— Может, если ты не занята в ближайшие дни, мы могли бы собрать труп… — он пожимает плечами, словно нет ничего страшного в том, что я откажу. — Ну, если тебе такое нравится.

Я пытаюсь сдержать улыбку, просто чтобы заставить его немного понервничать. Но она все равно прорывается, как огонь под снегом, который невозможно удержать.

— Я не против.

— Отлично, — говорит он, проводя рукой по волосам, а по его щекам разливается легкий румянец. Должно быть, в нем происходит какое-то внезапное озарение, потому что его глаза расширяются, а щеки становятся еще краснее. — Мы так долго разговариваем, а я даже не знаю, как тебя зовут. Как твое имя?

— Я…

— Харпер? — я отрываю взгляд от мужчины и смотрю на Мэддисон, которая протягивает через стойку латте для Артура. — Держи, — говорит она, и мне требуется мгновение, чтобы протянуть руку за стаканом. Я все еще застыла, словно насекомое в янтаре. Потому что я не собиралась называть ему имя «Харпер». Хотя это единственное имя, которым я пользуюсь последние четыре года. Это моя первая линия обороны. Я поклялась скрывать свое настоящее имя и прошлое, стоящее за ним. Но по какой-то причине хотелось его назвать.

Мои слова звучат как-то неестественно, когда я благодарю Мэддисон. Будто из них вынули душу, выскребли все живое.

А когда я поворачиваюсь к мужчине, из него тоже будто выкачали весь свет.

Мы застываем в молчании, глядя друг на друга. Этот момент словно растягивается в бесконечность. Он не просто смотрит на меня — он сверлит взглядом насквозь. Как будто я повернулась спиной к хищнику, а он вдруг готов броситься.

Может, я просто себя накручиваю? Этот холодок на коже просто игра воображения. За последние годы было столько ложных тревог. Когда видишь то, что видела я, легко начать подозревать зло в каждом встречном. Может, это просто секундная заминка. Странный момент. Бог свидетель, за последние минуты я вела себя куда более странно, чем он.

В конце концов, убийца здесь я.

В памяти всплывает картина: стервятники на голом дереве. Они разлетелись, когда меня протащили под ветвями, торчащими в небо, словно кривые пальцы.

«Они будут клевать твои кости», — сказал мужчина, таща меня за волосы по грязной траве. Я царапалась, кричала, но он только смеялся: «Дочиста».

Теперь нет, — напоминаю я себе, когда напряжение вдруг рассеивается. Теперь я сама убийца. Это я таскаю с собой кусок мертвой ноги, выдавая его за сэндвич. Может, у этого незнакомца просто запоздалая реакция, которая пройдет со следующим вдохом. Может, это просто сбой.

И я почти убедила себя в этом… если бы не то, как долго он моргает, стирая с лица это опасное выражение. Улыбка возвращается, но глаза остаются холодными.

Я делаю шаг в сторону, становясь между мужчиной и стеклянной витриной за спиной. Когда сглатываю, его взгляд тут же опускается к моему горлу. Глаза загораются, но уже не тем успокаивающим светом.

— Приятно было познакомиться, — говорю я. Но в моих словах появляется ледяная нотка. Я не могу игнорировать этот внезапный всплеск интуиции. И не буду. Нужно положить этому конец. — Приятного тебе наблюдения за птицами. Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь.

Я не поворачиваюсь к нему спиной. Только когда случайно натыкаюсь на другого посетителя и вынуждена отвернуться, чтобы пробормотать извинения. А когда оглядываюсь на мужчину, он все еще следит за мной.

Но улыбки как не бывало.

ОТКЛОНЕНИЕ

~

НОЛАН

Я шагаю от двери к комоду. От комода к двери. От двери к окну, выходящему на море. И снова назад.

Но сколько бы раз я ни прохаживался по комнате, это не гасит тот комок тревоги, что жжет меня изнутри. Я не знаю, что беспокоит меня больше всего. Та ли легкость, что была между нами, прежде чем бариста назвала ее имя? Тот оттенок румянца на ее щеках, когда она запнулась о названии сэндвича в своей руке? Или то, как она улыбалась мне, с искоркой в глазах? Та застенчивость в ее взгляде, когда она опустила глаза и убрала прядь волос за ухо?

Или меня гложет то, что я позволил себе настолько поддаться очарованию, что даже не понял, перед кем стою?

А может, во мне горит нечто более зловещее, доводящее до физической боли? Та потребность, что жжет ладони, желая обхватить ее горло и сдавливать, пока отчаянное признание не сорвется с ее губ? Я должен вытянуть его из нее. Это признание. Последний недостающий фрагмент. Мне нужно услышать из ее уст, как все произошло. Она должна была видеть страх на моем лице в ту секунду до столкновения. Ее машина, несущаяся на скорости. Испуганный крик моего брата. Мое ничего не подозревающее тело. Единственный, неизгладимый момент, навсегда окрасивший наши жизни.

А потом она оставила меня там. Одного. С темнотой.

Не знаю почему я сразу ее не узнал. Я планировал эту первую встречу с Харпер Старлинг четыре года. Представлял себе каждый момент.

И все вышло совсем не так, как я планировал.

Я сажусь на край кровати, беру ноутбук с тумбочки и ставлю его на колени. Войдя в систему, открываю папку с данными о Харпер Старлинг. Щелкаю по первой фотографии. Это снимок из соцсетей — его опубликовали местные новости округа Калверт, штат Мэриленд, когда писали о ее причастности к наезду и предполагаемой гибели. Я тоже поначалу поверил в эту историю. Как и все остальные. Было логично предположить, что она погибла, а ее тело унесли течения Чесапикского залива. Но в поисках информации о девушке, которая сбила нас с братом и оставила умирать, всплыла одна важная деталь.

Сбережения с банковского счета Харпер Старлинг были сняты через несколько часов после того, как ее машина оказалась на дне моря.

Я вглядываюсь в экран. Она редко выкладывала свои фото в сеть, а те немногие, что были, либо сделаны издалека, либо сильно отредактированы фильтрами. Но темные волосы и светлый тон кожи вроде бы совпадают. Меня сбила челка? Или мягкие волны ее шоколадных прядей? Потому что остальные детали в основном те же. Форма лица. Телосложение, по крайней мере, насколько его видно. Все совпадает и со следующей фотографией, хотя ракурс и освещение затрудняют выделение каких-то отличительных черт.

Но вживую в Харпер есть что-то неуловимое, чего не передать статичным изображением — что-то обаятельное, но загадочное, что мгновенно притянуло меня.

Я слишком долго разглядываю эти фото. Не понимаю, как я мог не узнать в ней ту самую девушку, когда встретил ее в очереди в кафе. Я искал любую крупицу информации о Харпер, какую только мог найти. И ее было совсем немного. Вот заметка о победе в конкурсе садоводов в «Хронике Кейп Карнажа». Вот зернистое фото. Но я впитывал эти детали, словно они были моим топливом. И в самые темные времена так и было. Когда боль и горе грозили окончательно меня уничтожить, охота за Харпер Старлинг была единственным, что держало меня на плаву.