— Ваше величество, — сказал Джейкоб. — Мы пришли предупредить вас.

Он вытащил из-за пазухи пачку бумаг — копии документов, которые они сняли на заводе.

— На заводе герцога Монфортского в Бельтайне разрабатывают новое оружие, — продолжил Джейкоб. — И герцог готовит государственный переворот.

Король взял бумаги. Лицо его не изменилось.

— Посмотрите на эти чертежи, ваше величество, — добавила Алисия. — Мои люди работали на этом заводе. Слышали разговоры. Герцог хочет занять ваш трон.

Король поднял голову, недовольно посмотрел на них.

— Герцог Монфортский — наш самый верный подданный, — сказал он наконец. — Он финансирует половину королевских проектов. Без него королевство рухнет.

— Если он будет и дальше копить силы, ваше величество, — сказал Джейкоб, — королевство рухнет в любом случае. Только тогда на троне будете не вы.

Король побледнел. Резко встав, он подошел к окну и встал спиной к ним.

— Доказательства, — сказал он. — Дайте мне неопровержимые доказательства.

Алисия встала, подошла к нему. Сняла кружевную перчатку и протянула руку. Метка на ее ладони горела темно-красным, пульсировала.

— Это проклятие дома д'Орсоли, — сказала она. — Оно перешло на меня, когда я вышла замуж за Джейкоба. Герцог знает о нем. Он хочет уничтожить весь наш род, чтобы обрести власть и могущество.

Король повернулся. Взял ее за руку, поднес к свету.

— Черная Метка, — сказал он тихо. — Так вы и правда та самая пиратка. Я слышал о вас, графиня.

— Я не скрываю своего прошлого, ваше величество, — ответила Алисия.

— И правильно делаете, дорогая, — он отпустил ее руку и вернулся к трону. — Потому что прошлое имеет обыкновение напоминать о себе в самый неподходящий момент.

Он сел, пролистал бумаги еще раз.

— Все это можно подделать, — сказал он, откладывая листы.

— Но зачем нам это, ваше величество? — спросил Джейкоб. — Мы не просим у вас ни земель, ни денег. Мы просим только одного — провести расследование.

— Расследование? — король усмехнулся. — Вы хотите, чтобы я начал расследование против человека, который обеспечивает половину моей армии?

— Если вы не начнете расследование, ваше величество, — сказал Джейкоб, — через год она вам будет не нужна.

Король сжал подлокотники трона. Несколько секунд молчал.

— Хорошо, — сказал он. — Я подумаю над вашими словами. А пока вы останетесь во дворце. Как мои гости.

Он хлопнул в ладоши. Двери распахнулись, и вошел капитан стражи, а за вместе с ним — два слуги в ливреях.

— Проводите графа в восточное крыло, — приказал король. — Графиню — в западное.

Алисия почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Ваше величество, — сказала она, — мы муж и жена. Мы имеем право...

— Вы имеете право на то, что я вам разрешу, — перебил король. — А я разрешаю вам отдохнуть с дороги.

— Это арест? — спросил Джейкоб.

— Это — забота о вашей безопасности, граф, — ответил король. — Во дворце есть люди, которым не понравится ваше появление...

— Ваше величество... — начал Джейкоб.

— Довольно, — король поднял руку. — Я приглашу вас, когда приму окончательное решение. До тех пор прошу вас оставаться в своих комнатах.

Он посмотрел на Алисию.

— Графиня, я надеюсь, вы не будете против. Комнаты в западном крыле очень удобные. Оттуда открывается прекрасный вид на сад.

Алисия хотела сказать, что ей плевать на вид. Что она хочет быть рядом с мужем. Что они и так слишком долго были в разлуке. Но Джейкоб взял ее за руку и сжал.

— Мы согласны, ваше величество, — сказал он. — Благодарим за заботу.

Она посмотрела на него. Он покачал головой — чуть-чуть, незаметно для короля. «Не сейчас».

Капитан стражи и слуги вывели их в коридор.

— Я провожу вас, граф, — сказал капитан Джейкобу. — Графиню проводят другие слуги.

Алисия и Джейкоб переглянулись.

Один из слуг — молодой парень с красными от веснушек щеками — жестом пригласил ее следовать за ним. Она пошла, чувствуя, как стынет в груди что-то вязкое и тяжелое.

— Госпожа графиня, — сказал слуга, открывая перед ней дверь, — ваши покои.

Комната оказалась большой, с высоким потолком и двумя окнами. На туалетном столике стояли кувшин с водой, таз и чистое полотенце. Бордовые шторы с золотыми кистями и огромная кровать с балдахином завершали картину.

— Ужин в восемь, ваше сиятельство, — сказал слуга. — За вами придут.

— Спасибо, — сказала Алисия.

Он поклонился и вышел. Дверь закрылась,  щелкнул замок. Алисия подошла, дернула ручку — закрыто.

Она вернулась в комнату и села на край кровати.

— Ну и что это значит? — сказала она вслух.

В восточном крыле Джейкоб не находил себе места.

Комната, которую ему отвели, была хорошо обставлена — дубовая мебель, тяжелые портьеры, камин, в котором еще не зажгли огня. На стене висел гобелен с охотничьей сценой: всадники в старинных камзолах травили оленя, и у Джейкоба свело скулы от этой дурацкой, насквозь фальшивой картинки.

Он подошел к окну. За стеклом виднелся внутренний двор, конюшни, слуги с охапками сена. Конюх чистил жеребца, мальчишки таскали ведра с водой. Обычная, будничная суета, которой не было никакого дела до того, что у него внутри разрывалось на части. Джейкоб внимательно осмотрел карнизы на окнах, попробовал расшатать решетки. Те сидели намертво и не поддавались.

— Черт, — в сердцах пробормотал он.

В башне пробили часы. До ужина оставалось четыре часа. Четыре часа, пока он снова увидит Алисию. Четыре часа, пока он сможет убедиться, что с ней все в порядке.

Он подошел к двери, дернул ручку: заперто. Тут же в комнату вошел слуга в ливрее. Увидев Джейкоба, он выпрямился по стойке смирно.

— Ваша светлость, — сказал он, — прошу вас оставаться в комнате.

— Я всего лишь хочу пройтись, — сказал Джейкоб.

— Не положено, ваша светлость. Приказ короля.

Слуга поклонился и вышел, закрыв за собой дверь. Джейкоб прислонился к ней лбом, дерево было холодным, шершавым.

— Черт, — повторил он. — Надо найти способ связаться с Алисией.

В западном крыле Алисия сидела у окна и смотрела на сад.

Розы, фонтаны, подстриженные кусты — все это казалось ей бутафорской декорацией. Как будто кто-то нарисовал красивую картинку и повесил перед ее окном, чтобы она не видела того, что происходит на самом деле.

Она провела пальцем по стеклу. Оно было чистым, без единого пятнышка. Внизу, в саду, садовник в коричневом фартуке возился с розами — подрезал ветки, пригибал их к земле.

Она встала, прошлась по комнате. Кровать, туалетный столик, ваза с розами на столе — все это раздражало ее неимоверно.

Внезапно под дверью что-то зашуршало.

Она обернулась: белый прямоугольник — сложенный вчетверо листок бумаги — лежал на полу у щели, а рядом с ним маленький железный ключ.

Алисия осторожно подошла, прислушиваясь к звукам за дверью, но вокруг царила тишина, никто не ходил, никто даже не кашлянул в коридоре.

Она торопливо развернула записку.

«Полночь. Старый фонтан в лабиринте»

Она спрятала записку и ключ в корсаж платья и села обратно к окну. Снаружи темнело, масляные фонари в саду зажигались один за другим.

Тем временем король сидел за массивным дубовым столом, заваленным бумагами, и перечитывал документы, которые принесли ему граф и графиня д'Орсоли — уже в третий, наверное, раз. Чертежи, показания, письма.

Он отложил листы, потер глаза. За окном уже начинало темнеть — первые тени легли на сад, фонтан с нимфой потемнел, стал похож на привидение.

В дверь постучали — три коротких удара.

— Войдите, — сказал король.

Дверь открылась, и в кабинет вошел герцог Монфортский.

— Ваше величество, — герцог поклонился.