— Колбаса? — удивилась я.

— Дань уважения твоему происхождению, но вообще, она вкусная.

Мы сидели, свесив ноги с крыши в бесконечность.

Шрёдингер в невесомости плавал вокруг нас, пытаясь поймать пролетающий мимо метеорит.

— Смотри, — кот оттолкнулся лапой от антенны. — Я спутник! Я первый в мире котонавт! Гагарин бы мной гордился!

— Юрий Алексеевич был скромнее, — заметил Асмодей, наливая вино.

Тишина была звенящей.

Здесь, в миллионах километров от ЖЭКа, ипотеки и Лилит, я чувствовала себя странно.

— Асмодей, — тихо спросила я. — Почему ты выбрал меня? Ты можешь щелчком пальцев получить любую женщину, любую богиню. Зачем тебе обычная девушка с ипотекой и нервным котом?

Он посмотрел на меня, в его глазах отражались кольца Сатурна.

— Потому что ты настоящая, Марго. Богини скучны, они предсказуемы... Они хотят власти и поклонения, а ты... ты угрожала демону вантузом. Ты заставила меня клеить обои. Ты учишь меня быть живым.

Он взял мою руку и поцеловал ладонь.

— Вечность — это очень долго, если проводишь ее в одиночестве или в компании лицемеров. С тобой вечность превращается в приключение. Я не знаю, что ты выкинешь завтра.

Вдруг мимо нас пролетел старый советский спутник, пища морзянкой.

Асмодей помахал ему рукой.

— Привет, железяка. Передавай привет Королеву, он сейчас в раю, проектирует новые крылья для ангелов.

Мы пили вино, смотрели на звезды и ели бутерброды и это был лучший ужин в моей жизни.

— Кстати, — Асмодей достал из кармана маленькую коробочку. — Я тут подумал... Раз уж мы на Сатурне. Это будет символично... кольца и все такое.

Мое сердце пропустило удар.

— Ты что... делаешь мне предложение?

Он открыл коробочку.

Там лежало кольцо. Не золотое, оно было сделано из чистого звездного света, пойманного в ловушку материи. Кольцо сияло, меняя цвет.

— Это не обручальное, — быстро сказал он, видя мой испуг. — Пока нет. Это кольцо-ключ, оно открывает любые двери: в аду, в раю, в Икее (даже служебные). С ним ты никогда не потеряешься и всегда сможешь вернуться домой, ко мне.

Я надела кольцо. Оно было теплым.

— Спасибо.

— А теперь, — Асмодей встал. — Пора возвращаться. У нас завтра по плану установка плинтусов, и баба Валя обещала научить меня гнать самогон из звездной пыли.

Мы полетели домой, в нашу маленькую Землю, оставляя за спиной величие космоса.

Я знала, что впереди нас ждут новые катастрофы, демоны и бытовые проблемы.

Но пока у меня есть кольцо-ключ и владыка ада с шуруповертом — я справлюсь с чем угодно.

Даже с плинтусами.

В доме было подозрительно тихо.

Слишком тихо для вечера пятницы. Баба Валя ушла на сходку масонов (или в ЖЭК, она путалась в показаниях), Асмодей медитировал в ванной, восстанавливая ману после установки плинтусов, а я пыталась отмыть плиту от убежавшего молока.

И тут я поняла: я не слышу Шрёдингера.

Обычно в это время он либо точил когти о мой любимый пуфик, либо орал дурным голосом, требуя вторую порцию ужина.

Тишина означала только одно: преступление уже совершено.

Я на цыпочках прошла в гостиную.

Зрелище, которое предстало передо мной, заставило меня выронить тряпку.

Посреди комнаты, в кругу, начерченном мелом, сидел Шрёдингер. Перед ним лежала старинная, пахнущая плесенью и веками книга моей прабабушки — «Гримуар для домохозяек: от засолки огурцов до вызова Сатаны».

Кот водил лапой по пожелтевшей странице.

— Мр-р-р... — бормотал он, вглядываясь в вязь старославянских букв. — «Взять печень врага...» Нет, это не то. Ага! «Рыба вечная, жирная, самовосполняющаяся». Вот оно!

— Шрёдингер! — крикнула я. — Не читай вслух! Прабабушка писала с ошибками, там вместо «рыбы» может быть «Рагнарёк»!

Поздно.

Кот, сверкнув глазами, громко и четко произнес:

— Ихтис Инфинитум, Порталум Колбасум!

Пространство над книгой дрогнуло.

Реальность издала звук лопнувшей струны.

В центре комнаты открылась дыра. Нет, она не была черной. Она была переливчатой, как бензин в луже, и пахла озоном, тухлой селедкой и космической пылью.

— Ого, — сказал Шрёдингер, вставая на задние лапы. — Пахнет перспективами.

Воронка взвыла, как пылесос на максимальной тяге.

Книгу засосало первой. Следом полетел пуфик.

— Эй! — возмутился кот, вцепившись когтями в ковер. — Я заказывал доставку, а не самовывоз!

Но гравитация других миров была неумолима. Кота оторвало от пола. Он пролетел мимо меня, растопырив лапы и вытаращив глаза.

— Марго-о-о! Я завещаю свой лоток государству-у-у! — донеслось из воронки.

Кот исчез.

Дыра начала схлопываться.

— Асмодей! — заорала я так, что, наверное, в аду погасли котлы. — Кота украли!

Владыка тьмы материализовался рядом со мной через секунду. Он был в одном полотенце на бедрах, с мокрыми волосами и пылающим мечом.

— Кто?! Легионы Света? Налоговая? Свидетели Иеговы?

— Он сам себя украл! Он читал бабушкин гримуар и открыл портал! Его засосало в мультивселенную!

Асмодей посмотрел на схлопывающуюся воронку.

— Идиот, — констатировал он. — Он перепутал заклинание «Скатерть-самобранка» с открытием червоточины в измерение хаоса. Классика.

— Надо его спасать! — я схватила Асмодея за мокрую руку. — Он же там пропадет! Или станет императором, что еще хуже!

Асмодей вздохнул.

— Ладно. Держись крепче. Прыгаем на счет три.

— А меч зачем?

— Там, куда мы летим, вежливость не работает.

— Раз! Два! Три!

Мы прыгнули в угасающее сияние.

Мир перевернулся. Желудок подкатил к горлу.

Мы приземлились...

Вокруг простиралась бесконечная пустыня, но вместо песка здесь были... часы. Миллиарды тикающих, разбитых, песочных, наручных часов.

Небо было фиолетовым, и по нему плыли гигантские рыбы с прозрачными крыльями.