Он внезапно коснулся шеи кончиком клинка и приподнял золотую цепочку, на которой переливался красный рубин. Камень словно горел изнутри, вспыхивая ярко-алым пламенем.

— Сердце Драконов… — изумленно произнесла провидица, все еще стоявшая в дверях, ведущих к священному месту — жерлу вулкана.

— Не они начали эту войну, Рэй… — его губы растянулись в холодной улыбке. — А я. Чтобы заполучить свое войско и земли. И еще — чтобы увидеть, как ты проиграешь.

— Очень любопытно, — внезапно протянул мой дракон, а затем широко улыбнулся. — Жаль, что у тебя так ничего и не вышло.

— Разве? — иронично ответил Зарэин. — Я скоро окажусь на престоле, убрав человеческого короля. Заполучу земли людей и драконов. Получу все и сразу. А ты… сгниешь в этом месте.

Внезапно мою грудную клетку сковало. Жгучая боль поднялась от сердца к самому горлу. Я попыталась вдохнуть, но легкие обожгло, словно раскаленным железом.

С губ сорвался хриплый стон.

— Лира! — раздался обеспокоенный голос Рэйгара, пока я судорожно втягивала воздух, будто густую, вязкую лаву.

— Рэйгар, луна уже восходит… — донесся встревоженный голос провидицы. — Она должна пройти ритуал инициации. Иначе пламя сожжет ее изнутри!

— Я же сказал, что не позволю этому случиться, — надменно произнес Зарэин.

Он оттолкнулся от стены, взял в руки второй клинок — и оба лезвия вспыхнули пламенем.

Я смотрела на него словно сквозь пелену дыма.

Во мне пробуждался дракон. Он рвался наружу.

Нужно было лишь добраться до жерла вулкана. Капнуть в него своей кровью — и это мучение прекратится.

Но я знала: мне не позволят.

Поэтому продолжала бездействовать на руках Рэйгара, не сводя глаз с предателя, убившего моих родителей.

— Мне плевать, что ты сказал, ничтожество… — внезапно прорычал Рэйгар.

Он осторожно опустил меня на теплый пол и, выпрямившись, посмотрел на Зарэина.

— Я превращу тебя в пепел, а после заберу Сердце. Ты ответишь за смерть моего отца, матери и брата. За смерть хранителей. За смерть всех драконов, погибших по твоей вине!

— Какие громкие слова… — протянул Зарэин, зловеще усмехнувшись. — И как же ты это сделаешь с этой штуковиной на шее?

Я, превозмогая боль, подняла голову и взволнованно посмотрела на Рэйгара.

Действительно, как⁈

Он стоял неподвижно, не сводя взгляда с врага, которого жаждал уничтожить. В его глазах не было ни капли сомнений. Ни тени смятения.

В следующее мгновение Рэйгар поднял руку и — с легкостью сорвал с себя ошейник, словно тот ничего не весил.

В тот же миг мое кольцо соскользнуло на пол.

— Ты об этой штуковине? — усмехнулся мой дракон и швырнул золотой ошейник к его ногам. — Здесь это всего лишь жалкая железка. В этом месте все пропитано силой и магией моего народа. Но какому-то жалкому предателю этого не понять!

— Что ж, так даже интереснее… — задумчиво протянул Зарэин, растянув губы в самодовольной ухмылке.

Я не успела моргнуть, как в следующую секунду они сорвались с места и столкнулись в смертоносном поединке.

Это было нереально. Их скорость, их движения — я не могла уловить. Лишь мелькающие силуэты и вспышки алого и маково-красного пламени озаряли полумрак, сотрясая своды пещеры.

Мне казалось, будто я смотрю не на бой, а на столкновение стихий. Словно само пламя обрело плоть и ярость. Все происходящее казалось нереальным, почти невозможным…

И все же это происходило здесь и сейчас.

Прямо передо мной.

Я лежала на полу, прижавшись щекой к теплому граниту, и наблюдала за сражением. Слезы стекали на камень и тут же высыхали, оставляя сухие дорожки на лице.

Боль была невыносимой, разрывающей на части. Но я все еще сопротивлялась ей.

Внезапно меня коснулись руки старой ворожеи.

— Держись, дитя… — произнесла она, поднимая меня на ноги. — Ты не должна была узнать правду перед обрядом. Укрепи свой дух. Дракон не терпит слабости.

Но только слабость он во мне и видел.

— Поспеши же, — не сдавалась она, вытаскивая меня за тяжелые двери. — На кону слишком многое!

— Нет… — прохрипела я, оборачиваясь.

Каждое слово давалось с трудом, горло прожигало насквозь.

— Рэйгар…

Я не могла оставить его.

Сейчас сила Сердца, способная лишать магии, находится в руках предателя. Когда Зарэин наиграется, он воспользуется артефактом. И тогда у Рэйгара не останется ни единого шанса.

— Настырное дитя, — выругалась Вальмира и, схватив меня за подбородок, резко повернула мое лицо к себе. — Послушай меня, Лира. В Сердце заключена сила первозданного пламени, та сила, что уже течет в венах Рэйгара, потому что ты стала его. Они сражаются на равных.

Я изумленно посмотрела на нее, не сразу осознав, что она снова читает мои мысли.

— Он — единственный наследник империи. Его судьба — вернуть себе престол. А твоя заключается в другом… — продолжала она, глядя прямо мне в глаза. — Ты должна пройти ритуал инициации: капнуть свою кровь в жерло вулкана и призвать дракона. Иначе ты умрешь. И тогда, в порыве гнева, Рэйгар уничтожит этот мир. И людей, и драконов.

Так вот, что она видела в своем видении…

— К сожалению, да, — произнесла она, вновь отвечая на мои мысли. — Ты либо спасешь всех нас, либо уничтожишь.

Слова старой провидицы прозвучали громом в голове.

Я знала, что Вальмира не врет. Чувствовала всем сердцем. К тому же Рэйгар уже говорил мне нечто подобное — тогда, на пляже:

«Если ты меня предашь, я сожгу этот мир дотла…»

Но что будет считаться предательством?

Моя слабость? Моя смерть?

Если я не справлюсь, если огонь поглотит меня прежде, чем я призову дракона — это ведь тоже станет предательством.

Он останется один. С яростью, с болью, с потерей.

И тогда всему придет конец.

Думать об этом было невыносимо.

— Лира, луна уже восходит, — поторопила провидица, глядя куда-то за моей спиной. Я знала, куда был обращен ее взгляд — к небу над жерлом вулкана. — Давай, дитя. Нам нужно спешить.

Я еще раз оглянулась на Рэйгара и увидела, как алое пламя в его руках сталкивается с пунцовым пламенем Зарэина, который теперь бился уже не играючи, а всерьез.

Их сражение действительно шло на равных.

Не до конца понимая, как это возможно, я отвернулась и позволила Вальмире увести меня.

Он справится. Нельзя сомневаться.

А мне предстоит собственное испытание…

Превозмогая боль, на подкашивающихся ногах я направилась к дверям, за которыми меня ждало либо спасение, либо погибель.

Грудь жгло огнем. Горячий воздух разъедал горло, а вены выжигала жидкая лава. Я не понимала, как до сих пор дышу и вообще держусь на ногах.

Но продолжала идти, удерживая перед собою цель затуманенным взглядом.

Мы почти дошли, минуя молчаливые статуи драконов, и уже почти переступили невидимый порог ритуального зала, как вдруг неистовое пламя пунцового цвета обрушилось на нас сверху.

Вальмира тут же отпустила меня, резко развернулась и выставила перед собой руки, удерживая над нами стену огня.

Я упала на пол, ударившись коленями.

— Я же сказал, что не позволю вам пройти! — раздался голос Зарэина.

Он уже двинулся на нас, но мощная вспышка пламени преградила ему путь.

— Это вряд ли, — прорычал Рэйгар, заслоняя нас собой, и тут же обрушил на него серию сокрушительных ударов, перетягивая все внимание на себя. — Сейчас я твой противник.

Я неподвижно лежала на полу и ошеломленно смотрела на происходящее, пока Вальмира над нашими головами перенаправляла поток огня, закручивая его в вихрь, а затем с огромным усилием отбросила его в сторону.

Пламя с невероятной силой врезалось в статую дракона, расколов ее на части. Каменная громада с оглушительным грохотом обрушилась на гранитный пол. А когда пыль осела, провидица устало выпрямилась и посмотрела на меня из-под опущенных пепельных волос.

— Дитя, дальше тебе придется идти одной, — произнесла она, устремив взгляд на двери.