Камилла смотрит на меня долгим, испытующим взглядом. Кажется, она пытается понять, искренна я или нет. Наконец, она медленно кивает.

— Возможно, ты права, — тихо говорит она. — Но зачем это тебе, Залина? Что ты с этого получишь?

Я вздыхаю.

— Я хочу, чтобы мой брат был счастлив. Вот и всё.

Но с языка так и хочет вылететь: «Счастлив рядом со мной». Но я вовремя прикусываю свой язык. Всё это впереди, и скоро мои мечты сбудутся. Артур никогда не простит Камилле её побег.

Глава 35

Камилла

Каждая минута как вечность. Тянется и тянется. И, кажется, мне становится тяжело дышать. Вглядываясь вдаль за окном, я думаю и думаю, изводя себя тягучими и запутанными мыслями.

Быть или не быть? Вот в чём вопрос.

Книга лежит под моей подушкой на кровати. И этот факт жжёт и не даёт покоя. Оно как ядовитое жало, если дотронусь, мне конец.

Приняв конверт от самой Залины, той, что всегда была предвзята и вражески настроена на меня, заставляет путаться и сомневаться в своих размышлениях.

Одна сторона меня говорит: «Не делай этого!». Вторая: «Залина больше всех заинтересована в моём исчезновении из дома и жизни Артура. Она не станет делать подлянки, а скорее избавиться».

Как же мне быть? Доверять ли ей или нет? Я не знаю. Но я знаю одно: я больше не могу так жить.

Моё внимание привлекает две фигуры, что вышли из дома. Это Залина и Гульназ. Они оживлённо разговаривают. Залина смеётся и рукоплещет, рассказывая о чём-то интересном.

До сих пор не наговорились, как ещё языки не устали сплетничать

Моя золовка в настроении. Конечно, она уверена, что скоро меня здесь не будет. Вот и есть повод для радости. Я же для них как кость в горле. Залина спит и видит меня подальше от Артура, а для Гульназ, я тень, что нависла над их семейным счастьем. Вот только нет никакого счастья как такового. Иначе для чего Артуру до сих пор я?

Да мне уже плевать. Я давно не вижу наше с ним будущее. Он для меня чужак, который посягает на мою личность.

Они медленно двигаются к машине Залины, как вдруг главные ворота разъезжаются и во двор медленно и плавно заезжает чёрный седан. Эти две чувырлы застыли на месте, наблюдая за въезжающим автомобилем.

Из машины выходит Артур. Заметив Гульназ и Залину, направляется к девушкам. Подходит к ним, и они о чём-то оживлённо разговаривают.

В какой-то момент Артур поднимает голову, и его взгляд, тяжёлый и пронзительный, будто ощупывающий меня на расстоянии, находит моё отражение в окне. Я не отвожу глаз. Не отступаю. Пусть видит. Пусть видит всю ненависть и презрение, что клокочут во мне. Мы смотрим друг на друга сквозь стекло.

Залина прощается с Артуром, и Гульназ, плавной походкой направляется к машине.

Затем я замечаю то, что никогда бы не хотела видеть. Гульназ кладёт ладонь на грудь Артура, чтобы привлечь его внимание. С улыбкой она что-то говорит ему. Они вместе поворачиваются и смотрят, как машина Залины скрывается за воротами. Идиллическая семейная картинка.

Я вспыхиваю и понимаю, тот телефон, что дала Залина — единственный способ выбраться из этого дома, и этого ада. У меня больше нет сил смотреть на эту «семейную идиллию». Всё больше начинает тошнить и разрастается желание вылить ушат грязи на эту парочку, чтобы им неповадно было. Но я лишь сжимаю зубы до хруста, отворачиваюсь от окна и ухожу вглубь комнаты. Подхожу к кровати, запускаю руку под подушку и достаю оттуда книгу, в которой лежит телефон. Что делать? Позвонить само́й Равилю? Или ждать его сигнала? Нетерпение горит во мне, но спешка сейчас смерти подобна. Решаю отложить решение. Слишком взвинчены нервы.

Иду в ванную, включаю воду погорячее, чтобы пар смыл с кожи это ощущение чужих взглядов, эту липкую унизительность. Стою под почти обжигающими струями, пока кожа не покраснеет, а мысли не перестанут метаться.

Завернувшись в банный халат, я возвращаюсь в спальню и сажусь за туалетный столик. Беру в руки щётку, начинаю медленно расчёсывать влажные пряди, глядя на своё отражение в зеркале. Лицо бледное, глаза слишком большие. В них – затаившаяся буря.

И вдруг – скрип. Дверь в спальню бесшумно распахивается.

В отражении зеркала, как в кадре из триллера, возникает высокая, громоздкая мужская фигура. Артур стоит на пороге, заполняя собой всё пространство. Я не оборачиваюсь. Не двигаюсь с места. Продолжаю водить щёткой по волосам, но взгляд мой через зеркало прикован к нему. Наши глаза встречаются. Артур молчит. И наше молчание становится осязаемым, густым, как смола. Наш зрительный контакт проходит в полном молчании, словно мы без слов ведём невидимую борьбу. И у каждого вызов, ненависть и сила.

Артур, не говоря ни слова, проходит в комнату. Плотный щелчок захлопнувшейся двери отдаётся в тишине гулким приговором. Всё внутри меня сжимается в комок, но я не подаю вида.

Муженёк, не раздумывая, подходит к моей кровати и тяжело опускается на неё, откинувшись на подушку. Моё сердце совершает кувырок, замирая в ледяной пустоте. Он лёг именно на ту самую подушку, под которой лежит книга с телефоном. Прямо сейчас его голова давит на моё спасение.

— Что ты делаешь? — голос мой звенит, как натянутая струна, выдавая возмущение, которое я не в силах полностью скрыть.

— Лежу, — Артур отвечает с невозмутимой простотой, развалившись, как хозяин.

— Ты, похоже, комнатой ошибся. «Ваша» комната в другой стороне, — я поворачиваюсь на пуфе и пронзаю его острым, как отравленная стрела, взглядом.

Артур выдерживает мой напор, не моргнув глазом. Взгляд Артура медленно, с ленивым интересом, скользит по мне, с головы до ног. Он изучает меня, будто вещь. От этого медленного, обжигающего осмотра по коже бегут мурашки, и мне становится до жути неуютно в этом тонком халате.

— Ты что-то хотел? Если нет, то выйди из моей комнаты, — требую я, вкладывая в слова всю сталь, на какую способна.

— Да, хотел, — его голос низкий, с ленивой хрипотцой, от которой по спине пробегает холодок. Он снова оглядывает меня, и его взгляд задерживается на вырезе халата у шеи, на линии груди.

Я чувствую, как в этих местах на коже будто остаются ожоги. Инстинктивно резким движением, я запахиваю полы халата глубже, намертво затягивая пояс, стараясь не оставить ни миллиметра открытой кожи.

И здесь до меня доходит. Ужасная, унизительная подробность. Под халатом у меня ничего нет. Я только из душа, собиралась заняться вечерним ритуалом: массажем лица, кремами, всем тем, что хоть как-то поддерживать свою молодость.

Чёрт, чёрт.

— Я сегодня останусь здесь, — расслабленно заявляет Артур, хлопая по покрывалу и приглашая меня присоединиться.

_______

От автора: Следующая глава завтра!

Камилла

Его слова повисают в воздухе, густые и удушающие: «Я сегодня останусь здесь». Они ударяют по мне с такой силой, что на мгновение перехватывает дыхание. Внутри всё мгновенно превращается в бушующий ураган. Страх ледяной и острый, пронзающий всё существо при мысли, что муженёк может перевернуть подушку и найти телефон. И ярость раскалённая, бешеная, от наглости Артура. И от этого тотального чувства собственности, и того, что он считает, возможным просто объявить о своём решении, как о чём-то само собой разумеющемся.

Адреналин резко бьёт в голову, заставляя кровь стучать в висках. Я вскакиваю с пуфа, и он с противным скрежетом отъезжает назад.

— Ты издеваешься?

— Нисколько.

— Выйди! — мой голос не громкий крик, а тихое, злобное шипение, похожее на свист. Я сжимаю кулаки, чтобы скрыть дрожь. — Сейчас же!

Артур даже не думает пошевелиться. Лежит, запрокинув голову на мою подушку, на моё спасение, и смотрит на меня. Его глаза, обычно холодные, теперь тёмные, почти чёрные, и в них пляшут опасные искры. Этот взгляд пронзает меня насквозь. Он обжигает, как прикосновение раскалённого металла. В нём всё: желание, власть и вызов.