Рука барона осторожно легла на мою щеку — теплая, сильная, большой палец нежно провел по скуле. Я невольно потянулась к нему ближе, забыв обо всем.

Поцелуй углубился и стал настойчивее. Дыхание сбилось, и я полностью потеряла остатки самоконтроля.

Но меня спас сам Хитэм Морвейн.

Он внезапно замер. Его глаза потемнели, в них читалась борьба. Резко отстранившись, он встал, отступил на шаг, будто боялся, что еще секунда и он передумает.

— Я хотел лишь отвлечь от боли, — хрипло произнес он, — Смотри не напридумывай себе ничего.

Зря он это сказал. Если до этого в голове не было ни одной связной мысли, то теперь воображение заработало на все сто. Я представила себя в белом платье, кучу детишек и, самое главное, поняла, что, в принципе, дракон и не так уж и плох…

На автомате кивнула ему, пытаясь прийти в себя и отогнать эти глупые, опасные мысли. Этого мне еще не хватало. Такие, как он, не меняются. Драконы — существа гордые, своенравные, привыкшие брать, а не давать.

А барон словно нарочно решил сегодня удивить меня до конца.

— Давай закончим с раной, потом я провожу тебя в твои покои. Что касается той девки, не переживай, я разберусь.

Я нервно сглотнула, пытаясь вернуть себе привычную язвительность.

— Кхм… Можете не разбираться. В следующий раз я подготовлюсь и буду уже начеку. Возьму с собой холодное оружие.

Хитэм резко поднял на меня глаза, правая бровь приподнялась.

— Трость, зонт, кочергу. — решила пояснить, так, на всякий случай.

Он хмыкнул, а я опять напряглась.

Потому что барон навис надо мной, выдавил на палец мазь и начал с серьезным видом наносить ее на мою бровь и аккуратно втирать.

В этот раз не щипало. Но я поймала себя на мысли, что мне хочется, чтобы он снова меня поцеловал. Нет, мне не понравились его поцелуи, просто… в профилактических целях. — уговаривала саму себя, пытаясь унять предательское сердцебиение.

Задумано — сделано. Я тихонько захныкала, слегка сморщив лицо, будто от боли.

Палец барона замер в воздухе, он прищурился.

— Ты с мужем в постели также имитируешь свой восторг? — нагло и с ехидством произнес он. — Смею разочаровать, врать у тебя получается плохо.

Я сделала вид, что обиделась и возмущенно вскинула подбородок.

— Как вам не стыдно, вообще-то я — вдова. Нехорошо так говорить.

Дракон пристально посмотрел на меня, развел руками и тотчас подал мне руку.

После его слов я с подозрением взглянула ему в глаза.

— Пошли. Рана скоро затянется, покажу твою новую комнату. И да, сегодня у тебя внеплановый выходной.

Я спорить не стала. Хозяин — барин. Осторожно вложила свою ладонь в его, он меня поднял и повел. Но не к выходу, а к стене, закрытой тяжелой портьерой.

От неожиданности я нахмурилась. Чего он задумал? В груди зашевелилось тревога.

А Хитем тем временем оттолкнул тяжелую ткань и там обнаружилась дверь… в другие покои.

Дракон открыл ее и потянул меня за собой. Но я уперлась, оглянулась назад. Это что получается? У нас теперь будут смежные двери?!

Видимо заметив мой растерянный вид, барон усмехнулся, наклонился, вновь нарушая мое личное пространство, и прошептал тихо на ухо:

— Ты же мой камердинер. Должна быть рядом, когда я ложусь и встаю.

И впервые за все время сосуществования с ним у меня покраснело лицо. Но совсем не от стыда… Я просто слишком хорошо представила, как буду выполнять эти обязанности.

Батюшки, чего он там мне намазал? Походу это не антисептик,.. Надо определенно побыть одной и остыть. Благо, барон не стал задерживаться и оставил меня, возвратившись к себе.

Я тотчас подошла к двери, прикрыла ее и с ужасом поняла, что на ней нет задвижки!!!

Если барон думал, что, дав мне выходной, я лягу отдыхать и буду нежиться в кровати до самого вечера, он сильно заблуждался.

Едва за ним закрылась дверь, я первым делом принялась обследовать комнату. Тщательно проверила все углы, отодвинула тяжелые парчовые портьеры — другой спрятанной комнаты не было, но и уборной с купальной тоже.

— Получается, они одни на две комнаты?! — возмутилась и разозлилась я. — И мне теперь придется ходить к нему ради этого дела?!

Ладно, переживем, у них тут где-то есть ночные вазы… Но от одной мысли, что все равно придется пересекать покои барона, чтобы принять ванную, меня передернуло.

Зачем такой огромный замок, если отдельной уборной и то нет?!

При этом порадовало, что есть отдельная дверь в коридор. Это значило, что мне не придется постоянно ходить через комнату барона. Уже облегчение.

Я провела пальцем по стоящему у окна столу. Слой пыли был таким толстым, что на нем можно было что-нибудь написать. Я не преминула этим воспользоваться.

С особым усердием вывела… Нет, не «барон — чешуйчатый гад!», как очень хотелось и прям зудило, а «Хитем + Люся =…» и тут же смутилась от своих мыслей. Что-то меня сегодня весь день несет не в ту степь.

Давай, Люська, соберись, а то поплыла от одного поцелуя.

Но стоило признать, целуется барон офигенно. Бабочки сразу попадали в обморок.

— Та-а-ак, — протянула я вслух, — похоже, в этой комнате давно никто не живет.

И с энтузиазмом, которого сама от себя не ожидала, я принялась за уборку. Перестелила постель, взбила подушки. Затем отправилась на поиски Харни — управляющего, улыбнувшись, попросила дать мне тряпку с ведром.

— Леди, что случилось с вашим лицом? Это барон? — озадаченно спросил добродушный мужчина, с беспокойством разглядывая мое лицо.

— Нет. — хмыкнула я. — Подралась на рынке, не поделили овощи... одну большую редиску.

Харни очень внимательно и долго смотрел... Затем сказал, что если надо, то может вызвать лекаря. Выдал инвентарь для уборки.

Вернувшись в комнату, я с рвением принялась за дело. Протерла пыль с мебели, смахнула паутину с углов.

Когда дело дошло до мытья пола, я опустилась на колени и, чтобы до конца не запачкать свое платье, подоткнула под пояс подол. И мурлыкая под нос веселую песенку, стала драить полы. Настроение моментально улучшилось.

Однако в какой-то момент я почувствовала на себе пристальный взгляд. Стало жутко... Вдруг в этой комнате живет призрак, поэтому барон так легко меня в ней поселил. А я то думала и гадала, с чего у него случился добрый порыв…

Медленно, стараясь не делать резких движений, стала разворачиваться и боковым зрением увидела огромную тень. Я завизжала и, не раздумывая, зашвырнула мокрой тряпкой в сторону призрака.

— Драконья чешуя! — раздался возмущенный голос барона.

Я резко обернулась. В проеме стоял Морвейн. Высокий, статный, в своей неизменно белой накрахмаленной рубахе, по которой теперь сползала грязная тряпка…

Его брови сошлись на переносице…

— Чпок… — со смачным звуком тряпка наконец упала на пол, оставив темное мокрое пятно на рубахе.

— Упс… — Я прикусила губу. Выпрямилась и попыталась изобразить виноватую улыбку.

— Держи, я принес тебе новое платье, выкинь свое, — невозмутимо произнес барон, и даже мускул на его лице не дрогнул. Кхм… Кажется его выдержка и нервы стали значительно крепче.

— Я не беру подарки от незнакомых мужчин, — попыталась возразить я, скрещивая руки на груди.

— Вообще-то, мы знакомы, — парировал барон, делая шаг вперед. — Я с тобой за эти дни провел больше времени, чем с бывшей женой за несколько лет нашего брака. А во-вторых, теперь ты моя прислуга, а значит — лицо дома, и не должна ходить в отрепьях. Поняла?

Я сжала челюсти, но кивнула. Продолжать отказываться от нового платья в моей ситуации было бы глупо.

Он бросил сверток на кресло у и направился к выходу, но вдруг остановился и бросил через плечо:

— Я передумал. Сегодня вечером поработаешь камердинером. Посмотрим, как ты справляешься со своими обязанностями. Еще не поздно расторгнуть твой трудовой договор.