху на четырех колесах, оставленную тут людьми Кси Тинг, а затем поехал к ней на малину. Жара и зудящие раны здорово отвлекали, но мысли, витавшие у меня в голове, были чрезвычайно настырны. Происходящее не давало мне покоя, слишком оно было… нелогичным.

Священная Инквизиция – это не мелкая банда из доков Среднего города. Это гигантская тайная организация, которая буквально представляет из себя армию, состоящую сплошь из спецназа, плюс море доходных предприятий, обеспечивающих функционирование и развитие всего этого дела. Мы влиятельны, обширны и богаты на зависть многим странам.

Никто не подходит к чемпиону мира по боям без правил, чтобы отвесить ему обидный пинок. Это плохое сравнение, но частично верное. Если какая‑то организация, которую представляет тот же Крэйн, хотела бы наехать на Инквизицию, объявить ей войну, то действовала бы жестче и масштабнее. А тут просто череда пощечин и взбунтовавшаяся Япония с озадачившими альвами. Как‑то мелковато это, нелогично, бессмысленно. Даже сам захват бывшей империи… ведь там, по сути, просто пара десятков кланов местных гопников, которые не представляли из себя какой‑либо силы. Черт побери, да с ними отказались плотно вести дела именно из‑за бесполезности этих енотов и лисиц!

А здесь, у нас, в Апсародае? Масштаб локальной свары, пара десятков убитых, раненых, масса беготни и шума, один мертвый рыцарь и много хаоса. Что еще? Мы . Нас, именно нас стопроцентно хотели грохнуть. Молодых зеленых долбаков. У кого‑то уровня Крэйна на это просто нет причин! Возможно, он хотел завербовать или украсть Эрику, в это я поверить легко могу, но вот стрелять по той же Эрике ракетами? В Верхнем городе? Это не просто лишено смысла, это вообще не укладывается в картину агрессии против Инквизиции. В схему, в тактику, в стратегию, в смысл.

Зато укладывается в Агнешку.

Помотав головой, я попытался выбросить из неё зашедшие куда‑то не туда мысли, пытающиеся представить шизанутую монашку тайным агентом скрытых сил, причем, настолько влиятельным, чтобы задействовать спецсредства и ресурсы в своих личных целях, в условиях уже текущей операции, направленной на совсем иное. Дичь, настолько отборная и отмороженная, не могла подружиться даже с опытом Петра Васильевича Красовского, который, несмотря на всю свою отбитость, никогда не прибегал к ресурсам Синдиката, решая свои маленькие проблемки.

Это, господа и дамы, так не работает. Если ты оперативник, пехота, то по твоему вызову танки приходят, если тебе дали  возможность их вызвать. А ракеты на уничтожение подлого бывшего в реальном мире не выдают. Ни в том, ни в этом.

Мэй Юн, высокая молодая полукровка с чересчур «надутой» грудью, выполняла роль одного из капитанов команды для Кси Тинг, заботясь о девочках, пока большая маман пряталась с собственной дочерью и решала другие проблемы. Моё лицо, даже слегка подклеенное пластырями, было этой симпатичной девушке знакомо, но встретила всё равно с настороженностью.

Это выглядело забавно.

Тихий район Старого города, жара, от которой, казалось, плавится сам мир, совершенно спокойный подъезд жилого дома, где на лавочке внизу сидят дед и бабушка, видевшие, казалось, Первую Мировую… И тут мне открывает дверь высокая татуированная азиатка, смуглая и накрашенная, тело которой куда сильнее скрыто рисунками на коже, чем газовым розовым подобием топика и шорт. Девушка явно была готова к приему на дом, правда клиентов, а не гостей.

– Ты? – без всякой радости оценила Мэй Юн стоящего меня на пороге, – Приходи позже, Энки нет. Она что‑то разузнала, но сейчас у клиентов еще. Уходи, я тоже жду! Сейчас!

Девушке можно было только посочувствовать. Ну откуда у ночных бабочек накопления, да еще те, что хотелось бы тратить? Старая грымза удрала, работать в мыльном доме они опасались, вот и превратили несколько квартир в гм, подобие борделя. А куда деваться? Правда, клиенту этой высокой и действительно привлекательной девочки не повезло.

– Прости, – улыбнулся я, приспуская очки и рассматривая безусловно радующую мои глаза девушку, – Но сначала дело. Кси Тинг голодна. Она требует еды. Много вашей китайской еды. Делайте. Я отвезу.

Полуголой бедолаге как под дых дали, натурально. Аж глаза начали наполняться слезами и губы дрожать. Я недоверчиво моргнул, когда мне натурально пали на грудь, вполне отчаянно зарыдав.

Дела у девчонок Кси Тинг, как оказалось, шли паршиво с тех пор, как Кси Тинг вошла в контры с Триадой. Мыльный дом торговки информацией часто посещали члены именно этой организации, многие были постоянными клиентами, под час весьма щедрыми. Когда мамка попала в резкую опалу, её предприятие не только было вынуждено переехать, но и лишилось всех этих клиентов. Более того, когда над девочками простерлось крыло габчжу Шора Гаваньяла, то местные из Старого города приняли к сведению пожелание этого очень уважаемого человека, но деньги свои девочкам не понесли. Кормить новую незваную силу никому не хотелось.

Проще говоря – двадцать семь молодых баб сидели сейчас почти впроголодь, на лапше быстрого приготовления. Моё указание набабахать китайской жратвы для старухи стало для Мэй Юн, оставшейся во главе, последней каплей.

Почесав голову, я задумался, стоя как дурак с полуголой женщиной, рыдающей мне в грудь. Потом, опомнившись, отодвинул красотку.

– Пластырь видишь? – пояснил я ей, – Под ним раны свежие. Соли мне на них не надо. Иди сделай мне чай. Сейчас что‑нибудь порешаем.