После этого разговора Олег и позвонил Рае из Мещанского ОВД, с тем чтобы пробить номер телефона, а на следующий день направился в Дегунино, туда, где находился офис Айзы. И все бы ничего, но вот только уверенность в себе, та, с которой он вышел из дома, чем дальше, тем больше таяла, и в результате он уже минут десять как стоял в тени дерева, растущего неподалеку от здания бывшего ДК, курил и размышлял о том, верно ли поступает. Планы планами, расчеты расчетами, выводы выводами, а шулма есть шулма. Вернее, шулмы, поскольку Айза там вряд ли одна в офисе сидит. Войти внутрь он войдет, но вот выйдет ли обратно?

Да, ему было немного страшновато. Непривычного в этом ничего нет, страх вообще свойственен человеческой натуре, но тут было другое. Обычно Олег являлся частью единого целого, за ним стоял отдел. А вот так, в одиночку, базируясь только на личных выкладках и ощущениях, он в пасть льву голову еще ни разу не совал. Ясно, что все когда‑то случается впервые, но…

– И вот чего? – сказал Олег сам себе тихонько, бросил окурок на асфальт и затушил его носком кроссовки. – Надо или идти, или нет, а я стою и сам себя накручиваю. Да и вообще, может, ее на работе нет. Она начальник, хочет – ходит на нее, хочет – дома спит.

Ровнин глубоко вздохнул и направился ко входу в здание, около которого суетилось несколько армян, то ли вытаскивающих коробки с абрикосами из ДК, то ли, наоборот, туда их заносящих. Просто их движение настолько напоминало броуновское, что конечную суть вроде бы незамысловатого процесса на самом деле понять было очень трудно.

Следует заметить, что фирма «Верный друг и я» явно преуспевала в делах, поскольку разместилась она аж сразу в трех помещениях, заняв изрядную часть второго этажа. Такого здесь себе, кроме них, однозначно никто позволить не мог. Более того, в иных помещениях сидело то три‑четыре фирмы сразу, что следовало из табличек, прикрепленных к стенам слева и справа от дверей.

– Красиво жить не запретишь, – констатировал Олег, повертел головой, решая для себя, в какую из трех дверей зайти, в результате выбрал правую, дернул ее на себя и шагнул внутрь, заранее раздвинув губы в дружелюбной улыбке.

В довольно просторном кабинете, залитом солнцем, обнаружились три женщины, одна из которых пила чай из пиалы, покрытой голубыми узорами, две же других сидели за компьютерами и что‑то печатали. Все они, как одна, были уже немолоды, но при этом фигуры имели подтянутые, да и одевались вполне себе модно. И, что интересно, волосы у каждой были на голове собраны в эдакий пучок.

– Добрый день! – громко произнес Олег.

– Добрый, – ответила та, что пила чай. – Чем могу помочь?

– Мне бы Айзу Джиргаловну повидать, – произнес оперативник, достал из кармана удостоверение и, развернув, показал окружающим. – А, да. Извините, забыл представиться. Московская милиция, лейтенант Ровнин.

– Это что же такое мы натворили? – удивилась другая сотрудница фирмы. – Налоги платим вовремя и полностью, товары все заводские, сертифицированные.

– Не сомневаюсь, – заверил ее Олег. – Но вообще я по другому поводу пришел, потому и до налогов, и до сертификатов мне дела нет. Хотя, как представителя власти, подобный законопослушный подход меня радует.

– Совсем странно, – произнесла любительница чая, поставила пиалу на стол и провела ладонями по волосам. – Чем же мы тогда можем быть вам полезны?

– Если вы не Айза Джиргаловна Бодниева, то ничем, – объяснил ей Ровнин. – Ну разве только что покажете, где она сидит. А если ее нет, подскажите, когда будет.

– Пойду гляну, – встала из‑за стола женщина. – Может, она уже пришла, может, и нет. У нас точек много, за ними глаз да глаз нужен.

– Большой бизнес – большие заморочки, – покивал Олег. – Мне нет‑нет да и приходится на убийства бизнесменов выезжать, потому знаю о таком не понаслышке. Чем больше денег, тем короче жизнь, так мой начальник говорит. Хотя тут ведь как? Главное – помнить, что закон призван граждан защищать. И обычных, и коммерсантов.

– У нас их не настолько много, – чуть оттаял голос его собеседницы, как видно решившей, что к ним занесло какого‑то алчного мента в поисках небольшой мзды, чего, собственно, Олег и добивался. Он для этого даже потертую папку из кожзама вместо рюкзака из дома захватил. Мало того, думал форму надеть, но не стал, больно жарким в Москве выдался конец мая. – Ожидайте.

– Только недолго, – предупредил он женщину, – дел у меня еще много. Тяжелая криминогенная обстановка в городе все же. Работаем на пределе сил.

– Недолго, недолго, – заверила его та и вышла из кабинета.

Олег сжал папку двумя руками и, не убирая улыбки с губ, несколько раз качнулся на носках, а после сказал оставшимся в кабинете женщинам:

– Жара пришла. Вот вроде еще не полдень, а уже дышать нечем.

Те же знай печатали, никак не отреагировав на его слова. Как видно, Олег был не первым, кто решил погреть руки близ их финансового очага, а потому общаться с таким визитером они не стремились.

Суровая дама, любившая побаловаться чайком на рабочем месте, не обманула. Она вернулась через пару минут и сообщила, что госпожа Бодниева ждет нежданного гостя в своем кабинете. Мало того, она даже любезно проводила Олега.

– У Айзы Джиргаловны не очень много времени, – сказала женщина Ровнину, когда тот взялся за ручку двери. – Мой вам добрый совет – не тратьте его понапрасну. Так будет лучше и для нее, и для вас.

– Да у меня буквально несколько вопросов, – заверил ее он. – Задам их, да и пойду себе.

Хозяйка кабинета, сидевшая за довольно массивным столом, заваленным бумагами, счетами и факсами, с одной стороны внешне была очень похожа на своих подчиненных, то есть немолода, подтянута и деловита, а с другой… У Олега возникло ощущение, что он вошел в клетку, где находится очень большой, очень сильный и очень опасный хищник. Пока этот дикий зверь лишь лениво поглядывает на того, кто посмел его побеспокоить, и не демонстрирует желания впиться в горло незваного гостя, но в любой момент может и передумать.

Но при этом, что любопытно, страх, до того сидевший у Олега где‑то под ложечкой, вдруг пропал, будто его и не было вовсе. А чего теперь бояться? Он уже здесь, уходить ни с чем глупо, потому надо действовать так, как было задумано и спланировано. Работать надо. Ну а там видно будет.

– Добрый день, Айза Джиргаловна, – поприветствовал Олег хозяйку кабинета, но уже без наигрыша и легкого шутовства, пущенного в ход пару минут назад в соседнем кабинете.

– Признаться, не понимаю, что вам от меня нужно, – не слишком дружелюбно отозвалась шулма. – Ни у меня, ни у моей фирмы нет проблем с милицией. Мы законопослушны. Но если у вас есть какие‑то вопросы, то вы можете прямо сейчас обсудить их с полковником…

– Лейтенант Ровнин. – Олег показал Бодниевой раскрытое удостоверение и без приглашения сел на стул, стоящий напротив стола. – Отдел 15‑К.

– А, вон оно что. – Шулма положила снятую ей было телефонную трубку обратно на аппарат. – Ясно.

– Это хорошо, что ясно, так нам обоим будет проще, – одобрительно и дружелюбно заметил Олег. – Айза Джиргаловна, я вот что предлагаю. Мы сейчас можем с вами минут десять обмениваться фразами, в которых будет второе дно, намеки и все такое прочее, а можем просто обсудить сложившуюся ситуацию напрямую.

– Ну‑ну, – подбодрила его хозяйка кабинета, сплетая пальцы рук в замок, причем на одной из них блеснул тусклым старым золотом покрытый какими‑то то ли рунами, то ли знаками перстенек.

– Да и вообще у меня к вам всего навсего четыре вопроса есть. – Ровнин для наглядности показал шулме четыре пальца. – И все.

– Хорошо, – кивнула та. – Какой первый?

– Что они сделали? – Олег, ширкнув молнией, открыл папку, вынул оттуда совсем уж истрепавшееся фото, полученное им в Троицке, положил его на стол и щелчком пальца подвинул к собеседнице.

– Эти люди получили то, что они заслуживали. – Глаза шулмы, и без того узкие, превратились в две щелочки.