— Вот так? — Он проплыл по келье, изображая томную леди, и едва не споткнулся о собственную ногу.

— Боги, спаси и сохрани, — простонал Джейкоб, закрывая лицо ладонью. — Он будет изображать мою жену. МОЮ ЖЕНУ. Дорогая, мы обречены на провал…

— Я все слышу, старпом! — обиженно отозвался Люк из-под вуали.

Отец Бенедетто, который до этого молчаливо наблюдал за сценой, покачал головой и перекрестился.

— Всеблагие заступники, — прошептал он, — простите нас, грешных. И дайте сил не расхохотаться посреди священной обители.

Они вышли из собора через боковую дверь. Лошади ждали их у калитки.

Маргарет быстро обняла Алисию еще раз. Ее лицо было спокойным, но Алисия видела, как дрожат ее руки, сжимающие ридикюль.

— Удачи тебе, дитя, — сказала тетушка. — И помни: что бы ни случилось, я горжусь тобой... Кстати, удачная партия для опальной баронессы в бегах и без приданного… Без пяти минут граф…

— Вообще-то я капитан корабля, а он мой подчиненный! Так что это еще вопрос, кто для кого удачная партия, — шутливо возмутилась Алисия. — Но… Спасибо тебе за все.

Они сели на лошадей и поскакали к порту. Ветер свистел в ушах, гривы лошадей развевались на скаку, и Алисия чувствовала, как кровь быстрее бежит по жилам.

Она была свободна.

Они без приключений добрались до «Мести», и при виде ее черного корпуса с серебряной меткой на носу у Алисии перехватило дыхание.

— Дома, — прошептала она.

— Дома, — согласился Джейкоб, помогая отцу Бенедетто.

Они поднялись на борт под приветственные крики команды. Матросы столпились у борта, улыбались, хлопали в ладоши и кричали «ура!» — и Алисия вдруг поняла, что они все знают.

— Поднять паруса и хорошенько закрепить пушки на палубе! Полный вперед! — крикнула Алисия. — Пора посчитать золотые дукаты орденских монахов!

— Чую хорошую поживу! — довольно шепнул одноглазый Пью своему дружку Питу. — Готовься к делу, старый кашалот! Наконец-то мы дождались настоящей работы!

— Ура капитану! — заорал Пит и первый бросился к пушкам.

Джейкоб обнял Алисию за талию и повел к каюте.

— Пойдем, — сказал он тихо. — Я хочу побыть с тобой наедине.

— А как же священник? — спросила Алисия. — Команда? Погоня?

— Каюта священника готова, — ответил Джейкоб, открывая дверь каюты. — Команда знает, что делать. А погоня... — он усмехнулся, — пусть попробует догнать.

Она обвила руками его шею, прижалась всем телом.

— Джейкоб, — прошептала она, — ты не пожалеешь?

— Никогда, — ответил он, целуя ее в висок. — Никогда в жизни.

Он подхватил ее на руки — как тогда, в их первую ночь, много лет назад, — и понес к койке.

Где-то наверху матросы поднимали паруса, готовясь к отплытию. Где-то вдалеке, в особняке герцога, еще, наверное, не хватились пропажи. Где-то тетушка Маргарет ехала с деньгами и письмом, чтобы разоблачить заговор.

Но здесь, в этой маленькой каюте, времени не существовало.

Были только они. И впереди целая вечность.

Ветер дул в спину, надувая паруса до звона. «Месть» шла ходко, разрезая свинцово-серые волны. Алисия стояла на шканцах, вцепившись в планширь, и смотрела в подзорную трубу на горизонт. Джейкоб — за штурвалом, молчаливый и сосредоточенный.

— За нами погоня, — сказала Алисия, не оборачиваясь. — Вижу два корабля.

Джейкоб поднес трубу к глазам, прищурился. Два черных пятна на горизонте, от которых тянулись тонкие нити черного дыма. Паровые монстры герцога Монфортского.

— Адские машины, — выругался он. — С попутным ветром им нас не догнать...

— Он умнее, чем я думала, — усмехнулась Алисия. — Ждет, когда мы войдем в Скалистый Пролив. Там ветер сбивается, и парусники становятся неуклюжими.

Она спустилась на палубу, где команда уже приготовилась к бою. Пушки были заряжены картечью и ядрами.

— Капитан, — доложил Ян, — у нас по тридцать ядер на борт. Если экономно…

— Беречь, — кивнула Алисия. — Это будет недолгий бой. Либо мы, либо они.

— Корабли справа по борту! Два! Идут на сближение!

Алисия рванула к штурвалу.

— Левый галс! Входим в Пролив!

«Месть» круто развернулась, едва не ложась на борт. Волны захлестнули палубу, но команда держалась. Впереди высились острые скалы — вход в Скалистый Пролив, место, где погибло больше кораблей, чем во всех морских сражениях королевства вместе взятых.

Первый же удар нового орудия обрушил половину скалы.

Грохот был такой, что у Алисии заложило уши, а палуба «Мести» вздрогнула, будто живая. Огромный каменный массив, возвышавшийся над проливом, разлетелся в щебень — облако пыли и осколков взметнулось к небу, закрывая солнце. Тяжелые валуны с ревом рухнули в воду, подняв волны, которые едва не опрокинули корабль.

— Всеблагие заступники… — выдохнул отец Бенедетто, крестясь.

Джейкоб побледнел. Пью выронил фитиль. Даже старый Пит, видавший всякое, открыл рот от изумления.

Алисия смотрела на то, что осталось от скалы, и внутри нее что-то щелкнуло.

Она резко повернулась к Джейкобу.

— Поднимай белый флаг, — сказала она.

— Что?

— Белый флаг, — повторила Алисия, и на ее губах заиграла хищная улыбка. — Мы сдаемся.

— Недолет! — крикнул матрос.

— Следующий залп долетит, — спокойно сказала Алисия. — Это была предварительная демонстрация.

Корабли герцога заходили с разных сторон, пытаясь зажать «Месть» в клещи. Герцог Монфортский стоял на мостике своего «Палача», и даже на расстоянии Алисия узнала его высокую фигуру.

— Они сигнализируют сдаваться! — крикнул Джейкоб. — Требует вернуть тебя и артефакт. Иначе обещает потопить нас ко всем морским чертям.

— Отправь сигнал о капитуляции, — повторила Алисия, и в ее голосе зазвенела сталь.

Джейкоб вскинулся, будто ее слова были пощечиной. Его рука, лежавшая на штурвале, дрогнула. Светлые брови сошлись к переносице, а серебристые глаза потемнели, как море перед штормом.

— Ты с ума сошла, — сказал он. — Капитуляция? Перед ним? Перед этим… — он запнулся, подбирая слово, но не нашел.

— Перед человеком, который только что разнес целую скалу в щепки и не собирается останавливаться, — спокойно закончила Алисия. — Да, Джейкоб. Перед ним.

Она подошла ближе, положила ладонь на его сжатый кулак обманчиво нежным движением.

— Он не хочет нас топить, — сказала она тише. — Если бы хотел — он бы уже это сделал. Он хочет взять меня живой. И пока я жива — он будет преследовать нас до края земли.

— Тогда зачем сигнал о капитуляции? — в голосе Джейкоба прозвучала горечь. — Сдаться? Отдать тебя ему? Нет, Алисия. Я скорее…

— Ты скорее умрешь, я знаю, — перебила она, обернувшись. — И я тоже. Но не сегодня, милый. Не сегодня.

Она подошла к штурвалу, встала вплотную, так что их лица разделяли считанные дюймы.

— Ты веришь мне?

— Верил, — ответил он с вызовом. — Пока ты не поцеловала его.

Алисия криво усмехнулась.

— Всеблагие, я вышла замуж за ревнивца. Ты все еще думаешь об этом? Прямо сейчас, когда у нас за кормой два боевых корабля?

Она взяла его за подбородок, и повернула его лицо к себе.

— Возьми штурвал, — сказала она медленно, чеканя каждое слово. — И заведи корабль строго между ними. Не уклоняйся. Иди прямо между ними, понял?

Джейкоб смотрел на нее долгим, тяжелым взглядом.

— Понял, — сказал он наконец. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Договорились, — усмехнулась Алисия.

Она подошла к поручням, где уже собралась команда. Пью, одноглазый ветеран, хмуро перебирал фитили. Ян стоял у пушек с лицом человека, который уже прощается с жизнью.

— Команда! — крикнула Алисия, и ее голос перекрыл свист ветра и плеск волн. — Слушать приказ!

Матросы замерли.

— Мы поднимаем белый флаг, — сказала она.

Ропот пробежал по палубе, как ветер по траве.