Посовещавшись одними взглядами, мы молча пришли к решению, что надо дать подземнику нажраться – тот определенно был не в себе.

Хотя, так можно было сказать обо всех. Норма продолжала слегка дуться на Мария, Эрика домогалась до Юки, придумывая ей собачье имя (чтобы в следующий раз не попасть впросак), я, мысленно каясь, раз за разом отказывал Соне в дополнительном пиве (но провалился в этом благом начинании), а наш лидер не отлипал от телефона, явно находясь на связи с кем‑то еще. Интересоваться этим моментом никто не планировал, мы отдыхали и выдыхали… пока не раздался звонок в дверь.

– Идем, откроем, – поднялся Гритт, кивая мне.

Меня подобное насторожило и, как оказалось, не зря. На пороге мы обнаружили Грегора МакАлистера, почему‑то выглядящего вполне здоровым, и незнакомую полную женщину в черной форме, оба удерживали по четыре туго набитых сумки. Марий, отошёл, пропуская визитёров внутри, а те молча вошли, тут же скинув поклажу на пол и принимаясь с любопытством оглядываться. Через пару секунд их внимание привлек почти трезвый (и недовольный этим) бинтуронг, выглянувший в прихожую, но тут уже не выдержал я.

– У нас постояльцы? – попробовал уточнить я у блондина, – Или мы должны обвенчать этих двоих в виду отсутствия других христиан? Имейте в виду, мы не настоящие христиане!

– Нет, – хриплым, знакомым, но совершенно не своим голосом отозвался Грегор, вынуждая меня тут же навести на него ствол, – Я здесь не за этим. Уберите оружие, Красовский, я Грэг Маркхейм, мы… под иллюзией. Смотрите.

Протянув руку, он забрал что‑то с плеча женщины, которая взяла и превратилась в…

– Ну нет… – выдохнул я, – Ну вы же несерьезно…?

– Принимайте ответственность, господа, – ухмыльнулся инквизитор, проделывая с собой те же манипуляции, превращаясь при этом в некоторое отдаленное подобие того же МакАлистера, только более молодое, кряжистое и полнокровное, – Временно. Очень временно!

– Грегор скончался три с половиной часа назад, – подал голос и наш барон, обращаясь ко мне, – Но его решили оставить в «строю».

– Так, я уже всех наслушалась! Хватит! – каркнула весьма потрепанная и явно давно не спавшая Кси Тинг, а затем, пройдя чуть вперед, решительно потребовала у озадаченного бинтуронга, сидящего на полу, – Ты! Показывай мне, где здесь курят!

Вот так, совсем негаданно, под покровом ночи, без каких‑либо провокаций, наша крепко спаянная и сплоченная команда обогатилась… китайской бабкой. Временно. Пока я стоял, переваривая эту очень внезапную и малоприятную новость, с зала в прихожую почти выпал нехило пьяный альв, уставившийся на шумную гостью мутным взглядом.

– Знакомый голос! – объявил он.

– Таких негров я еще не видела… – задумчиво пробормотала Кси Тинг, оценивающе глядя на остальных членов команды, появляющихся рядом с подземным жителем, – Но голос‑то знакомый. Неужто ты… Алебастр⁈

– Ага.

– Кто ж тебя, дружок, так назвал? – спросив это почти участливым тоном, старая китаянка расхохоталась почти истерическим голосом, – За что ж тебя так?!!

Увы, захватывающий разговор не был продолжен, потому что до нашей вампирессы дошла неоднозначность происходящего, от чего она стала недовольна. Шум аудио‑контакта недовольной владычицы ночи с уставшей и отчаянно желающей курить китаянкой моментально сделал всю атмосферу дома неприятной, от чего мы и ретировались в одну из комнат, чтобы выслушать, что нам хочет сказать кризис‑менеджер Апсародая, оставив при этом за бортом Юки, альва и Норму… то есть всех. Ну, в качестве поддержки… кому‑нибудь из крикуний!

…ладно, мы с блондином просто были самые трезвые, а Юки орала едва ли не громче Хатсбург. Она определенно была «рада» видеть старую знакомую.

Вживую Грэг Маркхейм оказался таким же неоднозначным, как и по телефону. Вполне приличного вида брюнет, с залысинами, с умным жестким лицом хронически не высыпающегося человека, цепко держащего себя в руках триста шестьдесят пять дней в году, он сходу, рухнув в кресло, заявил.

– У меня скомпрометировано до пятнадцати процентов личного состава. Вы являетесь единственной «чистой» группой оперативников, которую я могу использовать с минимальным риском провала задания.

– Можете? – с намеком поднял бровь барон, – Вы уверены…?

– Могу, – кивнул ему Маркхейм, – Ваш заказ изменен, Крэйна нужно обязательно взять живым. Освальд Хатсбург и весь его род уже взят под стражу, просто ради того, чтобы не дать вампирам помешать нам осуществить захват их бывшего подопечного. Чтобы вам слушалось внимательнее, сообщу, что Марко Цурье добавит лично вам бонус в размере полутора миллионов долларов за захват Крэйна. Это, кстати, между ним и вами, Центр не имеет никакого отношения к этому обещанию старшего рыцаря. Теперь вы готовы слушать? Если да, то можно попросить кофе? Разговор будет долгим и обстоятельным…

Священная Инквизиция столкнулась с тайной силой, получив несколько чувствительных ударов. Наиболее чувствительным стало предательство некоторых членов организации, причем, на самых разных уровнях. В основном оно выразилось в том, что эти самые «предатели» считали себя обязанным отправлять информацию, как они думали, другим отделам Инквизиции, оперативно и в глубокой тайне. Далеко не всегда получая за это что‑либо. Проще говоря, кто‑то весьма давно и невероятно тонко «влез» в существующие практики межведомственного перекрестного контроля, буквально встроив в одну из самых могущественных организаций мира свою сеть информаторов. Затем он разыграл эту свою карту, получив сверхъёмкий аккумулятор, уничтожив тестового робота, забрав половину архива Апсародая и, на сдачу, полностью очистив от влияния инквизиторов Японию. Ах да, еще какие‑то неприятности с альвами. Со всеми альвами.

Крэйн, из неудобного одному роду кровопийцы, внезапно стал чрезвычайно ценным свидетелем, потому что, повторяя слова Эрики Хатсбург, «никто не держит опытнейшего стапятидесятилетнего вампира мальчиком на побегушках». Кровосос, наглый и умный настолько, чтобы в одно лицо пробраться в закрытую лечебницу, должен был много знать. Критически много и критически важного.

– А еще мы проверили тех, кто устраивал вам засады, – слегка посвежевший Маркхейм пил уже третью чашку кофе, – Тайцы, малазийцы, индусы, китайцы, японцы. Настоящий восточный интернационал, даже корейца нашли, хотя мой заместитель уверен, что это киргиз. Я бы не удивился, узнав, что кто‑то тут себе муштрует азиатов, создавая армию, но все они приехали с континента, понимаете? Приехав, они не пошли к вашему другу Ла Диспензе за стволами, у них тут уже был склад, заваленный новейшим типовым барахлом, причем не один. Понимаете, что это значит?

– Кажется, Басолан тоже хотят вывести из‑под юрисдикции Инквизиции, – подумав, выдал Марий убедительную теорию, – Скорее всего, в масштабе куда большем, чем мы можем предположить. Поправка, хотели . Так ведь?

– Я исполнитель с конкретной задачей, – развел руками наш гость, – Общая картина пока полна неясностей, но, думаю, вам очевидно, что либо мы закрываем вопрос с вампиром, либо жизни вам тут не будет? Уйдем мы, уйдете и вы, а, учитывая кому был заказан Крэйн, – вы уйдете прямо в загон для козлов отпущения. Их сейчас в организации острейший дефицит.

Связываться с человеком, который чуть было не подставил Норму и Алебастра под пули… желания не было ни у меня, ни у Гритта. Однако, жизнь упрямо твердила другое, нам нужно работать в одной упряжке ради собственного выживания. Грэг не мог свободно управлять своими оперативниками, не зная, сколько еще тайных информаторов у него может быть под боком, а мы, как условно «чистые», могли выступить своеобразным стилетом, острие которого дотянется до одноногого вампира, затаившегося где‑то в городе. С первого удара.

– Я обеспечу вам прикрытие, маскировку, – объяснял нам Маркхейм, – Поддержку, всё, что смогу провернуть без информирования своих бойцов о деталях любой акции. Благодаря Кси Тинг мы уже нашли несколько зацепок, сейчас раскручиваем маршруты Крэйна, который был весьма активен в городе как минимум пару недель.