В каюте повисла тишина. Только потрескивали обугленные доски на потолке, только где-то далеко на палубе все еще пели пьяные матросы.

Алисия стояла, прижавшись к груди Джейкоба, и чувствовала, как колотится его сердце. Ее собственное сердце испуганно билось в унисон.

Внезапно она почувствовала жжение.

Сначала легкое, едва заметное — будто к ладони прикоснулись горячей монетой. Она отняла руку от стола, взглянула — и замерла.

Кожа на внутренней стороне ладони покраснела, будто от ожога. Но ожог был странным — не сплошным, а складывающимся в очертания. В очертания, которые она знала слишком хорошо.

— Что это? — спросил Джейкоб, заметив ее побелевшее лицо.

Алисия поднесла ладонь к свету масляной лампы.

Сквозь кожу проступала Черная Метка. Древний знак смерти.

Отец Бенедетто первым осенил себя знаком Всеблагих.

— Демоническое наваждение, — прошептал он, глядя на ладонь Алисии. — Книга пометила вас. Теперь герцог найдет нас, даже если мы уйдем на дно.

— Святой отец, — Алисия положила руку на его плечо, заставляя обернуться. — Я не собираюсь умирать. И не собираюсь становиться его жертвой.

— У вас может не остаться выбора, дитя, — тихо сказал священник. — Проклятие такое древнее, оно сильнее нас.

— Тогда мы найдем того, кто сильнее проклятия, — твердо сказала Алисия.

Она подошла к столу, где лежала Книга, и села напротив нее, сложив руки на груди.

— Вы говорили, святой отец, что служили в библиотеках Ватикана. Что видели манускрипты, о которых мы даже не слышали. Скажите мне вот что: есть ли в этом мире сила, способная снять проклятие, не принося меня в жертву?

Бенедетто помолчал. Его пальцы, лежавшие на артефакте, дрожали от напряжения. Он лихорадочно пытался собрать воедино разрозненные куски древней головоломки.

— Есть, — сказал он наконец. — Верховный королевский капеллан. Хранитель Печати. Тот, кто венчает королей и благословляет их на царство. Его власть — от Всеблагих. И если он наложит руки на проклятое — оно может отступить.

— Может? — переспросил Джейкоб. — Или точно отступит?

— Я не могу обещать, — честно ответил священник. — Я никогда не видел, чтобы капеллан снимал проклятие такого древнего рода. Но если кто-то и способен на это — то только он.

Алисия встала, прошлась по каюте. Под ногами скрипели доски, за иллюминатором плескалось море, где-то на палубе матросы перекликались в ночи.

— Значит, нам нужно попасть к королю, — сказала она. — Рассказать ему о заговоре герцога. О новом оружии. О детях, которые работают в подвалах его заводов. И в награду попросить помощи у капеллана.

— Это могло бы решить многие проблемы, — кивнул Бенедетто. — Король не прощает тех, кто поднимает руку на его трон. Герцог будет уничтожен. А вам, — он посмотрел на Джейкоба, — надо как можно скорее стать законным наследником графа д'Орсоли. Король охотнее прислушается к аристократу, чем безродному разбойнику.

Джейкоб усмехнулся — горько, но с надеждой.

— Сначала нужно добраться до старого графа, — сказал он. — Отец Бенедетто, вы говорили, что монахи Святого Климента перекрыли все дороги к поместью. Как нам проникнуть туда незамеченными?

— В поместье есть потайной ход, — ответил священник. — Старый подземный тоннель от часовни к винным погребам. О нем знаю только я и граф. Надеюсь, монахи не успели его обнаружить.

— А если успели? — спросила Алисия.

— Тогда нам придется прорываться с боем, — ответил Бенедетто. — Но я молюсь, чтобы до этого не дошло.

В этот момент Книга дрогнула. Страницы зашелестели сами собой, и раздался шелестящий голос, полный яда.

— Глупцы, — прошептала Книга. — Вы думаете, король поможет вам? Король продаст вас при первой же угрозе. Ему нужен герцог Монфорт — он поставляет оружие в королевскую армию. Вы же никто. Беглянка и безродный бастард.

— Замолчи, — приказал Джейкоб, занося над ней кинжал.

— Посмотри на священника, — прошипела Книга, и ее голос стал вкрадчивым — Почему он так настойчив? Почему он не хочет вести вас к графу? Он сам хочет твою кровь, Алисия. Он хочет могущество..

Отец Бенедетто побледнел.

— Это ложь, — сказал он, но голос его дрогнул.

— Ложь? — Книга засветилась алым. — А почему тогда он не спит ночами? Почему он перерыл библиотеки Ватикана в поисках книг о проклятиях, которые обычным монахам читать запрещено? Почему он пришел именно к тебе, Алисия? Потому что ты — ключ. А он — тот, кто хочет занять место герцога. Забрать силу себе.

— Не слушайте ее, — сказал Бенедетто, и поднял над головой светящийся артефакт.

Алисия смотрела то на Книгу, то на священника.

— А ты, — сказала она Книге, — почему ты так хочешь, чтобы я ему не верила? Боишься, что он прав? Боишься, что капеллан снимет проклятие, и ты потеряешь свою силу?

Книга зашипела, но не ответила. Артефакт в руках старого священника успокоился.

— То-то, — усмехнулась Алисия. — Святой отец, — она повернулась к Бенедетто, — вы проведете нас в поместье. Вы представите Джейкоба отцу. Вы поможете ему получить то, что принадлежит ему по праву.

— А потом, — добавил Джейкоб, — мы отправимся в столицу, к королю.

В этот момент дверь каюты распахнулась, и на пороге появился Ян — бледный, взволнованный, но сдерживающий себя.

— Капитан, — сказал он, — Селеция на горизонте. Мы подходим к берегам графа д'Орсоли.

Алисия и Джейкоб переглянулись.

— Сколько у нас времени? — спросила она.

— К рассвету будем у поместья, — ответил Ян. — Если ветер не переменится.

— Ветер не переменится, — сказала Алисия, глядя на Книгу. — Не будь я урожденной Вэнс. Готовьте шлюпки. Мы высадимся на берег до рассвета. Ян, утром отведешь «Месть» в порт, команде даю увольнительную на три дня. Пополните припасы, проверите оружие и вернетесь сюда. Увидите сигнал на берегу — пришлете за мной лодку, нам предстоит путешествие в столицу.

Ян кивнул головой и вышел.

— А Книга? — спросил Джейкоб.

Алисия посмотрела на потухшие страницы, на медные застежки, покрытые черной патиной.

— Книгу пока побудет здесь, а потом возьмем с собой в столицу, — сказала она. — Она будет нашим пропуском к капеллану. Живое доказательство того, что проклятие существует.

Она подошла к двери, обернулась.

— Собирайтесь, у нас впереди еще одно приключение.

— Как и всегда, где ты, — усмехнулся Джейкоб, обнимая ее.

Отец Бенедетто перекрестился.

— Всеблагие заступники, — прошептал он, — храните нас. И дайте нам сил пройти этот путь до конца.

«Месть» шла к берегам Селеции. В ее каюте, завернутая в одеяние священника, и спрятанная под половицу, Книга молчала. Но Алисия чувствовала — она просто выжидает.

— Думаете, монахи встретят нас на берегу? — спросил он.

— Думаю, да, — ответила Алисия. — Но не только монахи.

— А кто еще?

Алисия посмотрела на Черную Метку на своей руке. Она пульсировала — ровно, неумолимо, как сердце.

— Герцог знает, куда мы идем, — сказала она. — И если мы не успеем к графу раньше, чем он…

Она не договорила. Не нужно было.

— Тогда нам нужно действовать быстрее, — сказал Джейкоб. — пора вспомнить мое контрабандное прошлое…

— Всеблагие да услышат нас, — прошептал отец Бенедетто

Алисия вышла на палубу. Ветер дул в спину, раздувая паруса. Впереди, в темноте, горели огни, повторяя очертания берега — земли, где Джейкоб должен был обрести свое имя. Земли, где их ждали монахи, герцог и, возможно, смерть.

— Спустить шлюпку на воду! — приказала Алисия.

«Месть» встала на якорь в трех милях от границ поместья д'Орсоли — дальше, чем планировалось изначально. Берег здесь был скалистым, негостеприимным, но именно это делало его идеальным для высадки: ни одна лодка не причалила бы к этим черным камням без крайней необходимости.