Ужас охватил сознание. Паника сковала горло, не давая вдохнуть.
Я смотрела в обезображенное лицо Гарета и понимала:
Он не шутит. Не играет.
Он действительно сделает это со мной.
Глава 42
Я учащенно дышала, чувствуя, как холодное лезвие ножа касается моего лица.
Собственный пульс оглушал. Веревки туго сковывали тело и руки, врезаясь в кожу. Я смотрела в обезображенное лицо человека, ставшего моим самым страшным кошмаром, и вновь ощущала парализующую беспомощность.
Былая уверенность исчезла, оставив после себя лишь ужас — живой, всепоглощающий.
— Что, уже не такая говорливая? — усмехнулся Гарет и подался ближе, сокращая расстояние так, что между нашими лицами осталось всего несколько сантиметров. — Так даже лучше. Мне всегда нравилось, что ты молчишь.
Он произнес это с пугающим спокойствием, и от его интонации по коже побежали мурашки.
Внезапно он улыбнулся, а после чуть склонил голову и медленно, почти с наслаждением надавил на лезвие кинжала.
Острая боль ослепила. Я едва сдержала крик.
Казалось, кожу прожигают огнем, а ощущения были настолько сильными, что перед глазами все плыло.
Он снова это делал…
Ломал меня, издевался, наслаждался моими страданиями, а я вновь ощущала ту самую тошнотворную, унизительную беспомощность.
В какой-то момент я не выдержала и закричала. Гарет довольно рассмеялся, ведя лезвие все ниже и оставляя за собой глубокий порез.
— Кричи, моя Лира. Кричи… — шептал он, словно одержимый. — Ведь этот кинжал из специального сплава, который причиняет драконам особую боль.
Я корчилась от боли, плакала, вырывалась, но он продолжал.
И только когда лезвие ножа опустилось до самой груди, мимолетно скользнув по шее, он остановился.
Я замолчала, опустив голову. Боль все еще жгла лицо и шею, холодный пот струился по спине.
Но я знала: это лишь начало.
Гарет схватил меня за подбородок и силой заставил посмотреть в его глаза.
— Теперь мы квиты, — произнес он, а затем склонился и одним резким движением порвал на моей груди платье.
Я вздрогнула, ощутив стылый холод на обнаженной коже. Чувство стыда и страха охватило целиком, лишая кислорода.
Гарет самодовольно улыбнулся, наслаждаясь видом.
— А вот и моя первая «награда».
Только не это.
— Нет… — в ужасе прошептала я. — Пожалуйста…
Я уже думала, что он сделает это, как внезапно из стены тумана появился Рэйгар, а рядом с ним — два люто-волка, чьи глаза и пасти пылали его алым пламенем.
— Убери от нее свои руки, ничтожество… — прорычал он таким низким голосом, что сердце сжалось в груди.
Он был вне себя от гнева…
Нет, он был в ярости!
Мой дракон с холодной, убийственной сосредоточенностью смотрел на Гарета, и пламя в его глазах разгоралось все ярче. По рукам до самых плеч медленно расползался узор из алых линий, а в волосах виднелась яркая красная прядь.
— Рэйгар… — едва слышно прошептала я.
Он посмотрел на меня, и его взгляд резко потемнел, подмечая мой шрам на все лицо, порванное платье и веревку, сковывающую тело.
Его губы скривились в лютом оскале.
Гвардейцы тут же обнажили мечи, а Гарет схватил меня за шиворот и стал отступать за их спины.
— Вы заплатите за это жизнью, — прорычал он, до хруста сжимая кулаки.
А дальше все произошло в считанные мгновения…
Рэйгар сорвался с места, а за ним — два люто-волка.
Кажется, я перестала дышать.
Люто-волки, управляемые пламенем, бросились на стражников. Трех других гвардейцев Рэйгар взял на себя.
Одного из них он отшвырнул ударом в скалу — тот рухнул на землю, и изо рта у него хлынула кровь. Второго схватил за горло, сломав ему шею за долю секунды, и в это же мгновение третий швырнул ему под ноги зелье.
О, нет…
Я застыла, в ужасе пологая, что Рэйгар упадет, как тогда, в номере таверны. Но он внезапно усмехнулся, обнажив оскал.
— Это мои земли, — прорычал он, раздавливая флакон с фиолетовой жидкостью, который хрустнул под его ботинком. — Здесь я сильнее.
И прежде чем стражник успел взмахнуть мечом, он ударил его в грудь, пробив в нем дыру сквозь доспех.
Боги…
Когда страж рухнул замертво, Рэйгар медленно повернулся и, сжимая окровавленный кулак, направился к нам, проходя мимо люто-волков, которые рвали на куски двух оставшихся гвардейцев.
Гарет с ужасом смотрел на надвигающегося дракона, пятясь вместе со мной в сторону границе с туманом.
— Она моя! — не выдержав, закричал брат, дернув меня за ворот. — С самого детства она принадлежала мне! Это моя вещь, моя игрушка!
Одно молниеносное движение — и Рэйгар оказался рядом, схватив его за шею.
— Ты ошибаешься, ублюдок… — яростно прорычал он. — Теперь она моя.
В следующую секунду Рэйгар вырвал ему гортань. Мне в лицо брызнула горячая кровь, а Гарет рухнул на каменистую землю без признаков жизни.
— Только моя, — повторил он, а затем посмотрел на меня.
И, кажется, мое сердце остановилось в груди.
Глава 43
Рэйгар
Я потерял осторожность.
Еще тогда, в купальне, когда внезапно заметил в холле одного из наместников моего отца.
Зарэин был одним из самых сильных и преданных империи воинов. Я думал, его убили вместе с остальными. Но он оказался жив и теперь скрывался среди людей, пряча огонь в глазах.
Я тут же пошел за ним, чтобы узнать, как обстоят дела.
Каково же было мое удивление, когда я увидел, как он продает магические кристаллы из недр нашей земли одному из богатеньких посетителей купальни.
И тогда я все понял…
Понял, кто продал наши секреты людишкам. Кто предал моего отца. Кто украл артефакт, уничтожив всех хранителей.
Это был он!
Руки чесались вырвать из груди гнилое сердце предателя, но я не мог. Не сейчас — когда мою шею сковывают эти проклятые оковы, а в номере купальни меня ждет Лира.
Пришлось отступить.
Но Зарэин заметил меня. Он почувствовал на себе мой тяжелый взгляд сквозь толпу, обернулся и его губы скривились в победной ухмылке.
Подонок.
Я хотел, чтобы он увидел меня. Узнал, что я жив…
И понял, что я обязательно приду за ним.
За ними всеми!
По дороге в свой номер я пытался совладать с эмоциями и не спалить к демонам этот гребаный город. Но когда увидел, как моя Лира нежится в горячем источнике, наслаждаясь в полной мере его дарами, то немного смягчился.
Она выглядела прекрасно — расслабленная, умиротворенная.
На ее лице играла едва уловимая, спокойная улыбка, голова была удобно запрокинута. Ее нежная кожа манила, а обнаженная грудь едва заметно поднималась над водой, притягивая взгляд к розовым соскам с капельками воды.
Моя соблазнительная госпожа…
Разумеется, я не смог отказать себе в искушении и спустился к ней в горячую воду, собираясь снова и снова брать ее, пока не настанет рассвет.
Но этим планам не суждено было сбыться.
В порыве чувств Лира высвободила свое пламя и очень испугалась. Я попытался успокоить ее, заставить принять свою сущность. И тогда она произнесла то, что поразило меня до глубины души…
Оказалось, она боялась не за себя — а за меня.
Я был так ошеломлен этим признанием, что на мгновение потерял дар речи.
Но уже в следующую минуту она взяла свою силу под контроль и одним точным ударом первозданного огня вырубила меня, попав прямо в голову.
Очнулся я лишь спустя несколько часов в той же самой купели — один. А в волосах у меня уже блестела ярко-алая прядь, под цвет ее волос.
Девчонка усыпила мою бдительность и сбежала!
Злость ослепила. Гнев вышел из-под контроля, и в порыве ярости я спалил это место до основания.
Никогда прежде я не испытывал такой всепоглощающей, жуткой злости — даже когда люди держали меня в клетке, пытали, выкачивали мою кровь.
Как она посмела ослушаться? Как могла оставить меня одного⁈
