— Что ты сделал?! — закричал я.

Но было уже слишком поздно. Этот маленький ублюдок уже повесил трубку.

Когда я наконец вошел в дом, я заметил силуэт этой занозы, лежащей на диване. Она даже не в состоянии подняться на несколько ступенек, чтобы добраться до своей комнаты, серьезно? Я тихо подошел к ней, на мгновение разглядывая ее черты, умиротворенные сном, и ее тело, растянувшееся на диване, едва прикрытое этим платьем, которое могло бы развратить самого святого...

У меня вырвалось ругательство, прежде чем я наклонился к маленькой брюнетке, просунув руку под ее ноги, а другую под спину, чтобы поднять ее с нежностью, на которую, как мне казалось, я не способен. Я осторожно поднялся по ступенькам в ее комнату и положил ее на кровать. Мои глаза снова задержались на ее ангельском лице и слишком мало прикрытом силуэте, заставляя меня яростно натянуть на нее одеяло, прежде чем я, внезапно раздраженный, направился в свою комнату.

Эта девчонка, черт возьми, действительно сведет меня с ума...

Эрато

Каждый звук болезненно отдавался в моей голове, и сильная головная боль, казалось, колотила изнутри, заставляя меня морщиться.

Возможно, я слегка переоценила свою устойчивость к крепкому алкоголю...

Сидя на кровати, я массировала виски, пытаясь вспомнить события вчерашнего дня, когда я внезапно приняла решение сбежать, как пятнадцатилетний подросток, угнав машину Каза, чтобы отправиться тусоваться в первом попавшемся сомнительном клубе.

Ход моего вечера вернулся в память: мое прибытие в клуб, бармен, который запал на меня и угощал напитками, и те мутные типы, которые после попытки распустить свои слишком шаловливые руки, убедили меня подняться на сцену, чтобы показать им небольшое представление... По спине пробежали мурашки, когда я вдруг вспомнила конец этого хаотичного похода и яростный вид моего телохранителя, когда он, наконец, нашел меня.

«Ты совсем безрассудная, или ты просто хотела, чтобы тебя поимел один из этих старых извращенцев?»

Я резко тряхнула головой, отгоняя его обвиняющий голос. Это правда, что я действовала опрометчиво накануне и, не оценив последствия своих действий, подвергла себя опасности. Но разве не этого я хотела в конце концов? Подвергнуть себя опасности?

Я встала, быстро взглянув на телефон, и обнаружила, что уже полдень. Я надела большой свитшот, более удобный, чем маленькое платье, в котором я провела ночь, а также тканевые шорты, и спустилась на кухню. Мое горло, шершавое, как бумага, жаждало одного: немедленно увлажниться.

Проглотив большой стакан ледяной воды, я поднялась в ванную с твердым намерением найти какое-нибудь лекарство, способное избавить меня от ужасной мигрени. Решено, я больше никогда не буду пить...

Решив проблему с похмельем, я вышла на террасу, чтобы позвонить отцу. Он, казалось, был в курсе моего маленького ночного приключения и оставил мне не менее десятка СМС, где требовал немедленно перезвонить, вероятно, вне себя от беспокойства... или, может быть, от ярости. Неудивительно, что он взял трубку с первого же гудка:

— Эрато? Боже, что на тебя нашло? С тобой все в порядке?

Я вздохнула, чувствуя, что головная боль грозит вернуться в любой момент.

— Да, все в порядке... Прости, что заставила тебя волноваться, это было незрело с моей стороны, но... Я просто задыхаюсь здесь! У меня такое чувство, будто меня наказали и заперли в комнате, как ребенка, — воскликнула я.

— Совместное проживание с твоим телохранителем проходит неважно?

— Скажем так, у нас довольно конфликтные отношения...

— У Каза немного агрессивный характер, это правда. Но он также один из моих лучших людей. Он самый компетентный для обеспечения твоей безопасности, Эра...

Воспоминание о его сильной руке, сжимающей мое горло с ненавистью, и о его леденящих душу комментариях вернулось ко мне, и у меня вырвался тихий ироничный смешок. Обеспечить мою безопасность? Ну конечно... Скорее, от него самого нужно меня защищать.

— Кстати, что он делал вчера вечером, пока ты сбегала? Он должен был заметить твой маленький побег до того, как он перерос в нечто большее, — продолжил отец более жестким тоном.

Я прикусила губу, охваченная внезапным чувством вины, которое меня удивило. В конце концов, если его немного отчитают, это должно меня только радовать, не так ли?

— Если он рядом, передай ему трубку! Мне нужно сказать ему пару слов...

— Н-нет, я думаю, он еще спит и...

Я не успела договорить, как хриплый голос за моей спиной внезапно прервал меня:

— Передай мне.

Я обернулась и увидела высокого брюнета. Его растрепанные волосы, а также его маленькие сонные глаза свидетельствовали о том, что он только что выбрался из постели. Вытянув руку в моем направлении, он ждал, пока я отдам ему телефон. Вопреки себе, я украдкой пробежалась взглядом по его мускулистой и татуированной груди. Почему у него была эта досадная привычка никогда не носить футболку, черт возьми?

Покраснев, несмотря на себя, я более уверенно посмотрела ему в глаза и протянула телефон.

— Ага, Маркус, — начал он, поднося его к уху.

Я видела, как его брови хмурились с течением секунд, что говорило о том, что мой отец, должно быть, не просто справлялся о его делах или спрашивал, как прошел день...

— Мне плевать на твои проповеди. Главное, я нашел твою девчонку и привез ее целую и невредимую домой, после того как сломал челюсть паре придурков, которые хотели ее трахнуть, так что лучше поблагодари меня!

Меня всегда удивляло, как он обращался с моим отцом. Возможно, я не очень хорошо его знала, но легко могла догадаться, что глава наркокартеля был человеком, которого все боялись и уважали. Поэтому я не могла не завидовать тому, что Кровавый Жнец, казалось, чувствовал себя с ним настолько непринужденно, что даже не боялся последствий своей дерзости.

Брюнет замолчал на долгое время, лишь несколько раз кивнув головой, прежде чем внезапно уставиться на меня.

— Хорошо, я ее предупрежу. До завтрашнего вечера, Маркус, и будь осторожен, — сказал он, прежде чем повесить трубку.

Я нахмурилась, вопросительно глядя на него, пока он возвращал мне телефон.

— Предупреди о чем? И что значит «до завтрашнего вечера»? — тут же спросила я.

— Мне ты нравилась больше пьяная: меньше пререканий и гораздо более покорная...

Я стиснула зубы, когда он повернулся, чтобы уйти в гостиную, не дав мне внятного ответа. Не желая доставлять ему удовольствие увиливать, я раздраженно последовала за ним и окликнула:

— Ты не ответил на мой вопрос!

Он, казалось, не обращал внимания на мое присутствие, направляясь на кухню, где достал миску, чтобы налить в нее неразумное количество молока и хлопьев. Теряя терпение, я подкралась и без малейшего колебания украла его драгоценный завтрак. Однако я быстро отступила, когда в его черном взгляде загорелся опасный огонек, не предвещавший ничего хорошего.

— Немедленно верни мне эту миску с хлопьями, если не хочешь, чтобы я привел в исполнение свои угрозы убийством, Эрато...

Не испугавшись его угроз, я снова отступила и парировала, злорадная улыбка искривила мои губы:

— Нет ответа — нет хлопьев...

Он изогнул бровь, казалось, забавляясь моей маленькой игрой. Медленной и угрожающей походкой хищника он сделал несколько шагов в моем направлении, пока я пятилась, пытаясь сохранить между нами хоть какое-то расстояние. Видя, что он опасно приближается ко мне, я не стала ждать и быстро бросилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Я прибавила темп, когда услышала, как Кровавый Жнец бросился в погоню.

Мое сердце колотилось в груди, когда я влетела в ванную и поспешила захлопнуть за собой дверь. К сожалению, мой порыв был прерван ногой, которая преградила путь в дверном проеме.

В панике я толкала несчастную дверь изо всех сил, но быстро поняла, что это бесполезно, когда Каз прислонил свою татуированную руку к дереву, развеяв последние мои надежды. Не имея больше шансов на спасение, я отступила, пока мой таз не ударился о раковину. Черт! Я была поймана, как крыса...