С ужасом я заметила, как сквозь белоснежную рубаху на его груди проступает алая кровь, сочащаяся из глубокого шрама.

Нет…

Она все-таки задела его хвостом.

Стоило мне это осознать, как вторая тварь, почуяв слабость, тут же ринулась на него.

Я даже дышать перестала в этот момент.

Но Рэйгар, резко натянув огненный «поводок», дернул его в сторону. Пантера промахнулась — и в тот же миг он выхватил из ножен два кинжала и с силой вонзил их ей в глотку с обеих сторон.

Тварь издала булькающий звук и рухнула к его ногам, рядом со своей предшественницей.

— Теперь все, — самодовольно произнес он.

Мой дракон вытащил кинжалы и, как ни в чем не бывало, медленно вытер их о шкуру поверженной пантеры. Только после этого он повернулся ко мне.

И когда уже казалось, что с угрозой покончено, из-за его спины внезапно выскочила третья.

— Нет! — закричала я.

Жар внутри вспыхнул с небывалой силой, достигнув апогея. Алая пелена заволокла глаза — и я вскочила, порывисто вскинув руки.

Невероятно мощное, неудержимое пламя прошло сквозь меня и вырвалось наружу, окутав пантеру прямо в воздухе.

Я боялась пошевелиться, боялась даже вдохнуть. Просто стояла и смотрела, как огромное смертоносное существо, устойчивое к огню, сгорает заживо и с глухим стуком падает на землю.

Мое пламя остановило ее.

Рэйгар стоял неподалеку и ошеломленно смотрел на меня, а я не могла вымолвить ни слова.

Меня переполняла сила. Чистая, первозданная мощь. Внутри поднималось нечто новое, величественное — оно расправляло крылья, заявляло о себе, о той части меня, которую я прежде не знала… и не принимала.

А потом все резко оборвалось.

Пламя отступило. Алая пелена перед глазами рассеялась, и я повалилась на выжженную вокруг себя землю.

— Лира… — донесся до меня словно издалека голос Рэйгара. — Лира, держись!

Но я уже ничего не видела.

Тьма сомкнулась перед глазами, и я провалилась куда-то глубоко вниз — в бездонную, черную пустоту, в самом сердце которой пылало огненное жерло вулкана.

Я очнулась от прохлады, окутывающей меня со всех сторон и приятно остужающей разгоряченную плоть.

Жар постепенно отступал, дыхание выравнивалось, но голова все еще слегка кружилась.

Распахнув глаза, я вдруг поняла, что лежу на груди Рэйгара. Он стоял почти по пояс в воде и держал меня на руках.

— Любишь же ты поспать, госпожа… — невесело усмехнулся он, тревожно вглядываясь в мои глаза. — Рад, что ты очнулась.

Я удивленно смотрела на него, не совсем понимая, что происходит.

Рэйгар выглядел немного уставшим: едва заметные тени залегли под его выразительными глазами, тонко сомкнутые губы искажала мрачная усмешка, а желваки ходуном перекатывались на острых скулах.

— Что произошло? Где мы? — я слегка приподнялась, обвивая его шею руками, так как боялась соскользнуть в воду, и огляделась по сторонам.

Передо мной открывался поистине потрясающий вид.

Мы оказались в живописном озере у подножия водопада, срывающегося с огромной высоты заснеженных гор. А неподалеку, в самом сердце тропического леса, возвышался величественный вулкан — гора Эхаль.

Невероятно…

Мы словно очутились в колыбели самой жизни. Над нами ярко сияло солнце, отражаясь бликами в воде и играя светом на камнях.

— Ты потеряла сознание из-за магического истощения, — хмуро пояснил Рэйгар, продолжая держать меня на руках, словно не желал отпускать. — И проспала почти двенадцать часов.

— Двенадцать? — ошеломленно выдохнула я. — Но…

Я запнулась, стоило вспомнить тот всепоглощающий жар и боль, а затем — освобождение.

По телу пробежали мурашки.

— Но как мы оказались здесь, у горы Эхаль?

— Я принес тебя сюда, — кратко пояснил он, и я изумленно подняла на него взгляд.

Получается, он нес меня всю ночь?

— Ты была очень слаба, Лира. Первозданное пламя забрало у тебя слишком много сил. Всю дорогу ты бредила, а потом жар вернулся. К счастью, я успел донести тебя до этого озера: его воды целебны и способны погасить любое пламя.

Я не знала, что сказать.

Потрясенная, я лишь молча вглядывалась в его пылающие алые глаза. Рэйгар смотрел на меня хмуро. Капли воды медленно стекали по его шее, мышцы бугрились под кожей, а руки крепко удерживали меня, прижимая к груди.

Он злился.

Вот только причину этой злости я понять не могла.

— Рэйгар… — начала было я, но он не позволил мне продолжить.

— Нужно торопиться, — вдруг произнес он и медленно двинулся к берегу. — Если ты не пройдешь ритуал инициации до восхода луны, пламя сожжет тебя изнутри.

Я застыла. Пальцы невольно сжали ткань мокрой рубахи на его плече.

Мне все еще было страшно.

Быть сожженной собственным пламенем…

Что может быть хуже?

Но если мы не успеем, вместе со мною сгорит и весь мир.

Таково было предсказание старой провидицы.

Рэйгар внезапно остановился и внимательно посмотрел мне в глаза. Его лицо изменилось: во взгляде вспыхнула твердая уверенность, руки на моем теле напряглись, а горячее дыхание обожгло влажную кожу.

— Я не позволю этому случиться, Лира, — твердо произнес он, пока я вдыхала его пьянящий запах, пытаясь унять бешеный стук сердца. — Я сделаю все, чтобы ты оказалась там вовремя.

— Только чтобы заполучить мой огонь? — вырвалось у меня, и он нахмурился.

Почему-то именно сейчас мне было важно это узнать. Я хотела услышать правду.

Но он молчал.

Просто стоял и смотрел на меня, а в его глазах бушевало пламя, в глубине которого тлели искры.

Я невольно опустила руку чуть ниже — и Рэйгар болезненно вздрогнул, стиснув челюсти.

— Ты ранен! — воскликнула я, опуская взгляд.

Как я могла забыть? Он же получил серьезное ранение, когда сражался с огненными пантерами, защищая меня. И даже не наложил повязку!

— Царапина, — сквозь зубы произнес он, и я заметила, что рана вновь начинает кровоточить.

Как он в таком состоянии шел всю ночь без остановки и еще нес меня на руках⁈

Это было уму непостижимо.

— Нужно обработать, — не унималась я, не сводя взволнованного взгляда с его груди.

Он усмехнулся.

— Хочешь поиграть в заботливую госпожу?

— Пожалуйста… — умоляюще произнесла я, заглядывая ему в глаза.

И он сдался.

Рэйгар вынес меня из воды и опустил на землю. Мои босые стопы коснулись теплого песчаного берега, и только сейчас я заметила, что стою в одной мокрой сорочке, плотно облепившей тело и подчеркивающей каждый изгиб.

Я неловко прикусила губу, чувствуя, как на щеках вспыхивает румянец.

Но уже не от жара первозданного пламени, а от смущения.

Рэйгар быстро снял с себя рубаху, явно не упуская возможности смутить меня еще сильнее, и грациозно опустился на песок.

И в этот момент мне стало не до смущения.

— Твоя рана… — я задохнулась на полуслове, увидев, что ее края сильно воспалены и кровь продолжает капать.

Будь он человеком, давно бы уже умер от заражения или потери крови.

— Знаю, — резко ответил он и слегка поморщился, когда я осторожно коснулась его груди рядом с раной. — Она не затягивается.

— Но почему?

— Потому, что огненные выверны рождены из того же пламени, что и мы. Их ранения могут быть смертельными. Яд, который выделяется из кончика хвоста, не позволяет плоти срастись.

Я с ужасом смотрела на рану, не понимая, как ему помочь.

Так, спокойно, Лира…

Для начала нужно ее очистить. Рэйгар сказал, что воды этого озера целебны.

Недолго думая, я оторвала лоскут от своей сорочки, зашла по колено в воду и, как следует смочив ткань, вернулась обратно.

— Я вообще-то пробыл в этой воде полчаса, — промолвил он, откровенно разглядывая мои обнаженные бедра. — Но раз ты настаиваешь, сопротивляться не буду.

Он вальяжно откинулся назад, упираясь руками в песок.

Я присела перед ним на корточки и осторожно начала обрабатывать края раны. Они сочились странной белесой жидкостью — густой и вязкой, похожей на яд, о котором он говорил.