– Так, не знаю к чему, но мы готовы! – доложила мне вернувшаяся голова отрядного вампира, – На текущий максимум.

– Не думаю, – улыбнулся я, глядя, как вывалившаяся под дождь пьяная толпа молодежи, орущая и размахивающая конечностями, пытается отыскать на совершенно безжизненной улице такси. Из этой кучки выделился почти не стоящий на ногах полный китаец, заковылявший к ринувшейся на него тайке. Оба слились в объятиях, правда, отнюдь не дружественных. Парень банально использовал женщину для устойчивости, а она, потеряв оба каблука на босоножках, отважно пыталась защитить алкаша от дождя зонтом.

– Задача номер один – отпугивай толпу, когда подъедем их забирать. Задача номер два – следи за тем, чтобы этот обсос тут не наблевал, – отдал я ценные указания Хатсбург и под её возмущенное шипение повёл машину к шатающимся целям.

Спокойно забрать из‑под дождя подопечных было довольно легко, достаточно было проявить немного вежливости, сделать звонок Кси Тинг, да погрузить в машину осчастливленную тайку и почти невменяемого толстяка. Другой вопрос, что нашими услугами в срочном порядке решили воспользоваться другие из его бывшей компании, но вновь вышедшая под дождь Эрика, держащая в руках автоматическую винтовку, заставила молодежь резко и мощно передумать. Однако, это не сказалось хорошо на настроении моей напарницы. Совсем не сказалось.

– Мы мокрые, мы несчастные, и мы работали за полторы штуки, хотя уже почти богаты! – ворчала несчастная девушка после того, как мы без всяких проблем сгрузили цели в гостиничный номер, – Хочу мороженого!

– Смотри, эти бабки делим лишь мы с тобой, так Марий сказал, – ухмыльнулся я, ведя машину домой, – Ты точно хочешь потратить свои деньги на мороженое?

– Нет, конечно! Я хочу потратить твои деньги! Из‑за кого я намокла?!!

– Она спит в моей кровати, она тратит мои деньги, она даже намокает из‑за меня… – в шутку пробурчал я, – Может, зайти в какой‑нибудь храм и сообщить наверх, что мы уже женаты?

– Вы про меня у ресторана забыли! – гаркнула мне на ухо развеселившаяся молодая женщина, – Плати, Петр Красовский!

Вообще, как не странно, это капризное женское поведение, легкий эгоизм и ворчание мне в Эрике Хатсбург и нравятся. Она, осознавая это или нет, приносит в наш коллектив частичку настоящей женственности. Все остальные представительницы прекрасного пола, проживающие на базе… не совсем состоятельны в этом вопросе. Няшка чересчур ребенок в своем поведении, Норма всем немного портит шаблоны, когда окружающие осознают, что её дружелюбие и готовность… буквально ко всему – не черты характера, а основа разума. Про Соню и говорить нечего, она просто прожорливый и ласковый кошачий медведь. А вот вампиресса – другое дело.

– Эмм… – смутилась моя спутница, после того как потратив сотню баксов со счета, я нагрузил «тойоту» мороженым, – Это как‑то многовато.

– Я многодетный отец, должен думать сразу обо всех! – заявил я.

Фраза погрузила Эрику в глубокую задумчивость, а затем, когда мы уже были недалеко от дома, она со смущением призналась, что благодарна за то, что я терплю её пьяные выходки и не пользуюсь, так сказать, уязвимым положением.

– Если бы ты лезла ко мне в штаны, – подумав, ответил я, – то я разложил бы тебя, не задумываясь. Однако, всем видно, что ты просто иногда себя хочешь почувствовать на месте Юки. Ничего против не имею… как и моя коллекция фотографий.

– Спасиб… что⁈ Так! У меня тут идея! Сейчас мы будем есть мороженое и смотреть всю твою коллекцию, Красовский! Ты понял⁈ Всю!

– Зажмурь один глаз.

– Зачем?

– Ну зажмурь.

– Ну ладно.

– … размечталась, одноглазая…

Ди Вайна с подачи Цурье взяли чисто, гладко и быстро. Сначала, пока он на своем тихоходе плыл до Сингапура, его полностью изолировали электронно, проследив все звонки, письма и отправления, взяв под контроль сим‑карты и электронную почту. Купировав нашего толстого психа в интернете, Инквизиция инсценировала случайную встречу его корабля с патрулем. Спрятать огромный свинцовый саркофаг Армэн не мог совершенно нигде, так что его арестовали с парочкой обвинений, как контрабандиста и черного археолога. Затем к нему подошли уже совершенно другие люди, сделав предложение, от которого Ди Вайн не стал отказываться. Он полжизни скрывался, чтобы обрести славу… а она нашу организацию не интересовала. Её они с легкостью могли предоставить тому, кто нашёл этот гроб.

А вот потом случилось настоящее дерьмо. Ватиканские монахи, запечатывая свинцовую домовину в шестнадцатом веке, проявили удивительно много смекалки и выдумки. Гроб был буквально зацементирован целой плеядой клеев и смол, там, внутри «пирога», намертво скрепляющего всё в единое целой, был даже залит мёд. Все проведенные тесты, сканирования и анализы однозначно утверждали о полной аутентичности саркофага. Стопроцентной. Однако, внутри обнаружились только цепи с кандалами, да… мумифицированные останки самого обычного человека.

Просто. Человека.

Причем нельзя было сказать, что «чудовище», закованное в свинец и сталь пятьсот лет назад, вырвавшись из гроба, не собрало богатый урожай жертв. Для мертвеца‑человека полутысячелетней давности, хозяин сундука очень даже преуспел, забрав одну жизнь. У Армэна, буквально ночевавшего в лаборатории, случилось кровоизлияние в мозг. Почти мгновенная смерть.

– Теперь в Сингапуре говноворот и множатся истории заговоров, – меланхолично произнес Гритт, качающийся на стуле и удерживающий карандаш между верхней губой и носом, – А вот если бы мы вскрыли эту проклятую хреновину…

– Нас бы съели с говном, – поддакнула ему вампиресса, играющая в кормящую мороженым мать по отношению к хлопающей ресницами Норме, – И жевали бы, и жевали…

– Вообще‑то, это не всё, – на кухню вошёл Алебастр, преследуемый Соней, порывающейся на него влезть, – Кто‑нибудь, отвлеките этот кусок меха, тогда я расскажу вам самое интересное.

«Самым интересным» оказалось то, что не смогли бы сказать Гритту, но то, что мог отследить альв. Настоящую бурю истерики в Ватикане. Город‑государство, обладающее внушительными закрытыми архивами, сейчас штормило как никогда. Ди Вайн был прав в своих изысканиях, церковники собирались использовать мощного вампира, чтобы зачистить Японские острова от их обитателей. У исторического факта, видимо, были какие‑то обоснования. Очень серьезные.

– Они собирают сюда настоящую экспедицию, Марий, – заключил чернокожий, благодарно кивая мне, сгребшему бинтуронга в охапку, – Так что советую тебе срочно дружить с Цурье, иначе вместо парка у нас тут будет разбит целый лагерь ватиканцев, обивающих наши пороги и вытрясающих из нас малейшие подробности. Пусть большой папочка защищает Апсародай от этих психов.

– А если бы мы вскрыли эту хреновину, – неожиданно пришла мне в голову идея, – То здесь, на Басолане, уже было бы сейчас не протолкнуться. Только не от ватиканцев, а от вампиров!

– Черт, точно! – испугались присутствующие, за исключением довольно сопящей Сони. И, почему‑то, обвинительно уставились на меня.

– Сами такие, – понял намек я, делая вид, что обиделся, – Я не сторож ворону своему. Ладно, не скучайте, скоро вернусь.

– Ты куда? – проявила интерес вампиресса, запихивающая ложку мороженого в рот проходившей мимо сонной Юки.

– Хочу себе новый ствол. Пока на него есть деньги.

– Ммм…! Ммм…мм!! – внезапно встрепенулась японка с набитым ртом, замахавшая на меня руками, – Мм!

– Что? – не понял я.

Девушка выбежала из кухни, но очень быстро вернулась, неся с собой бумажный пакет. Его она передала мне. Заинтригованный, я опустил довольно тяжелый пакет на стол под любопытствующими взглядами окружающих, а потом достал из него два тех самых, проклятых, двухствольных «кольта» один‑девять‑один‑один, но теперь богато украшенных гравировкой. И кусочек бумаги, на котором по‑русски было написано одно слово. «Спасибо».