— И каково решение архитектора? — спросил Асмодей. Он смотрел не на чертеж. Он смотрел на меня. В его темных глазах горело такое концентрированное, глубокое восхищение, какого я не видела ни разу за всё время нашего знакомства. Ему, разрушителю империй, до дрожи нравилось смотреть, как обычная смертная девушка с карандашом за ухом отчитывает создателя за плохой сопромат.

— Нам нужна заплатка, — я достала из кармана свой рабочий блокнот и принялась быстро срисовывать узлы примыкания. — Мы не можем просто зашить дыру, энтропия растворит нитки. Нам нужно построить шлюз — переходный тамбур между реальностью и ничто. Конструкцию из материи, которая впитает в себя излишки твоей энергии и создаст буфер.

— И из чего мы будем строить эту концептуальную заплатку? — спросил Нафанаил, с сомнением глядя на мои зарисовки. — У нас нет ни небесной благодати, ни адского пламени в нужных объемах.

— Мы будем строить ее из того, чего энтропия не понимает, — я захлопнула блокнот и посмотрела на свою команду. — Из человеческого абсурда, из творчества. Мне понадобитесь вы все в качестве строительной бригады. Владыка ада будет месить раствор, а старший аудитор рая — класть кирпичи.

В этот момент тишину архивов разорвал пронзительный вой сирены. Свет люминесцентных ламп сменился на мигающий красный. Стеллажи вокруг нас начали вибрировать.

— Тревога! — завопил Мальфас, хватаясь за голову. — Кража чертежей зафиксирована!

— Хуже, — Асмодей резко обернулся к выходу из сектора, его руки вспыхнули черным огнем. — Это не сигнализация архивов, посмотрите на пол.

Бежевый линолеум стремительно терял цвет, превращаясь в абсолютно пустую, гладкую серость.

Энтропия прорвалась в чистилище, и она двигалась прямо на нас.

Серая пелена ползла по полу архивов абсолютно бесшумно. Она не шипела, не рычала и не издавала зловещих звуков. Она просто... стирала реальность.

Край роскошного персидского ковра, лежавшего между стеллажами, коснулся серости и перестал существовать. Не сгорел, не растворился, а исчез из концепции бытия, не оставив даже пепла.

Нафанаил, сбросив маску бюрократа, выхватил из воздуха пылающий золотым светом меч.

— Изыди, мерзость первородная! — громыхнул ангел, и его голос разнесся по бесконечным коридорам как раскат грома. Он взмахнул клинком, посылая в надвигающуюся пустоту концентрированный луч божественной благодати, способный испепелить легион демонов.

Луч врезался в серую стену.

Пустота слегка дрогнула, а затем, с влажным, почти неприличным звуком, всосала в себя божественный свет. На поверхности энтропии на секунду надулся маленький серый пузырь, который лопнул, выпустив облачко пыли. Серость поползла дальше, слегка ускорившись, словно перекусившая благодатью.

— Я же говорил! — заорал Асмодей, хватая меня за плечо и задвигая себе за спину. — Для нее магия — это просто углеводы! Ты ее кормишь, пернатый идиот!

Мальфас забился под нижнюю полку стеллажа, прижимая к груди портфель.

— Мы все станем концептуальным ничем! — завыл демон-бухгалтер. — А у меня квартальный отчет не сдан!

Серая волна приближалась. До нас оставалось метров десять. Я прижала к груди свой студенческий тубус, в котором теперь лежал украденный чертеж мироздания, и лихорадочно оглядывалась.

— Владыка, — я дернула Асмодея за рукав. — Если она жрет энергию, значит, нам нужна чистая физика! Кинетическая сила! Без магии!

Асмодей на секунду замер. Его зрачки сузились. Впервые на моей памяти он погасил свое внутреннее инфернальное пламя. Запах серы исчез. Вокруг него больше не мерцали тени. Он остался просто высоким, невероятно сильным мужчиной. Древним существом, которое помнило времена, когда проблемы решались не заклинаниями, а грубой физической силой.

Он скинул свой дизайнерский пуловер, оставшись в черной майке, обнажившей литые мускулы, покрытые бледными, старыми шрамами от ангельского оружия.

— Физика так физика, — хищно оскалился он, разминая шею. — Марго, куда бить, чтобы обрушить этот чертов стеллаж? Только скажи.

Я мгновенно переключилась в режим инженера. Глаза пробежали по исполинской конструкции из темного дерева, уходящей в бесконечность.

— Третья полка снизу! Видишь латунный крепеж? Это не просто декор, это узел жесткости! Выбей его, и центральная стойка сложится под весом верхних секций!

Асмодей не стал задавать вопросов. Он рванулся вперед с грацией хищника. Игнорируя подступающую энтропию, он врезался плечом в массивную деревянную стойку, толщина которой соперничала с вековым дубом. Дерево затрещало.

Затем он схватился обеими руками за тот самый латунный крепеж, уперся ногой в полку и, издав глухой, звериный рык, рванул металл на себя.

Раздался оглушительный треск. Болты размером с мою голову со звоном вылетели из пазов.

— Назад! — рявкнул владыка ада, отскакивая ко мне.

Стеллаж содрогнулся. Миллиарды тонн концептуальной древесины, тысячи тубусов и манускриптов начали заваливаться вперед. Гигантская конструкция рухнула прямо на надвигающуюся серую волну.

Поднялось облако тысячелетней пыли. Дерево ломалось с грохотом артиллерийской канонады.

Энтропия не могла «съесть» такой объем сырой, немагической материи мгновенно. Ей требовалось время на переваривание. Образовался затор — гигантская дамба из сломанных полок и списанных проектов вселенной, которая временно сдержала серую пустоту.

— Ходу! — Асмодей подхватил меня на руки, словно я ничего не весила, схватил за шкирку Мальфаса и рванул к выходу. Нафанаил летел следом, потеряв половину своего праведного лоска.

Мы вылетели в приемную Зинаиды, выбив медные двери.

Хранительница архивов все так же сидела за столом. На ее коленях лежал Шрёдингер, который с блаженным видом доедал консервированного тунца прямо из банки, открытой когтем.

— Не бегайте в читальном зале! — гаркнула Зинаида, поправляя очки.

— Зинаида, сворачивайте библиотеку! Там ничто! — крикнул Нафанаил.

Из-за разбитых дверей показались серые щупальца. Они медленно ощупывали дверной косяк, стирая медь в небытие.

Хранительница архивов медленно встала. Она сняла очки. В ее глазах вдруг вспыхнул такой древний, невыносимый свет, что мне пришлось зажмуриться.

— Суета, — ледяным голосом произнесла Зинаида. — Пошли вон из моего сектора. Я задержу эту дрянь. Кота заберите, у него от тунца скоро будет расстройство желудка.

Она сунула недовольно мяукнувшего Шрёдингера мне в руки.

— Мальфас! Код экстренной эвакуации! — скомандовал Асмодей.

Демон-бухгалтер, рыдая от страха, достал из портфеля красную печать и впечатал ее прямо в воздухе. Пространство треснуло, образуя воронку.