— Так и есть. Всему виной ваш бывший поверенный.

— Хотите сказать управляющий?

— Нет. При чём тут управляющий?

— Вы сказали «бывший». Полл сбежал и скрывается.

— Об этом я ничего не слышал. Ланцен объяснил свой визит информацией, полученной от его поверенного.

— Но это в высшей степени преданный и надёжный человек! — воскликнул, помня, как отец отзывался о Вилли Фокксе.

— Так и есть. Позволь, я начну по порядку.

Я кивнул, приготовился слушать.

Рассказ нотариуса Фаиса Релиана

В один из обычных зимних дней граф Ланцен Конни прогуливался по саду, наслаждаясь приятным довольно мягким морозцем и размышлял, составляя план мемуаров, к написанию которых намеревался вскоре приступить. Основой для них должны были стать дневники, которые удивительно пунктуальный и организованный граф вёл всю жизнь, начиная с отрочества. В его сосредоточенные мысли ворвался звук колокольчика, возвестивший о приближении саней. Спешно пройдя к воротам, граф увидел въезжавшую во двор тройку. В карете обнаружился непривычно встревоженный Вилли Фоккс.

— Ваша милость! У меня к вам чрезвычайно срочное дело! — озираясь, зашептал он. — Выслушайте, умоляю! И не гневайтесь.

Весьма удивлённый Ланцен Конни пригласил нежданного гостя в дом. Они заперлись в кабинете. Поверенный знаками попросил графа установить магический глушащий звуки барьер. После того как защита была активирована, Вилли, всё более и более волнуясь, попросил расчёт.

— Что такое? — граф не поверил своим ушам. — Разве так делается? Следовало предупредить меня как минимум за три месяца до предполагаемого увольнения. Я должен найти замену, а вы передать дела новому поверенному.

— Это не просьба об увольнении, ваша милость. Вам нужно выгнать меня со скандалом.

Граф откинулся на спинку кресла и потёр пальцем веко правого глаза. После паузы спросил:

— Не просветите меня, какова причина скандала?

Вилли Фоккс воровато огляделся, словно боялся притаившихся в комнате шпионов:

— Сейчас всё объясню. — Мужчина подался вперёд и зашептал: — Вчера ко мне явились три громилы и, потрясая магострелами, потребовали предоставить им копии документов на всё имущество графа Ленцена Конни.

— За какой же это надобностью и по какому праву? — возмутился граф.

— Отвечать на мои вопросы эти люди не пожелали, однако предупредили, что в случае отказа содействовать им, пострадает моя семья.

— И вы согласились?

— Разумеется! Что мне оставалось делать?

— Зачем, в таком случае, приехали сюда? — строго поинтересовался Ланцен Конни.

— Сейчас... — кивнул поверенный, подбирая слова. — Я обманул их, сказав, что не имею доступа к документам и должен взять их у хозяина под благовидным предлогом.

— Вот как?

— Именно так. Вот я и приехал к вам, якобы за этим. — Вилли Фоккс протянул графу портфель, который до этой минуты прижимал к себе. — Вам теперь нужно, выгнать меня из поместья, разыграв праведный гнев.

— Полагаете, таким образом избежите проблем? Преступники просто махнут рукой и скажут, мол, чего взять с этого идиота? Пусть живёт спокойно, не будем его трогать.

Поверенный погрустнел и протяжно вздохнул:

— Хочется верить, что так и будет.

— Сомнительно. Эти люди не любят разочаровываться и не прощают промахов.

— Что же мне делать?

— Копии.

— Как? — глаза Фоккса удивлённо расширились.

— Мы изготовим фальшивки. Настоящие документы я отдам на хранение своему давнему другу. Дома оставлю подложные купчие и регистрационные бумаги. Их копии передадите мошенникам. Пусть пользуются на здоровье.

— И вы не уволите меня?

— Не раньше, чем через три месяца, как полагается по нашему договору. Если ваше желание останется в силе.

— Это очень хороший план, если бы не одно «но»?

— Что ещё?

— Я уверен, что за вами следят. Не могу сказать, кто именно, однако каждое ваше передвижение вскоре станет известно бандитам. Передать копии вашему другу не получится.

— Ну почему же? — засмеялся граф. — На крайний случай у меня имеется запас портальных камней. Мы прямо сейчас переместимся в контору «Фаис Релиан и сыновья».

Таким образом давний друг вместе со своим поверенным и документами на всё имущество буквально свалился на голову Фаису Релиану. Тот, разумеется, не отказал им в помощи.

На этом нотариус завершил свой рассказ, предлагая мне задавать вопросы. А их у меня в голове накопилось огромное количество.

Первым делом я достал из кармана сюртука изрядно потрёпанную бумагу: поддельное завещание моего отца. Показал её нотариусу.

— Следуя логике описанных вами событий, данные здесь неверные?

— Так и есть. Причём, не имея на руках подлинных документов, это невозможно определить. Где-то изменена цифра в номере регистрационного документа, где-то буква в фамилии заверявшего запись чиновника, в другом месте ошибочно указана площадь принадлежащего графу земельного участка. Даже ты не смог заметить несоответствие, не так ли?

Я отрицательно покачал головой:

— Разумеется, я не помнил документы наизусть, хотя отец показывал их перед моей отправкой в Транц.

— Дорогой Тедион, можешь не опасаться ничьих претензий на твоё законное наследство. Любой, кто явится на заседание комиссии по имущественным спорам, выдаст себя как мошенник. Я предоставлю подлинные документы, подтверждающие твои единоличные права и на поместье, и на приморскую виллу, а также на счета в банке.

— А как быть с моей сестрой?

— С кем? — нотариус так удивился, что поперхнулся воздухом. Оправившись, задал следующий вопрос: — Прости, мой мальчик, у Ланцена из детей только ты.

— Я тоже так думал до недавнего времени. — Мне пришлось пересказать подслушанный Жулем разговор незнакомца с управляющим.

— Ты уверен, что мальчишка не придумал всё это в надежде выгородить своего папашу.

— Артефакт, которым я воспользовался, доставал картинки прямо из памяти, тут не было умысла.

— Это весьма и весьма странно. — Господин Релиан задумчиво почесал правую бровь ногтем, потом покачал головой и заговорил с уверенностью: — В любом случае, основная доля наследства принадлежит тебе. Внебрачная дочь, даже если она сумеет доказать родство, сможет претендовать лишь на компенсацию. Что-нибудь типа ежемесячного вспомоществования. Причём ровно до замужества, когда обязанности содержать её перейдут к супругу.

— Я бы не возражал. Это справедливо.

— Ах, Ланцен! Не думал я, что наш граф такой прыткий.

Меня покоробило от его тона.

— Отец не знал о ребёнке. Я уверен в этом.

— Вероятнее всего, ты прав, Тед. Вспоминается одна история...

— С принцессой?

— Да-да. Они были обручены. Все считали их чудесной парой. Ланцен и Клариса невероятно подходили друг другу, и даже не пытались прятать свои чувства. По какой причине её высочество разорвала помолвку, никто не знал. Когда же кузина нынешнего короля исчезла, многие решили, что её похитил тайный любовник.

— Слышал эту историю. Кларису долго искали, но не добились успеха.

— Сочли погибшей, хотя всё указывало на то, что она по-прежнему среди живых.

— Как считаете... — я замялся, не решаясь задать вопрос, но всё же предпочёл пролить свет на события прошлого. — Как вы думаете, зная моего отца, что он сделал, когда нашёл Кларису.

— Мне известно далеко не всё. Ланцен как-то поделился радостью. Рекомендованный мною очень опытный детектив напал на след девушки. Она жила под чужим именем. Никоим образом себя не обнаружив, чтобы не спугнуть принцессу, сыщик переслал сведения о ней нанимателю. Граф собирался навестить когда-то потерянную возлюбленную. В то время он казался очень воодушевлённым, а вот чем дело завершилось... — нотариус развёл руками. — Твой отец ничего не рассказывал, а я посчитал неудобным проявлять любопытство.

— Есть вероятность, что встреча была плодотворной, — сделал я вывод.

— Одна встреча, или несколько встреч, — задумчиво заметил Фаис Релиан. — Ты в то время был ребёнком, вряд ли отец был вправе делиться с тобой романтическими приключениями.