Например, со шторами.

Бездна их побери, эти шторы. В последнее время у меня бывают моменты, когда гормоны шалят, и я становлюсь плаксивой и очень капризной. И в один из таких дней мне отчаянно, до дрожи в руках, захотелось переменить шторы в нашей спальнею

Это была спальня Хитэма — главная в доме, выдержанная в строгих черных тонах. Черный бархат на креслах, черные стены, тяжелые темные портьеры. Все это было величественно, мрачно и… угнетающе.

И мне захотелось … розовые. Нежно-пудрового цвета, воздушные, как зефир, чтобы комната наполнилась светом и нежностью.

— Нет, — сказал Хитэм категорично.

— Почему? — надула я губы.

— Потому что в этой спальне уже несколько десятков лет черный цвет. Это традиция, смотрится солидно и эстетично. Это, в конце концов, мужская спальня.

— Теперь это наша спальня, — возразила я. — И я хочу розовый!

— Розовый — девчачий цвет!

— А я — девочка!

— Но я с сыном против. Так что двое против одного.

Я возразила:

— Так не считается. И вообще, мой голос самый весомый.

— Люда, ты женщина, мать моего ребенка и будущая баронесса, я тебя сильно люблю и уважаю. — ответил Хитэм. — Но розовых штор в нашей спальне не будет. Точка.

Я обиделась.

Не просто обиделась — я ушла в глухую оборону. Перестала с ним разговаривать, демонстративно спала на краю кровати, отвернувшись к стене, и на все его попытки примириться отвечала ледяным молчанием.

Два дня.

Я сама не знаю, что на меня нашло. Возможно, я просто привыкла, что меня балуют, и этот отказ показался мне личным оскорблением, а может, гормоны. Но я твердо стояла на своем: или розовые шторы, или никакого мира.

На третий день, когда я сидела в гостиной и смотрела с надутым видом в окно, обиженная на весь свет, я почувствовала вдруг знакомое присутствие зверя.

И вдруг услышала у себя за спиной:

— Не переживай, я уговорю его.

Я вздрогнула и оглянулась. В дверях стоял Хитэм, но, судя по вертикальным зрачкам, сейчас это был сам дракон.

— Правда? — радостно спросила я.

— Да. — и тут он подмигнул и улыбнулся. — Но у меня есть условие.

Я насторожилась.

— Какое?

— Ты проведешь со мной ночь… Но … вне очереди.

— Вне очереди? — я чуть не рассмеялась вслух.

— Да, одной ночи в месяц мне мало. Хочу больше.

А я и не была против. Почему бы и не совместить приятное с полезным?!

— Договорились, — ответила я.

Зверь сдержал слово. Я не знаю, что он сказал Хитэму, какие аргументы привел и как уговорил его сдаться, но уже через три дня в спальню от швеи принесли новые шторы.

Они были нежнейшего пудрового оттенка — точно такого, как я и хотела. Легкие, струящиеся, они преобразили комнату, сделав ее светлее и уютнее. Черные стены перестали давить, а розовый бархат придал спальне королевское величие.

Хитэм, глядя на мою сияющую физиономию, только вздохнул и сказал:

— Ты счастлива?

— Бесконечно, — ответила я, чмокнув его.

Но странное дело началось после.

Когда вечером мы закрыли окна и задернули шторы, комната наполнилась мягким, приглушенным розовым светом. Он падал на стены, на мебель, на кровать и действовал на Хитэма словно сильнейший афродизиак.

И не успели мы лечь в постель, как он уже притянул меня к себе, целуя жадно, страстно, без передышки. И все это перетекло в долгую, безумную, прекрасную ночь.

На утро я, лежа на его груди, спросила:

— Что с тобой сделал розовый цвет? Стоило задернуть шторы и ты буквально обезумел от страсти.

Хитэм смутился. Отвел взгляд, помялся и пробормотал что-то невнятное.

— У меня просто… приятные ассоциации с этим цветом.

— Какие?

— Эмм… личные, — ушел он от ответа.

Я не стала допытываться. Какая разница, что именно вызывает в мужчине такую реакцию? Главное — что это работает и работает безотказно.

Теперь, когда я хочу особенно страстной ночи, я просто подхожу к окну и дергаю за шнурок, раздвигая плотный розовый бархат. И мой Хитэм сразу идет ко мне, оставляя все дела и бумаги, чтобы доказать, как сильно он меня любит.

— Мне кажется, ты специально это делаешь, — сказал он мне как-то с хриплой усмешкой.

— Конечно, — ответила я, обвивая его шею руками. — А ты как хотел? Я жду дракона и мне нужна магическая подпитка…

И судя по тому, как много магии мне отдает мой будущий муж, наш сын теперь просто обязан родиться сильным драконом.

Наша свадьба состоялась через неделю.

Народа было немного — тетя Беатрис, Лияна с мужем и дочкой, Джерри с невестой и его отец, и Император. Только самые близкие. Никаких пышных приемов, никаких посторонних, я не хотела шумихи.

Я была в ярко — алом платье с завышенной талией, согласно традиции, в цвет рода мужа — дракона. Хитэм ждал меня у алтаря. В парадном черном мундире с золотым шитьем, он выглядел так величественно и красиво, что у меня перехватило дыхание и в груди приятно потеплело.

— Ты прекрасна, — прошептал он, и в его янтарных глазах я увидела радость не только его, но и его зверя тоже.

Церемония была достаточно короткой, но трепетной. Когда мы обменялись клятвами, и я почувствовала на безымянном пальце тяжесть обручального родового кольца, я вдруг поняла, что теперь я действительно его, их. Навсегда…

После свадьбы состоялся банкет. Я с гордостью замечала, как гости приятно удивлены изменениями в замке Хитэма. Все сияло чистотой — каждый уголок был вымыт до блеска, каждая поверхность натерта воском, спасибо новому управляющему, он действительно оказался профессионал.

Гостиные были украшены живыми цветами — белыми розами, алыми пионами, нежными лилиями, которые наполняли воздух тонким, сладким ароматом. Лишняя мебель была убрана, старая обновлена, на окнах появились новые шторы. Замок больше не выглядел как мрачная берлога холостяка. Теперь он был настоящим домом. Нашим семейным гнездышком.

— Хитэм, я тебя не узнаю! — расхохотался Джерри, оглядывая парадный зал. — Ты превратил свою пещеру во вполне приличное жилище! Женитьба явно пошла тебе на пользу!

Хитэм только усмехнулся, сжав мою руку под столом.

— Это все Люда, — сказал он. — Она не разговаривала со мной, пока я не выкинул весь тот хлам, что собирал годами.

— И правильно! — одобрительно кивнула тетя Беатрис. — Жену надо слушать.

Гости рассмеялись.

Лияна с мужем подошли к нам после первых тостов. Шейтон протянул нам новую колыбель, перевязанную синей атласной лентой.

— Это вам, — сказали они с теплой улыбкой. — Мы подумали, что это пригодится.

— Лияна, Шейтон, Элания… — выдохнула я, чувствуя, как к глазам подступают слезы. — Это… так приятно.

Затем к нам подошел Джерри с отцом.

— А это от нас с Джерри, — сказал его отец, хитро прищурившись. — Пара ближайших к вам деревень. Дарственная оформлена, все законно.

Мы с мужем развернули бумагу, пробежали глазами по строкам и были в шоке.

— Но это же… столько земли! — ахнула я. — Мы не можем это принять!

Джерри расхохотался, запрокинув голову.

— Не думай, Людмила, что мы подарили вам бесценный подарок! Мы отдаем вам проблемный кусок земли. Народ там ропщет, подати собирать некому, а у нас земли много, а сил контролировать ее нет. Так что вы уж разбирайтесь сами со своими новыми подданными!

Все рассмеялись. Я перевела взгляд на Хитэма — он улыбался, глядя на меня с нежностью, восхищением и любовью.

— Справимся? — тихо спросил он.

— Справимся, — уверенно ответила я.

Вечер прошел в дружеской, веселой атмосфере — шутки, тосты, искренний смех.

Под конец вечера к нам подошел Император. Он был величественен, как и подобает правителю, но в его глазах светилась теплая, отеческая доброта. На его знак управляющий внес в зал большую коробку.

— Это от моей жены, — сказал он. — Она не смогла приехать, но просила передать, сказала, что это пригодится.