— А потом Клариса опять сбежала.

— Вполне вероятно. Ты бы почитал отцовские дневники. Вполне возможно, там найдутся хотя бы намёки.

— Вы правы, — я встал, — так и поступлю. Но для начала, я должен найти убийц.

Нотариус тоже поднялся:

— От всей души желаю тебе удачи, сынок, — с чувством сказал он. — Сейчас куда?

— В Вергас. Переночую в гостинице, а утром отправлюсь в участок. Очень надеюсь, что следствие не топчется на месте, и стражи порадуют меня новостями.

Я озвучил только часть плана, не захотел посвящать господина Релиана в свои романтические желания. А мне не терпелось увидеть Маэлису. Сам не ожидал, что, расставшись с этой девушкой на один день, так соскучусь. Оправдывая свой визит желанием уточнить, хорошо ли она добралась домой, я сразу же с портальной площади направился к «Долине уюта». Вышагивал по улицам вечернего Вергаса и строил план беседы. Прежде всего, попрошу показать этюды, я ведь так и не видел большую их часть. Потом расскажу о разговоре с нотариусом, поделюсь радостью, ведь моему наследству ничего не угрожает: поддельное завещание оказалось дважды фальшивкой. Претенденты на моё имущество будут очень разочарованы. Почему-то мне казалось, что Мэй порадуется за меня.

Конечно! Конечно порадуется. Леди Леви так искренне переживала в день нашего знакомства, когда я обрушился на неё с глупыми обвинениями. Ей совсем не хотелось, чтобы мошенники поживились на смерти моего родителя.

Подходя к салону, я обнаружил защитные экраны на витринах. «Долина уюта» закрылась. Помня, что имеется ещё один вход с заднего двора, я пошёл вокруг и столкнулся с незнакомой девушкой.

— Ты кто такая? Чего тут бродишь? — спросил я, немного растерявшись.

— Кухарка господ Леви, — улыбнулась та. — Аленна.

— Ах, да, — вспомнил я. — Маэлиса говорила.

Я уже собирался обойти кухарку и направиться к двери, но Аленна окликнула меня:

— Их нет. Леди пригласили в «Ассорти» обсудить проект перестройки ресторана, а господин Леви пошёл её встречать.

— Вот как? — огорчился я.

Караулить на улице посчитал неудобным. Неизвестно, когда Маэлиса и её отец вернутся, да и захотят ли встречать гостей в такое позднее время. Пришлось отложить визит на следующий день. Загляну в «Долину уюта» сразу после разговора с Творкалем.

Маэлиса Леви

После возвращения от Ведды Кроэл мне пришлось погрузиться в дела с головой. Отец куда-то уехал, оправдавшись тем, что ему тоже нужно отдохнуть. Я не возражала, всё-таки он знатно потрудился в «Долине уюта» пока меня не было. До открытия успела немного прибраться и вывесить новую картину с морским пейзажем. Сама бы с удовольствием любовалась, вспоминая короткий творческий отпуск. Увы, первая же посетительница вцепилась в неё с восторженным возгласом:

— Леди Леви откуда такая прелесть? Вы решили сменить привычную тематику? — Одутловатое лицо женщины расплылось в счастливой улыбке. — Я беру, упакуйте! Как раз что-то такое хотелось повесить в гостиной. Сколько стоит?

Мне очень не хотелось так сразу расставаться с кусочком нарисованного моря, вот и завысила цену:

— Шесть серебрушек... И пять медяков.

— Ох, — обиженно вздохнула клиентка, — обычно вы просите меньше.

— Поймите, госпожа Тиль, — оправдывалась я, — для вдохновения мне пришлось отправиться на пленэр. Я три дня жила в недешёвом отеле Сэльрона, не один раз нанимала извозчика, были и прочие траты...

— Вы не будете возражать, если я выпишу чек? — неожиданно согласилась дама.

Вежливый тон удивил, обычно госпожа Тиль торговалась, переходя на крик. От смущения этим обстоятельством я даже попыталась предложить ей другой выход:

— Подождите недельку, пока я напишу новые морские пейзажи, они будут дешевле.

— Хочу, чтобы у меня у первой появилось такое чудо, — покачала головой женщина, заполняя листок в чековой книжке. — Очень прошу, не снижайте стоимость, можно даже поднять.

Энтузиазм покупательницы вызвал улыбку. Я отрезала от рулона крафтовой бумаги кусок нужного размера, завернула в неё картину и перевязала атласной лентой:

— Благодарю за покупку, госпожа Тиль.

Клиентка уходила довольной, наверняка чувствовала себя победительницей. Я же снова мысленно поблагодарила графа Конни за идею, и главное за возможность, посетить морское побережье и написать несколько разнообразных этюдов. День пролетел стремительно, Аленна с трудом отвлекла меня, заставив пообедать, даже подежурила в торговом зале, пока я поднималась на второй этаж. Обычно я без проблем могла выйти ненадолго, ведь за происходящим в салоне с помощью следящего артефакта наблюдал отец. В случае чего, он поднимался из своей мастерской.

 Впрочем, кухарка тоже вполне справилась, даже умудрилась расхвалить натюрморт с корзинкой лесной клубники, банкой сметаны и букетиком ромашек. Супружеская пара дождалась меня и, оформив покупку, с удовольствием забрала картину.

— Ты молодец, Аленна, — похвалила я девушку, — быть может, пойдёшь ко мне помощницей? Буду доплачивать.

— С огромным удовольствием! — воскликнула она. — Мне так нравится быть здесь, среди ваших чудесных работ.

— Оставайся, сколько хочешь. Сейчас, пока господин Леви уехал, готовить можно попроще, а в зале забот прибавилось.

На том и порешили. Остаток дня Аленна оставалась со мной, я научила её упаковывать картины и заполнять регистрационный журнал, показала прайс, где значились приблизительная стоимость картин. Моя новая помощница возмутилась, считая, что я продаю картины слишком дёшево:

— Столько работы! Столько работы, вы её не цените. Удивляюсь, как «Долина уюта» до сих пор не разорилась.

— Вот и я удивляюсь этому обстоятельству. — Недовольно и довольно громко произнося эту фразу, в салон заходил знакомый мне лейтенант. — Полагаю у вас, госпожа Леви, есть дополнительный доход, с которого не платятся налоги. Более того, уверен, что ваш теневой бизнес вне закона.

Кухарка испуганно прикрыла рот ладошкой. Бедняга решила, что это она спровоцировала обвинение.

— Иди, Аленна, — я успокоила её улыбкой, — пора готовить ужин. — Девушка поспешно упорхнула, а я обратилась к стражу: — Мы скоро закрываемся, лейтенант Шнык. Если есть вопросы, задавайте их скорее.

— Вопросы есть, — мужчина подошёл к стойке и положил широкую ладонь на раскрытый журнал, — я, знаете ли не поленился обойти почти всех, кто записан у вас, как заказчик портрета. Представьте, никто не пожелал продемонстрировать мне работу господина Леви.

— Мы не обязаны отслеживать судьбу картин после их покупки, — пожала я плечами, усиленно скрывая поднимавшуюся в груди тревогу. — Клиенты вправе подарить картины кому-либо, или перепродать, даже испортить и отнести на помойку. Это их дело.

— Понимаю, — несмотря на усмешку, голос лейтенанта звучал угрожающе. — И всё же, на самом деле ситуация не такова, какой вы пытаетесь её представить.

— Отказываюсь понимать ваши странные намёки.

— А придётся. — Шнык полистал журнал и, найдя подходящую запись, подчеркнул её ногтем. — Есть подозрение, что ваш папенька оказывает вовсе не те услуги, которые здесь указаны. И суммами ворочает куда более значительными. Позволите ещё раз осмотреть его мастерскую.

— Мой отец в отъезде, но мастерская открыта.

Сказав это, я спохватилась, но было поздно, лейтенант уже направился к зеркальной двери, говоря на ходу:

— Надеюсь, вы соблаговолите сопроводить меня.

— Нет! — резко ответила я, рассчитывая, что Шнык откажется от своего замысла. — Вам лучше дождаться возвращения хозяина.

— Сам знаю, что лучше, — сердито оглянулся на меня страж. — Идёмте, леди!

Меня взяла оторопь. Чего-чего, а спускаться в подвал в обществе предвзято настроенного типа мне было страшновато.

Как же обрадовал меня встревоженный, но при этом родной голос графа Конни. Тедион зашёл в салон именно тогда, когда мне требовалась моральная поддержка. Сразу стало легче. Я готова была радостно броситься на шею этому красивому и уверенному мужчине, но сдержала порыв. Улыбнулась и только.