Дежурный маг встретил нас удивлённым возгласом:

— В такую рань редко кто пользуется порталом.

— И вам светлого утра, уважаемый, — ответил я, доставая из кармана кошелёк, чтобы внести плату: — Леди отправится в Вергас, а я в столицу герцогства.

— Разве вы не вместе? — удивился мужчина и сразу же хитро подмигнул.

Физиономия его словно бы говорила о необыкновенной догадливости, мол, тайные любовники отдохнули на море, а теперь путают следы, скрываясь от своих семей.

Я не стал разочаровывать повеселевшего мага, хмуро кивнул и помог Маэлисе занести её чемодан в беседку. Девушка протянула мне руку на прощание, я наклонился и поцеловал. Она коснулась другой рукой моих волос и шепнула:

— Удачи, граф, да поможет вам Аурана.

— И вам удачи, Мэй! Надеюсь, господин Леви уже ждёт.

Магические символы на полу и потолке засветились, я поспешил выйти наружу. В одно мгновение сверкающая пелена окутала беседку, мне отчаянно захотелось кинуться туда, проникнуть в портал и снова увидеть леди Леви. Сжал челюсти, борясь с искушением.

— Ваша очередь! — объявил маг, когда сияние погасло.

Я поднял с земли чемодан, плотнее стиснул ручки саквояжа, с которым наученный горьким опытом не расставался ни на секунду, шагнул в портальную беседку.

Великое дело — порталы. Только что мои ноздри улавливали приносимый с моря запах водорослей и рыбы, как он сменился пыльным воздухом с нотками цветущей сирени, что росла неподалёку от портальной беседки в другом городе. Я шагнул на мостовую, огляделся. Чуть поодаль у тротуара замер магомобиль, от него ко мне, делая приветственные знаки рукой, побежал знакомый паренёк.

Я пошёл ему навстречу и тут же обратил внимание на женщину, которая сидела в магомобиле позади водительского кресла.

— Светлого утра! — воскликнул Жуль, перехватывая у меня чемодан. — Вы не будете возражать, если матушка поедет с нами? Ей тоже нужно на рынок.

— Не высаживать же даму здесь, — недовольно откликнулся я. — Пусть едет.

Госпожа Полл встретила меня восторженным приветствием и тут же стала благодарить за возможность узнать судьбу мужа, которую я недавно предоставил, оплатив услуги местного некроманта.

— Некромант утверждает, что мой супруг жив и с ним всё в порядке.

Я кивнул, поборов искушение сообщить, что пару дней назад в Сэльроне видел управляющего, который скрывался под иллюзией чужой внешности, ещё и выправил поддельные документы, намереваясь отплыть в другую страну. Скорее всего, Творкаль поймал беглеца и этапировал его в Вергас. Не хотелось неприятными вестями портить женщине день.

Присутствие госпожи Полл оказалось весьма кстати. Пока я расхаживал по цветочным рядам, выбирая самые чудесные белые хризантемы, жена и сын преступного управляющего закупили кое-что для хозяйства и две большие корзины фруктов и сладостей для кладбищенских духов. Теперь я мог надеяться, что тёмную богиню порадуют подношения и она останется довольна, несмотря на задержку духа графа Конни в мире живых.

Всю дорогу до поместья госпожа Полл трещала без умолку. Она очень старалась убедить меня, что дела обстоят хорошо: работники трудятся добросовестно, арендаторы вносят плату без проволочек, идеальный порядок поддерживается так же как при покойном хозяине.

У меня не было причин сомневаться и желания проверять справедливость её слов. В настоящий момент куда важнее было разобраться с причинами гибели отца. Расспрашивать на эту тему жену управляющего я опасался, вполне допускал мысль, что женщина постарается выгородить мужа и не станет откровенничать, лишь больше меня запутает.

Я попросил Жуля высадить матушку около дома, меня же довезти до кладбища и помочь выгрузить дары Мауре и её слугам.

Нам помог сторож — прихрамывающий после случившегося на молотильне несчастья коренастый мужичок с широким радостным лицом:

— Ваша милость! — узнал он меня. — Наконец-то вы вернулись. Жители соседней деревни каждый раз, приходя сюда, интересуются, скоро ли молодой хозяин завершит дипломатическую карьеру и займётся хозяйствованием в родовом поместье.

Понятно, что никто из местных даже предположить не мог, что владения Конни достанутся кому-то другому.

Я улыбнулся сторожу, но в ответ на его вопрос только пожал плечами.

Хромой сторож и парнишка-водитель перенесли подношения на кладбище, разложив их вокруг усыпальницы графского рода Конни. Я же с букетом и саквояжем спустился в склеп.

Около памятника родителю достал и раскрыл артефакт. Помнил, что без помощи графини Грейвс призрак меня не услышит, и всё же обратился к нему:

— Отец, благодарю тебя за помощь и за то, что повременил с уходом в вечность и позволил хотя бы таким образом поговорить с тобой. Уверен, что богиня не будет сердиться на тебя за самоуправство. Ты всегда действовал решительно и достигал поставленных целей. Постараюсь быть похожим на тебя и сохранить имение для потомков.

Много чего хотелось ещё поведать: рассказать о том, что встретил чудесную девушку и надеюсь завоевать её любовь, пообещать, что обязательно приведу сюда своих детей, когда они немного подрастут, чтобы потомки хотя бы в день поминовения могли пообщаться со своим замечательным дедушкой. О том, что у меня будут дети от Маэлисы, в ту минуту не сомневался.

Оставив на саркофаге букет из тридцати хризантем, белых, как только что выпавший снег в морозный день, я вышел из усыпальницы и с уютным теплом в сердце покинул кладбище.

— Домой? — спросил меня Жуль, распахивая дверцу автомобиля.

— Нет, — покачал я головой. — Вернёмся в город. Мне снова нужен портал.

— Матушка очень расстроится, — умоляюще сложил ладони паренёк. — Она готовила торжественную трапезу в честь вашего приезда.

— Придётся отложить эту встречу на некоторое время. У меня есть более важные заботы.

Меня ждал Герствен и знакомство с давним отцовским другом — нотариусом, которому граф Конни доверил важные документы.

Маэлиса Леви

Почему так грустно? По дороге на портальную площадь я не проронила ни словечка — боялась обнаружить смятение, охватившее всё моё существо. Разве можно за пару недель знакомства настолько привыкнуть к человеку, что он становится родным, необходимым, желанным? Забота и предупредительность графа Конни были ненавязчивыми и естественными, лишаясь его общества, я теряла важную часть обновлённой картины мира, словно непроницаемая тёмная туманность закрывала от меня плеяду ярких и манящих звёзд на космическом холсте.

Прощаясь с Тедионом, старательно прятала подступившие слёзы, изо всех сил пыталась убедить себя, что разлука будет недолгой, меня ждут заказы, тосковать будет некогда.

О том, что я на долгое время покидаю море, даже не подумала, хотя наверняка подсознательно сожалела и об этом. Лишь, увидев вокруг портальной беседки знакомую площадь, осознала эту потерю. Я в родном Вергасе! Полюбившиеся мне бескрайние просторы остались по ту сторону магического перехода, и вряд ли я в ближайшее время так разбогатею, что повторю путешествие. А поездка в дилижансе слишком продолжительна, многодневные отлучки хозяйки повредят репутации «Долины уюта». Жаль, что у графа Конни больше не предвидится дел в Сэльроне...

— Папа! — крикнула я, увидев прохаживающегося неподалёку отца.

Он тут же поспешил ко мне, помог вынести чемодан и ящик, я же взялась за этюдник. Обменявшись малозначащими фразами о том, как прошли те несколько дней, что мы не виделись, сели в нанятый отцом экипаж и покатили по родным улицам.

Дома меня ждал обильный завтрак. Аленна расстаралась, приготовив пышную творожную запеканку со свежей зеленью. Потом я с удовольствием выпила кофе со сливками, расспрашивая отца о том, как шла торговля.

— Кое-что продал, — неохотно сообщил он. — Я, как ты и просила, всё регистрировал в журнале. Знаешь ли, доченька, моя физиономия не слишком привлекала клиентов. Некоторые обещали заглянуть в «Долину» позже, когда вернётся хозяйка, так что жди наплыва посетителей.