Я видел, что девушка учащенно задышала и как-то странно на меня посмотрела, но продолжил.

— Что касается нас с тобой, то я… буду не против, иногда к тебе заходить. Обещаю, я буду щедрым и осторожным, никто о моих визитах к тебе не узнает. Ты сможешь на эти деньги купить землю и сдавать ее другим крестьянам в наем. При этом принуждать и неволить не стану, все по согласию.

С надеждой посмотрел на девушку, пытаясь считать, насколько ей понравился мой до мелочей продуманный план. Однако, судя по злой гримасе, она ожидала большего. В принципе, почему бы и нет… Я об этом тоже думал и поэтому был готов озвучить запасной вариант.

— Есть еще предложение. Я поселю тебя в своем замке. В соседних покоях. Ты также не будешь нуждаться ни в чем. Я официально присвою тебе статус «наложницы», с месячным жалованием. Куплю дорогие наряды, украшу руки и шею дорогими камнями. Если захочешь — выведу в свет. Дом в деревне оставлю тебе, от тебя потребуется только быть всегда под рукой и не встречаться с другими мужчинами.

Я был уверен, что от такого она не откажется. Наоборот, встанет на колени, желая своего благодетеля щедро отблагодарить. Только вот брошенного взгляда на нее хватило, чтобы понять, что она сильно рассержена.

Ее лицо было нахмурено, плечи напряжены, ладони сжаты в кулаки. Она сделала шаг ко мне и этими самыми кулаками ударила меня в грудь.

— Вы что себе надумали, ваше благородие?! Что я — продажная девка?! Да мне, что ваши золотые монеты, что дом — не нужны! Я переспала с вами не из-за них, а потому, что вас полю… захотела! Да, захотела! Я никогда раньше не была с мужчиной и захотелось узнать, каково это. Но больше этого не хочу!!! И спать сегодня в вашей спальне не стану! Давайте, договоримся, я останусь в своих старых покоях, а на рассвете уйду. И вы пообещаете, что не будете меня искать. А в качестве извинения … поможете оформить развод с этим Люком.

Она стояла, смотрела на меня выжидательно, ждала ответ. И вроде все правильно, кто она и кто я? Между нами огромная пропасть. Не хочет быть содержанкой, не надо. Я смогу найти с десяток таких.

Но что-то внутри меня шептало, что кроме нее мне никто не нужен. Что я должен любой ценой оставить ее подле себя. Не захотела статус наложницы? Значит станет безвольной рабыней. Подумал и тотчас же ужаснулся. Откуда такие мысли взялись?!

Ее нельзя ломать… Она слишком хрупкая, нежная. К тому же я хочу не ненависти, а женской любви. Когда она сама будет целовать меня и с наслаждением отдаваться… Интересно, как у нас было тогда, в ту забытую ночь?!

И в этот момент в дверь постучали. Вернулся лекарь с результатами запрошенной мной проверки. Я очень надеялся, что это случайность, и никто не пытался меня отравить, вернее превратить в овощ, который не помнил себя, чтобы признать недееспособным. Какой бы завистливой и алчной моя родная тетка Беатрис не была, но я до последнего не верил, что она может вот так внаглую избавиться от дракона — племянника, ради паршивого сына...

Понимая, что с Люсьеной разговор предстоит долгий и непростой, я попросил ее устроиться поудобнее в моей спальне и дождаться моего возвращения. Она посмотрела мне в глаза и промолчала.

Что ж, — подумал я, — из замка все равно не уйдет. Идти ей некуда, а если и покинет мою комнату из-за дурацкого принципа, по любому найду ее, здесь укромных мест не так уж много. А вот лекарь ждать не станет, а мне отчаянно нужна была информация. Поэтому я развернулся, аккуратно прикрыл дверь и повел взволнованного лекаря в гостиную, чтобы нам никто не мешал.

Судя по тому, как быстро бились его сердце, как вспотел лоб, результат меня, наверное, не утешит. И я не ошибся. Стоило нам оказаться в гостиной, закрыть дверь и активировать полог тишины, как этот невзрачный мужчина дребезжащим голосом быстро затараторил.

— Ваше благородие… Подозрения подтвердились. В вашем вине было зелье, причем в такой концентрации, что и дракона можно убить. Вам повезло, что вы не выпили его, а вот бедняге Харни… не очень. Противоядие, конечно, есть, но в его случае уже поздно его принимать. Слишком большая доза попала в тело, процесс необратимый. Только, простите… — на этих словах лекарь низко склонил голову.

— Я был вынужден сообщить дознавателям о покушении на Вас. Вы же знаете, за попытку убийства дракона полагается сожжение на костре.

Я кивнул, так даже к лучшему. А сам вспоминал, кто трогал бутыль с этим вином. И тут меня осенило. Эту бутыль дорогого вина купил для меня старик Харни, чтобы отпраздновать уход Люсьены. Я отпил пару бокалов, а потом поднялся к себе… Провел забытую ночь. На следующий день я предложил допить остатки Харни, когда умолял его меня выслушать.

Значит, вино отравили в промежутке между этими событиями. Но зачем? И тут меня прошибла леденящая мысль: а что, если бутыль была отравлена изначально? Что, если яд уже попал в мое тело?

Не теряя лишних мгновений, я тут же попросил лекаря проверить меня. Он понял меня с полуслова. Достал из саквояжа камень для сканирования ауры — гладкий, темно-синий, с мерцающими прожилками, и приступил к диагностике.

Его тяжелый вздох сказал мне все без слов.

— Ваше благородие, — произнес он растерянно, — вы тоже были отравлены. Но я не понимаю, почему яд на вас не подействовал? Такое возможно лишь в одном случае, если вас рвало…

Я отрицательно помотал головой.

— Вы занимались в учебном зале и сильно потели? — предположил лекарь.

Я снова покачал головой. Хотя… возможно, я и потел, но точно не там.

— Тогда, вероятно, концентрация яда в вашем организме была меньше. И раз симптомов нет, значит, противоядие не требуется.

И тут до меня дошло.

— Есть один нюанс, — произнес я медленно, сопоставляя детали. — Бездна меня побери, я не помню, что было потом. Пустота. Как будто кусок воспоминаний вырезан из моей памяти.

Лекарь задумался. Затем достал из саквояжа пузырек с мутной зеленой водой. Отсчитал десять капель и протянул мне:

— Выпейте. Это должно вам помочь.

Я проглотил горькую жидкость, ощутив, как она обожгла горло. Попытался вспомнить ту ночь — но снова провал. Лекарь заметил мое разочарование и громко вздохнул:

— Оно так быстро не действует, ваше благородие. Нужно время. Самое оптимальное — два-три дня. И память, надеюсь, вернется. Но в случае с управляющим, повторюсь, я, к сожалению, тут бессилен. Можете попробовать отправить его в столичную лечебницу, может там смогут помочь.

Я согласился, обдумывая услышанное. И тут мне в голову пришла идея:

— Скажите, а что можно придумать, чтобы не отдавать девушку, которую я забрал по праву первой ночи у ее старика-мужа? У вас такое было в практике? Может это как-то можно решить? Он женил ее на себе против воли.

Лекарь закашлялся, потер переносицу.

— Ваше благородие, вы про Люсьену? Признаюсь, весь наш городок только об этом и говорит. Все, кто планировал свадьбы, срочно их отменяют.

Теперь настал мой черед морщиться.

— Это не то, что вы подумали. Я просто за нее переживал, — ответил я. — А сейчас переживаю вдвойне. Если кто-то пытается убить меня, то и ей рядом со мной грозит опасность. Но если я отправлю ее в деревню, сразу же объявится ее муж и заявит права.

Лекарь молчал, взвешивая слова.

— Ну… есть один способ, — произнес он. — Но он не совсем законный. Вам потребуется найти лекаря, готового рискнуть своей репутацией и честью. Я не смогу этого сделать, у меня семья. Я один кормилец в семье.

— Какой способ? — хриплым голосом спросил я, ухватившись за него, как за соломинку.

— Объявить всем, что Люсьена от вас беременна. Что ее сын — будущий дракон, и ей нужна ваша магия и кровь для его защиты. Тогда муж не сможет, как минимум, девять месяцев, претендовать на нее. А за это время можно отправить ее далеко и озаботиться о разводе.

Я задумался. Это действительно могло сработать.

— Отличная идея, — выдохнул я и, не раздумывая, накинул лекарю пять золотых сверху. — Спасибо за помощь.