Он поклонился, собрал свои склянки и поспешил к выходу. А я остался стоять посреди гостиной, обдумывая как лучше начать внедрять этот план. Ведь действовать нужно осторожно и быстро.

Лекарь ушел… Я закрыл за ним дверь, медленно повернулся и направился в свой кабинет. Сел в любимое кресло возле стола, машинально провел рукой по столешнице. Но вино наливать не стал… Вдруг там тоже сюрприз.

Машинально потер виски, голова гудела от множества мыслей, требующих немедленного решения. Времени мало, а мне надо выстроить четко выверенный план.

Так — то, в целом, идея лекаря выглядела многообещающе. За девять месяцев я не только помогу оформить развод, а наверняка смогу уломать Люсьену на наложницу или любимую женщину, без обязательств.

К тому же как раз подойдет срок получения процентов по вложенным мной инвестициям. В памяти всплыли цифры расчетов — не менее тысячи золотых. Не баснословное богатство, конечно, но вполне достаточно, чтобы полностью обставить дом в деревне с садом, беседкой. Накупить Люсьене платьев, драгоценностей, всего, что полагается любимой женщине, чтобы чувствовать себя хорошо.

Я мысленно представил, как она будет гулять в шелковой сорочке по дому… но тут же в сознании всплыла тревожная мысль, омрачающая радужные планы. Если мой враг узнает, что Люсьена беременна от меня… Я ведь заявлю об этом на каждому шагу, чтобы не отдавать девушку мужу…

Так вот, он может поставить себе целью убить ребенка. Кто его знает, может, он рассчитывает, что я признаю бастарда, ведь я более, чем уверен, меня пытаются отравить из-за титула и земель.

Если бы я не знал свою тетку Беатрис, то подумал бы на нее первым делом. Но она труслива. У нее рука не поднимется вот так, в открытую, играть против меня. Она может пустить слухи, натравить на меня недоброжелателей, плести интриги за спиной, но не подослать напрямую убийцу.

Остается одно, надо на первое время определить Люсьену в надежное место, куда враг не посмеет сунуться. Кхм… это ж куда?!

Я откинулся на спинку кресла, закрыл глаза, перебирая в уме возможные варианты. Где она будет в безопасности? Кто согласится, не задавая лишних вопросов, помочь?

Из всех друзей более-менее со мной продолжал общаться только один — Джерри, молодой наследник рубинового клана драконов. Я замер, обдумывая эту мысль. А почему бы и нет? Его замок — настоящая крепость, у его отца много охраны.

Но как все провернуть? Как сделать так, чтобы это не выглядело со стороны подозрительно? И тут, как нельзя кстати, вспомнился наш последний с ним разговор.

Джерри жаловался, что у них недавно уволилась экономка, она ведала кухней и слугами. А Люсьена умеет готовить, причем вкусно. Да и в целом она отлично справляется с домашними делами, я помнил, с каким усердием она принялась хозяйничать у меня.

Решено. Чтобы не откладывать дело в долгий ящик, я тут же достал и активировал переговорный камень. Очень надеюсь, что Джерри сейчас у себя.

— Друг! Какими судьбами?

Судя по голосу, дракон был в веселом приподнятом настроении. Не став тянуть, я сразу перешел к делу:

— Джерри, мне нужна твоя помощь. Помнишь, ты говорил про экономку, можешь взять на пару месяцев мою к себе?

Наступила долгая пауза. Я почти физически ощутил, как в голове друга ворочаются шестерёнки. Наконец, он спросил, слегка понизив голос:

— Она… молодая? Красивая? Пышная грудь? Ты же знаешь, я люблю…

В груди тотчас шевельнулось неприятное чувство. Поэтому, чтобы сразу все прояснить, я твердым голосом решительно произнес:

— Это моя женщина. Мне нужно, чтобы она на пару месяцев была под чьей-то защитой. Рядом со мной ей опасно. Поэтому никаких… ну, ты понял меня…

Джерри на мгновение замер, но вскоре отмер.

— Надо же, а ты привязался… Ладно, рассказывай, что там стряслось у тебя.

И я рассказал. Про неудачные покушения, как меня несколько раз чуть не отравили. Открыл свои опасения, что нахождение рядом со мной может навредить девушке, про то, как важно сохранить все в тайне, пока я не разберусь с угрозой и не поймаю врага. Подумав, добавил, что Люсьена — не просто интрижка, а на самом деле моя любимая женщина.

Друг слушал молча, не перебивая. Когда я закончил, он после недолгой паузы произнес:

— Хорошо. Я помогу. Хоть не так будет скучно. А то в последний раз отец сам вызвался нанимать слуг, в итоге одни старики да старухи. Так хоть глаз порадуется, будет на что посмотреть.

Я стиснул кулаки под столом. Но понимал, что для Люсьены это единственный выход, пришлось смириться. А Джерри продолжил:

— Завтра же с утра пришлю за ней экипаж.

Я выдохнул с облегчением. Осталось только поделиться моим планом с Люсьеной. И тут почувствовал со стороны кухни восхитительный аромат.

Живот тотчас заурчал, напоминая, что я давно не ел. Поэтому быстро встал и пошел на кухню, проверить.

Я прошел на кухню и замер в дверном проеме. У плиты стояла Люсьена. Она хлопотала, что-то ставила на огонь, убирала в сторону, строгала овощи быстрыми и точными движениями.

Я остановился в тени и прислонился к стене, решив понаблюдать. Было так приятно просто стоять и смотреть на нее. В каждом ее движении была какая-то особая грация.

Вот она вытирает лоб тыльной стороной ладони, оставляя на коже тонкий след муки. Вот, пытаясь сосредоточиться, прикусывает губу, совсем слегка, незаметно, но я это вижу. Сверяется с какими-то бумагами, лежащими на столе. Видимо, с рецептом или списком ингредиентов.

Ее брови чуть сходятся на переносице, а глаза быстро скользят по строчкам, она читает, запоминает, планирует следующий шаг. По кухне разливался густой, насыщенный аромат. Судя по запаху, она готовит любимое драконье блюдо — тушеное мясо с горными травами и специями, которые придают ему особый, неповторимый вкус.

И этот знакомый запах пробудил воспоминания детства. Большие семейные ужины, смех, разговоры, ощущение семьи. И вот сейчас, стоя здесь, я вдруг почувствовал, что это тоже дом. Со своим маленьким уголком счастья.

И тут Люсьена повернулась к полке, потянулась за какой-то баночкой, и свет от очага на мгновение очертил ее силуэт. Такая красивая… моя... женщина.

Мне хотелось подойти, обнять ее сзади, положить голову на плечо и вдохнуть ее запах волос. Хотелось произнести ее имя вслух, чтобы она вздрогнула и оттаяла. Но я стоял и молчал, боясь спугнуть этот миг.

Люсьена тем временем помешала что-то в кастрюле, попробовала на вкус, чуть нахмурилась и добавила щепотку соли. Затем улыбнулась самой себе.

Как же я мог жить без этого? — подумал я. Без ее присутствия, без этих мелочей. Без ощущения, что есть дом, где меня ждут. В груди защемило.

Она снова повернулась к плите, поправила огонь, проверила еще что-то. А я все стоял в тени, прислонившись к стене, и понимал, что не хочу уходить.

Внезапно она замерла, словно что-то почувствовала. Медленно повернула голову в сторону дверного проема, туда, где я прятался в тени. Наши взгляды встретились. На мгновение лицо Люсьены застыло в недоумении, а затем на губах появилась улыбка.

— А, это вы, — произнесла она негромко, но в голосе прозвучало столько тепла, что у меня перехватило дыхание. — Я так и думала, что вы где-то рядом. Давно стоите?

Я растерялся, не зная, что ответить. Вместо слов лишь неловко пожал плечами и вышел из тени на свет.

Люсьена отложила ложку, вытерла руки о фартук и сделала шаг ко мне. В ее глазах плясали озорные искорки.

— Знаете что? — она понизила голос до заговорщического шепота. — Раз уж вы тут, будете моим помощником. Надо проверить, достаточно ли остро получилось.

Она подхватила маленькую деревянную ложку, зачерпнула немного еды из кастрюли и протянула мне. Ее пальцы слегка коснулись моих, мимолетное, случайное прикосновение, но оно обожгло меня, и мое тело охватил любовный пожар.