Пока я сидела в тишине несколько минут, потерянная в мрачном и густом тумане своих мыслей, его низкий голос раздался в салоне, внезапно вырвав меня из болезненного транса:

— Мы приехали.

Подняв глаза, я увидела дом весьма современной, кубической и лаконичной архитектуры, в два этажа, который сильно напоминал логово банды, но был гораздо менее внушительным. Белый фасад украшали несколько больших окон, а также массивная дверь из черной стали. Затерянный посреди природы, теперь у меня было ощущение, что мы остались одни во всем мире, что, к сожалению, не предвещало ничего хорошего.

Каз первым вышел из машины. Пока брюнет выгружал багажник, я забрала свою сумку, и мы направились к входной двери. Когда он достал связку ключей из кармана, я спросила его:

— Но что мы здесь делаем?

Не удостоив меня ответом, он открыл дверь и вошел в дом. Я последовала за ним и была приятно удивлена, увидев современный и светлый интерьер, сильно отличающийся от всей той громоздкой черной мебели в огромной вилле моего отца.

— Черт, от всего этого белого у меня уже голова болит, — проворчал Каз.

— А если вместо того, чтобы говорить о влиянии декора на твое здоровье, ты объяснишь, что я здесь делаю, одна с тобой? — раздраженно сказала я.

Он повернулся в мою сторону, и гнев значительно омрачил его черты. Внезапно приблизившись ко мне, он в одно мгновение сократил безопасное расстояние, которое до сих пор нас разделяло. Его высокий рост давал ему преимущество, и пока он возвышался надо мной, опасная аура, казалось, медленно окутывала нас, вызывая неудержимую дрожь по всей моей открытой коже, в то время как кислорода в моих легких становилось все меньше и меньше.

— Слушай меня внимательно, паршивая девчонка. Твой отец четко приказал мне обеспечить твою безопасность, потому что, если ты еще не поняла, тебе угрожает одна из крупнейших банд в штате. А я не из тех, кто терпит неудачу, так что тебе лучше тихо сидеть взаперти здесь и заткнуть свой чертов рот, потому что пока у меня все еще есть безумное желание разнести твой череп моим пистолетом. Я достаточно ясно выразился?

Я сжала кулаки в ярости, ногти впились в плоть моих ладоней. Я сделала решительный шаг вперед, не отводя от него взгляда, несмотря на его слова, которые слишком походили на угрозы.

— А теперь ты будешь слушать меня! Ты не мой отец, так что перестань отдавать мне приказы и просто постарайся подчиняться его указаниям, как та хорошая дворняжка, которой ты являешься! — выплюнула я.

В его глазах вспыхнула ярость. Внезапно мое дыхание перехватило. Он схватил меня за горло и прижал к стальной двери. Затылок и спина сильно ударились о металл, вырвав у меня стон боли, в то время как мой мучитель усилил хватку, чтобы удерживать меня крепче. Лицо его было искажено яростью, он наклонился очень близко ко мне, и я чувствовала его горячее, прерывистое дыхание на своей коже.

— Никогда больше не смей этого говорить.

Его рука, сжимавшая мое горло, не давала мне возможности пошевелиться. В любом случае, у меня не хватило духу двинуться. Его взгляд никогда еще не казался мне таким мрачным и ужасающим. Ненависть, страх... Ужасные и противоречивые чувства захлестнули меня, пока я чувствовала, как моя храбрость сгибается под натиском его убийственных зрачков.

Медленно, как и во время нашей первой стычки несколькими часами ранее, он наклонился к моему уху, прежде чем продолжить хриплым шепотом, который леденил меня от ужаса:

— Потому что здесь, ангел мой, ты одна, ты в моей власти, и даже твой отец ничего не сможет сделать, когда я решу навсегда заставить замолчать твой маленький невыносимый голосок.

Он внезапно отпустил мою шею, отступив на несколько шагов, продолжая враждебно меня разглядывать. Все еще прижатая к двери, я бросила на него мрачный взгляд, который, как я надеялась, скрывал слезы, застилающие мне глаза.

Мой желудок скрутило, когда он издал короткий циничный смешок, отступив еще на шаг, сохраняя эту невыносимую усмешку на губах. В этот момент он решил нанести мне контрольный удар, бросив с безразличным видом:

— И потом, насколько я понял, он не особо-то и дорожит тобой, не так ли?

Эрато

Уставившись в безупречно белый потолок уже слишком много часов, я не могла уснуть. Вскоре я почувствовала, как ласка рассвета, пробивающегося сквозь черное небо, касается моей кожи, согревая ее. Я повернула голову к маленькой прикроватной тумбочке, где лежал мой мобильный, и коснулась экрана, чтобы включить его. 6:47.

Я снова перевернулась в этих, вероятно, новых простынях, быстро поняв, что уснуть не получится. Раздраженная, я резко поднялась, чтобы осмотреть комнату, в которой находилась.

Накануне, после моей ожесточенной ссоры с Кровавым Жнецом, я наконец пришла в себя и бросилась наверх, чтобы спрятаться в первой попавшейся комнате, которую можно было запереть. Спальня была довольно просторной и оформлена в минималистском стиле. Она была залита светом благодаря огромному окну, занимавшему целиком одну из четырех стен. Оказавшись в безопасности, я швырнула сумку в угол и рухнула на кровать размера кинг-сайз. Несмотря на неоспоримый комфорт, я не могла уснуть, все еще преследуемая событиями, произошедшими чуть раньше.

Как он мог так со мной разговаривать? Неужели у него действительно нет никакого сочувствия? Был ли он лишен всякой чувствительности? Конечно, я любила играть с огнем, иногда рискуя обжечь крылья, но здесь, должна признаться, я уже не была уверена, что хочу продолжать игру... То, что я прочла в его глазах, было не просто гневом, нет, это была ненависть. Он ненавидел меня всем своим существом. И теперь, запертая здесь с ним, я совсем не чувствовала себя в безопасности. По правде говоря, он меня ужасал.

Черт, Эра, возьми себя в руки!

Я резко вскочила. Ледяной контакт плитки подействовал как электрошок, разбудив все клетки моего тела за долю секунды. Затем я схватила несколько вещей, прежде чем осторожно открыть дверь своей комнаты, чтобы осмотреться.

Без происшествий, ничего подозрительного.

Я полностью вышла из комнаты и углубилась в длинный коридор, слабо освещенный дневным светом, в поисках ванной. Я открыла несколько дверей наугад, молясь, чтобы не наткнуться на придурка, с которым сожительствовала, пока, наконец, не нашла нужную. Я поспешила запереть дверь и быстро разделась, чтобы броситься в просторную душевую кабину.

Вздох облегчения вырвался у меня, когда обжигающе горячая вода мягко потекла по моей шее, мгновенно давая ощущение возрождения. Закончив душ, я надела спортивную одежду: леггинсы и спортивный топ. У меня было твердое намерение обойти всю территорию, чтобы изучить окрестности. Может быть, по пути я наткнусь на доброго и красивого Прекрасного Принца, приехавшего на своем белом коне, чтобы спасти меня из лап моего ужасного тюремщика?

Я спустилась по ступенькам на цыпочках, чтобы не насторожить своего телохранителя. Открыв дверь без лишнего шума, я смогла перевести дух. Выход из этих слишком белых стен, казалось, снял тяжесть с моих хрупких плеч.

Мои ноги сначала привели меня за современный дом, где не было ничего, кроме террасы, нависающей над обрывом. Отлично, мой отец действительно все предусмотрел, чтобы я могла покончить со всем этим, если совместное проживание с его очаровательным приспешником окажется невыносимым!

Затем я повернула назад и направилась к воротам, решив найти какой-нибудь выход в случае слишком большой опасности. К сожалению, двигаясь по краю этой дороги, где движение было таким же несуществующим, как в Антарктике, я пришла к печальному выводу, что нас окружают только пальмы и всевозможная растительность, вероятно, еще на многие километры вокруг. Маркус Карлтон действительно все продумал... Здесь не было шансов наткнуться на кого-либо. Я могла уже готовиться к своим похоронам...