Приглашение выглядело как плевок в душу. Дизайнерский картон цвета слоновой кости, тиснение золотом, вензеля, от которых рябило в глазах, и аромат дорогих духов, смешанный с запахом моего собственного отчаяния.

«Олег и Кристина приглашают вас разделить радость их единения...»

Я фыркнула, отшвырнув открытку на кухонный стол. Она приземлилась прямо в пятно от утреннего кофе, и я мстительно понадеялась, что золотые буквы расплывутся. Олег, мой бывший. Самодовольный индюк с дипломом юриста и папиным бизнесом, который бросил меня полгода назад, заявив, что я «слишком сложная» и «недостаточно амбициозна». Теперь он женится на Кристине — девушке, чей словарный запас ограничивался названиями брендов и вариациями слова «вау».

— Сволочь, — резюмировала я, обращаясь к единственному живому существу в квартире.

Кот Шрёдингер, огромный серый британец с мордой, выражающей перманентное презрение ко всему сущему, лениво моргнул желтым глазом. Он сидел на подоконнике, вылизывая лапу, и всем своим видом показывал: твои проблемы, кожаная рабыня, меня не касаются.

— Мне нужно чудо, Шрёд, — простонала я, сползая по стулу. — Или хотя бы мужик. Нормальный, красивый мужик, который не будет спрашивать, почему у меня под кроватью коллекция чертежей, а в холодильнике — только засохший сыр и полбутылки красного полусладкого.

Телефон звякнул. Сообщение от Ленки: «Ты идешь? Олег всем растрепал, что ты придешь одна и будешь рыдать в туалете. Не дай ему этого удовольствия!»

Я застонала в голос. Рыдать в туалете? Ну уж нет. Я должна явиться туда королевой. С кавалером, от которого у Олега отвиснет челюсть, а Кристина подавится своим диетическим канапе. Вот только где его взять за три дня? Тиндер был полон маньяков и любителей фото гениталий, а единственного приличного знакомого с работы вчера отправили в командировку в Сызрань.

Я встала и потянулась к шкафчику за вином. Штопор вошел в пробку с приятным скрипом. Глоток дешевого мерло немного притупил панику, но не решил проблему.

— Мяу! — требовательно заявил Шрёдингер.

— Корм в миске, — отмахнулась я.

Кот, оскорбленный моим невниманием, решил действовать радикально. Он грациозно потянулся, выпустил когти и с мстительным мряком прыгнул на верхнюю полку стеллажа, где хранился всякий хлам, доставшийся мне от бабушки.

Полка, державшаяся на честном слове и изоленте, не выдержала туши весом в семь килограммов. С грохотом, достойным небольшого землетрясения, она обрушилась вниз. Книги, статуэтки и коробки посыпались на пол. Шрёдингер, как истинный ниндзя, приземлился на четыре лапы и тут же сделал вид, что он вообще ни при чем.

— Твою ж мать! — выругалась я, бросаясь разгребать завалы.

Среди пыльных томов по архитектуре и старых детективов лежала она. Книга. Тяжелая, в переплете из потрескавшейся черной кожи, без названия на обложке. Бабушкин гримуар. Бабуля всегда говорила, что она «немножко ведунья», но мы с мамой списывали это на эксцентричность старой хиппи. Я открыла книгу наугад. Страницы пахли сухими травами и чем-то неуловимо пряным, как корица и сера.

«Приворот на суженого» — скучно.

«Как избавиться от бородавок» — полезно, но не сейчас.

«Вызов Идеального Спутника».

Я замерла. Заголовок был написан витиеватым почерком, чернила казались свежими, словно их нанесли только вчера.

«Для тех, кто отчаялся найти достойного. Призывает сущность мужского пола, наделенную красотой, силой и страстью. Внимание: сущность обязана служить призывателю до выполнения оговоренного желания. Плата — по договоренности».

— Идеальный спутник... — прошептала я. — Красота, сила, страсть. Звучит как реклама дорогого эскорта.

В голове, затуманенной вином и обидой, созрел план. Идиотский, безумный план, но что мне терять? Репутацию сумасшедшей кошатницы?

Я пробежала глазами список ингредиентов.

1. Свечи из жира висельника — 5 штук.

2. Кровь девственного дракона.

3. Прах возлюбленного, предавшего веру.

4. Мел, освященный в полнолуние.

— Так, — я почесала нос. — Висельника нет, но есть ароматические свечи из Икеи с запахом «Скандинавский лес». Сойдет. Дракона... ну, у драконов кровь красная? Кетчуп «Хайнц» тоже красный. Прах... пепел из пепельницы соседа дяди Васи подойдет? Он точно кого-то предал, когда не вернул мне сотку. А мел... у меня есть пастель для рисования. Розовая.

Шрёдингер смотрел на меня с немым ужасом, пока я ползала по полу гостиной, расчищая место. Я начертила кривоватую пентаграмму розовым мелком. В вершинах звезды расставила свечи-таблетки. В центр плюхнула горку пепла и щедро полила кетчупом. Выглядело это как место преступления в фаст-фуде.

— Aperio januae inferni! — прочла я, запинаясь на латыни. — Veni, vidi, vici! Ой, нет, это не то... Veni ad me, socius perfectus!

Я сделала еще глоток вина для храбрости и громко, с выражением, произнесла:

— Явись ко мне, идеальный мужик! Чтобы красивый был, чтоб все обзавидовались, и чтобы слушался меня!

Свечи мигнули. Пламя, вместо того чтобы погаснуть от сквозняка, вдруг вытянулось вверх, став неестественно высоким и... фиолетовым?

По полу пошла вибрация. Шрёдингер вздыбил шерсть, зашипел и пулей улетел под диван. Воздух в комнате сгустился, запахло озоном, дорогим мужским парфюмом и... почему-то лавандовой пеной для ванн.

— Э-э-э... — протянула я, начиная трезветь. — Может, не надо?

Поздно.

В центре пентаграммы, прямо в луже кетчупа, воздух разорвался с оглушительным хлопком. Повалил густой пар, а когда он немного рассеялся, я увидела Его.

Это был не инкуб, и уж точно не принц на белом коне.

Это был мужчина. Огромный, мускулистый, с влажной смуглой кожей и длинными черными волосами, облепившими широкие плечи.

И он был абсолютно голым.

Единственное, что прикрывало его стратегически важные места — это облако густой мыльной пены. В одной руке он сжимал резиновую уточту, а в другой — золотой бокал с чем-то рубиновым.

Он медленно открыл глаза. Они полыхнули расплавленным золотом с вертикальным зрачком. Взгляд скользнул по моей убогой квартире, по розовой пентаграмме, по перепуганному коту под диваном и остановился на мне.

— ТЫ?! — Его голос прозвучал как раскат грома, от которого задрожали стекла. — Смертная! Ты хоть представляешь, КОГО ты выдернула из ванной?!

Я икнула и прижала к груди бутылку вина.

— Доставку пиццы я точно не заказывала...

"Идеальный спутник" сделал шаг вперед, наступая босой ногой в кетчуп. Пена на его бедрах опасно колыхнулась.

— Я уничтожу тебя, — прорычал он, поднимая руку для удара.

Но ничего не произошло. Его рука замерла в воздухе, наткнувшись на невидимую преграду. Пентаграмма вспыхнула розовым светом.

— Какого дьявола?! — взревел он, пытаясь опустить руку.

— Контракт, — пискнула я, вспоминая текст из книги. — Ты... ты не можешь мне навредить. Ты должен... э-э-э... быть моим спутником.

Демон посмотрел на свою руку, потом на меня, потом на резиновую уточку, которую он все еще сжимал с такой силой, что та жалобно пискнула.

— Спутником? — переспросил он обманчиво ласковым голосом, от которого у меня по спине пробежали мурашки размером с таракана. — В этой дыре? С тобой? Женщина, ты только что подписала себе приговор. Но сначала... — он брезгливо стряхнул с ноги кетчуп. — Дай мне полотенце. И убери этого монстра, — он кивнул на Шрёдингера, который уже примеривался цапнуть его за лодыжку. — У меня аллергия на блохастых .