Сит уточнил, что герцог Элигос в этом, его любимом обличье по-своему красив. Но его высокий статус не позволял скрыть бурлящие в нем силы тьмы. Когда — случалось — он являлся людям, те теряли сознание от страха. Немало помогал в этом и конь герцога, не имевший доброй части плоти — тут и там проглядывали белые кости, на длинной морде зияли пустые провалы глазниц.

Все это увидел Люсьен. Элигос, как и все демоны, людей не любил и посмотрел на него свысока, уничтожающим и презрительным взглядом, как смотрят на грязное насекомое.

Тем страннее казалась реакция Люсьена. Он был восхищен красотой герцога Преисподней и так ему и сказал. Его не смутила даже змея, выползшая из глазницы черепа лошади и дружелюбно обвившая руку всадника.

— Ты хоть знаешь, кто я, человек? — спросил Элигос.

— Нет, — ответил Люсьен, не отрывая от него глаз. — Мне не обязательно знать. Даже если ты сам Сатана. Прекраснее тебя я никого не видел.

Элигос смешался, наверное, впервые за все время своего существования. Вероятно, подумал он, парня избили слишком сильно и бедолага потерял разум. Или просто сошел с ума.

— Я Элигос, великий герцог Преисподней, — снизошел до объяснения демон.

Но и это Люсьена не испугало.

— Да, да, — пробормотал он. — Ведь демоны когда-то были ангелами. Поэтому ты так прекрасен. Ты пришел забрать меня в Преисподнюю?

— Ты думаешь, герцоги занимаются такими мелочами? — усмехнулся Элигос.

Люсьен заметно огорчился.

— Ты прав, пред тобой я ничто.

Это удивило Элигоса еще сильнее. Люди, он знал, горды безмерно. А Люсьен смиренно выражал мнение всего демонского сообщества.

Тут появился Сит. Они с Элигосом тихо обсудили свое дело. Когда стало ясно, что разговор окончен, Люсьен с надеждой проговорил:

— Я Люсьен. Я увижу тебя снова?

Элигос внимательно посмотрел на него и сказал:

— Может быть.

После этих слов герцог и его конь исчезли. Сит помог Люсьену добраться до деревни. Его отец уже остыл и терзался муками совести. Люсьена пустили в дом и обработали ему раны.

Он поправился, но изменился непоправимо. Весть о замужестве Мари нисколько его не расстроила. Люсьен плохо ел и спал. Все его мысли были о том, что он увидел в лесу.

Наконец однажды вечером в окно его спальни заглянул Сит.

— Привет, Люсьен. Ты хоть понимаешь, что видел? Тогда, в лесу.

— Демона. И ты тоже его видел.

— И ты правда не прочь снова с ним встретиться?

— Конечно! Я безумно этого хочу.

— Зачем?

Вопрос застал Люсьена врасплох.

— Я не знаю, — признался он. — Но разве это плохо? Некоторым людям посчастливилось увидеть самого короля, и я сомневаюсь, что они бы не захотели увидеть его снова, хотя они и не смогли бы сказать зачем.

Сит подумал, прежде чем ответить.

— Силы Преисподней опасны. Демоны творят зло. Это в их испорченной природе. А внешность обманчива. Связываясь с демоном, ты отдаешь свою душу на растерзание, на вечные страдания… Понимаешь?

— Если верить нашему священнику, я все равно попаду в Преисподнюю, — сказал Люсьен. — За то, что я сделал с Мари, и потому что ленив, и много еще почему. Но теперь я даже рад этому. Ведь я знаю, что там будет герцог Элигос.

— Что ты от него хочешь? — спросил Сит. — Говори, он даст это тебе.

Люсьен рванулся вперед так резко, что едва не стукнулся с ним лбом.

— Ты его посланник? — прошептал он.

— Вообще-то нет, но сейчас да, я передаю тебе его слова. Твое восхищение ему польстило, и он готов тебя вознаградить, раз уж тебе все равно плевать на свою душу. Так чего ты хочешь? Богатство, власть, слава… Можешь выбрать что угодно.

— Я хочу его видеть. И не один раз, а столько, сколько смогу.

Сит еще долго пытался его переубедить, но Люсьен все твердил — хочу видеть Элигоса, и точка.

Договор герцога с Люсьеном стал в Преисподней настоящей сенсацией. Никогда человек не просил ничего подобного.

— Ничего себе история… — пробормотала я. — Но вначале ты говорил, что Элигос загрустил. Почему тогда? Он ведь получил, что хотел?

— Не совсем. У вас, людей, есть тело и есть душа. Но есть еще кое-что. Сознание.

— То есть?

— Сознание, то, как вы мыслите, ваши воспоминания и опыт, — объяснил Сит. — После смерти тело, душа и сознание человека разделяются. Тело обращается в прах, душа отправляется в Преисподнюю, Чистилище или на Небеса. В некоторых исключительных случаях душу и сознание снова соединяют, но чаще всего сознание остается в Лимбе и со временем распадается. Душа Люсьена оказалась в Преисподней, да. Но это уже не был прежний Люсьен. Его сознание Элигос перехватить не успел — его разбили, чтобы не наделало бед.

— Сознание можно разбить? — усомнилась я.

— Да, причем иногда и при жизни. Но чаще это делают после смерти. Так случилось и с Люсьеном. Появился ангел и разбил его сознание.

— Подожди, — запуталась я. — Ангелы, кажется, однозначно хорошие?

Сит кивнул.

— Когда они разбивают человеческое сознание — это не акт зла. Сознанию, по сути, все равно, оно не способно чувствовать. Но стать источником неприятностей может вполне. Ни для кого не было секретом, что Элигос планировал снова совместить душу Люсьена с его сознанием. Думаю, наверху решили, что это уже чересчур. Для человека нет ничего хуже, чем оказаться в Преисподней с ясным умом.

— Значит, Люсьена в некотором роде уберегли?

— Похоже на то. Периодически такое случается, иногда по непонятным причинам. Сознания разбивают, и всюду оседают осколки. Когда вы видите то, что называете привидениями, обычно это именно осколки, обрывки чьих-то мыслей и воспоминаний. Некоторые люди уверены, что у них были прошлые жизни — но это не так. Просто в них случайно оказались осколки чужого сознания. Им кажется, это их собственные воспоминания. На самом деле нет. Это обрывки людей, умерших давным-давно.

— Довольно жутко, — поежилась я. — И что случилось дальше?

— Элигос долго тосковал, затем стал являться людям. Он надеялся, что найдет кого-то, кто заменит Люсьена и потешит его самолюбие. Но ничего не вышло — люди, как и прежде, просто сходили с ума от ужаса. Вскоре Элигос вернулся в Преисподнюю и больше ее не покидал. Он ничего не хотел делать… Но теперь задался безумной целью собрать все осколки сознания Люсьена. Поэтому я здесь.

Я вдруг похолодела. Сит подтвердил мою догадку:

— Один из осколков находится в тебе.

— Точно? — залепетала я. — Ты уверен? Я как-то никогда не чувствовала себя парнем из французской средневековой деревни. Честное слово.

— И не должна. Это ведь всего лишь небольшой осколок… Знаешь что? — Сит вдруг призадумался. — Я бы мог показать тебе его, хочешь?

— Ну, давай, — ответила я, не понимания толком, что это значит.

— Только тебе нужно лечь.

Наверное, выражение моего лица сильно изменилось. Во всяком случае, Сит спешно пустился в объяснения:

— Просто ты ненадолго потеряешь сознание. Это не страшно и не больно. На короткое время мы окажемся в другом месте. Как если бы нам приснился сон.

— Ладно. Сегодня было достаточно безумств, почему бы не испытать еще одно, — проворчала я, вставая из-за стола.

На самом деле у моего согласия была определенная причина: мне отчаянно хотелось увидеть нечто необычное. Страшное происшествие в тупике немного выветрилось, и после мирного рассказа на теплой кухне, почти сказки, разум страстно требовал новых подтверждений того, что все взаправду, и Сит настоящий демон. Поверить в последнее было сложнее всего. Парня милее мне встречать еще не приходилось. Пытался образумить Люсьена, помог мне… И, вдобавок ко всему этому, пил безвкусный чай исключительно ради моего удобства.

Мы перешли в комнату, я прилегла на диван, чувствуя себя пациентом в больнице. Сит сел на пол и взял меня за руку. Его ладонь была теплой. Мое сердце так гулко забилось, что я даже испугалась — вдруг услышит.

— Успокойся. Расслабься.