Я посмотрел на него твердо, давая понять, что решение принято и я жду документы. Законник, пожав плечами, быстро оформил бумаги.

— Поедете со мной? — спросил я. — Нужно встретиться с Генри Шелл и объявить ему мою волю, если он добровольно подпишет бумаги на развод, я подарю ему дом.

Он согласился, собрал свои свитки и чернильницу, и мы отправились в путь. Приехали как раз вовремя. Муж Люсьены, с каким-то мерзким мужиком ломились к ней в дверь, орали и грозились выломать замок. При виде нашего экипажа они перестали кричать, посторонились и мне поклонились.

Я пригляделся и узнал во втором мужике соседа из дома напротив. Нехорошее предчувствие кольнуло внутри.

Законник шагнул вперед и громко, четко озвучил мое предложение Генри:

— Если вы добровольно подпишете бумаги на развод, господин дарует вам дом.

Муж вдовы растерялся, переглянулся с соседом, а потом с победной ухмылкой переспросил:

— То есть если я разведусь, дом перейдёт мне?

Законник кивнул.

И тогда Генри достал из-за пазухи бумаги — аккуратно свернутый свиток, скрепленный печатью.

— А я уже это сделал, — заявил он самодовольно. — Сегодня утром развелся с Люсьеной. Все оформлено у законника из соседней деревни. Можете проверить, бумаги все здесь.

Я на мгновение растерялся. Мысли заметались: Как? Когда успел? Неужели заранее все спланировал?

Но слово я дал и должен его сдержать. Кивнул законнику, чтобы отдал Генри документ на дом. Тот прижал бумагу к сердцу, словно драгоценность, и расплылся в торжествующей мерзкой улыбке.

Я тем временем подошел к двери и громко сказал:

— Люсьена, ваш муж развелся с вами. Этот дом теперь принадлежит ему. Соберите ваши вещи и выходите. Вы поедете со мной и законником, надо кое-что обсудить.

Спустя пару минут дверь приоткрылась. Она вышла — растерянная, бледная, с тревогой в глазах. Я протянул ей руку. Она с опаской посмотрела на нее и отвернулась.

Но стоило ей перевести взгляд на мужа и соседа, как она непроизвольно сделал шаг навстречу ко мне. И вдруг Генри Шелл зло улыбнулся и с нескрываемой ухмылкой произнес:

— Ваше благородие, простите, но вы не можете ее забрать. Согласно закону вашего предка, если в браке с мужем нет детей, он имеет право передать жену своему родственнику, чтобы тот возродил семя рода. Поэтому с сегодняшнего дня она (он указал пальцем на Люсьену) жена моего дальнего, но родственника, — Люка Короллс.

Он хлопнул по спине соседа. Тот сделал шаг вперед, достал из кармана документ и, прокашлявшись, произнес:

— Ваше благородие, мне очень жаль, что придется нарушить ваш план, но с сегодняшнего дня эта девушка — моя жена, Люсьена Короллс. Поэтому прошу простить, но с вами она никуда не пойдет.

Я почувствовал, как внутри закипает ярость, но сдержал ее. Значит, они все подстроили заранее, — пронеслось в голове. — Развод, новый брак, но для чего?

Я медленно повернулся к законнику. Тот выглядел потрясенным — видимо, и он не ожидал такого поворота событий.

— Это… законно? — спросил я, стараясь говорить ровно.

Законник помолчал, провел рукой по волосам и тихо ответил:

— К сожалению, да. Закон есть закон. Но… — он поднял взгляд, — есть способы это решение оспорить. Однако на это уйдет время, а сейчас девушка должна пойти с ним, он ее муж.

Люсьена побледнела еще сильнее. Я посмотрел в ее глаза — в них читался страх. Я сжал ее руку, чтобы поддержать, но она меня оттолкнула. Страх в ее взгляде сменился злостью, она сделал шаг назад.

— Только не натвори глупостей. Я все решу. Доверься. — беззвучно прошептали мои губы, но, кажется, она боялась меня, не меньше, чем их.

— Дорогая, пойдем в дом. Иначе… мне придется вести тебя силой, а я этого не хочу. — произнес Люк в адрес Люсьены, а законник дернул меня за рукав.

— Он имеет на это право. А вы под особом контролем у императора. Один скандал, и вас уже ничего не спасет. — прошептал он мне на ухо, напоминая про мое шаткое положение.

А я смотрел на Люсьену и понимал, что не могу, просто не могу отдать ее тому мужику. Я шумно вдохнул, закрыл глаза, а когда открыл, при взгляде на меня сосед и бывший муж вдовы отшатнулись.

Сам не понял, что на меня нашло. Внутри проснулось странное, животное чувство, хотелось схватить этих двух наглецов и порвать на куски, чтобы никогда не смели даже смотреть в сторону Люсьены.

Отрезвил громкий крик законника:

— Ваше благородие! Хитэм Морвейн! Не смейте! Барон!

Когда пришел в себя, то с ужасом осознал, что сжимаю горло уже бывшего мужа Люсьены. Пальцы впились в его шею, а он, побагровев, хрипел и царапал мои руки. Я ослабил хватку, и он кулем упал на пол и замолчал.

— Фу-у-ух, живой, — с облегчением произнес законник, склонившись над ним и щупая пульс. А я, напротив, расстроился. Эту падаль давно надо было как следует проучить. Он не заслуживает того, чтобы жить и ходить по земле, по которой ходит Люсьена.

Встряхнул головой, прогоняя морок, как я хватаю его и одним отточенным движением ломаю ему позвоночник. Не хватало из-за этого гада сесть в темницу на несколько лет.

В прошлый раз Император доходчиво предупредил меня, что если подобное хоть раз повторится, то он не посмотрит, что я — дракон. Будут судить, как обычного человека.

Тем временем слева от меня я заметил движение.

— Люсьена, милая, иди в наш дом, — обманчиво ласковым голосом произнес второй мужчина — Люк, новый муж девушки. Он подошел к ней, попытался ее приобнять.

Я перевел взгляд на девушку. Она стояла, не двигалась, бледная как полотно. Смотрела на своего мужа со страхом в глазах и дрожала.

Когда он коснулся ее, то стала медленно пятиться назад, от него. Но не ко мне. Внутри стало больно… Но я понимал, сам виноват в этом. Сам оттолкнул и сказал, чтобы ушла.

А настырный мужик тем временем не унимался. Подошел к ней вплотную, нежно провел рукой по щеке:

— Дорогая жена, пойдем, я так давно мечтал об этом.

И это стало для меня спусковым механизмом. Я резким движением повернулся к ее новому «мужу», схватил за сюртук и с силой встряхнул.

— Ты что себе позволяешь? — прошипел я. — Отойди от Люсьены!

— Она моя жена! — собрав всю свою смелость отчаянно пропищал он.

Меня снова накрыло. Ярость пульсировала громким стуком в висках. Толкнул дверь дома, схватил мужика взашей и грубо затолкал внутрь. Он пытался вырваться, дергался, звал законника на помощь, кричал: «Спасите! Помогите!» Но я был невероятно зол, ярость все еще клокотала внутри, заглушая все отголоски разума.

Схватил его за горло, поднял в воздух, прижал к стене. Он болтался, судорожно дрыгал ногами, хватался за мою руку, сипел:

— Вы… вы не понимаете… Для вас Люсьена — очередная игрушка… А я… я ее полюбил! Сразу, как только впервые увидел! Она — копия моей умершей любимой жены!

Его голос дрожал, глаза расширились от страха и испуга, но в них читалась искренность. Я чуть ослабил хватку, но не отпустил до конца.

— Давай, продолжай. — процедил еле слышно сквозь зубы.

Люк судорожно вздохнул и заговорил, торопясь, боясь, что я потеряю терпение и вновь разозлюсь:

— Я хорошо знаю Генри и его скверный характер. Знаю, что он любитель распускать руки и ради денег пойдет на все. Поэтому предложил купить у него… невинность невесты.

Увидев, как я напрягся, он пояснил:

— Я не собирался ее брать насильно, хотел выиграть время и сэкономить. Пойти к старосте, рассказать про то, что творит сосед, чтобы его наказали, а их развели, так как брак не консумирован. А потом я бы на ней женился…

Он замолчал, сглотнул. Я медленно опустил руку.

— Но соседа неожиданно отправили на границу, и план отложился, — более уверенно продолжал Люк. — Я несколько раз приходил в гости к соседке, но она не обращала на меня внимания, говорила, что у нее есть муж. Когда же я узнал, что от Генри давно не было писем, а это значило, что он, скорее всего, пропал без вести, я подделал бумаги о его смерти. Хотел, после того как Люсьена станет вдовой, жениться на ней.